Читаем без скачивания Звездный легион - Александр Лидин

Но было еще одно чувство, которое то тлело в нем, как пламя под спудом, то разгоралось с неистовой силой. Раньше, когда рядом был красавчик пилот, оно не так тревожило Драго. Но теперь…

Это чувство называлось «ненависть».

Она и раньше жила в нем – темная, безымянная. И лишь когда Живчик посвятил его в свой план, он понял, что ненавидит всех и вся. А когда на площади прогремели взрывы, Драго осознал еще одну вещь: ненависть – это такое же оружие, как нож или палка. Он научился убивать – именно в тот день и час, не раньше и не позже. Это случилось не во время драк с уличными бандами – тогда смерть противника лишь обескуражила бы его, и не у катера уэнов – тогда он просто не осознал, что ему понравилось убивать. Сколько бы он отдал, чтобы Живчик попал ему в руки… Ох! Тогда Живчику не помогут никакие уловки, никакое оружие. Он разделается с этой тыквоголовой тварью. Он растерзает его на кусочки. Он будет убивать его медленно, с удовольствием, чувствуя, как трепещет в нем каждая жилка, когда его враг тщетно пытается сберечь свое самое дорогое сокровище – жизнь.

Но Живчик не появлялся. Драго расхаживал по клетке, растравляя свои раны и задыхаясь от ненависти, которая кипела в нем, то и дело переливаясь через край, словно зловонное варево в котле…

В один из таких часов за ним пришли.

К этому времени Драго довел себя до исступления. Окостеневшее лицо не отражало никаких чувств, но от воя, который он издал при виде созданий, похожих друг на друга, как копия с голоснимка, задрожали стены.

Живчик!!! Вернее, живчики… целых три…

– Сейчас мы откроем клетку, ты выйдешь и пойдешь с нами, – объявил один из «близнецов».

– И не вздумай что-нибудь выкинуть, – добавил другой, покачивая продолговатой штуковиной, сильно напоминающей парализатор. – Давай сюда руки.

Драго покорно вытянул свои клешни, но в душе у него огненной бурей бушевала ненависть. Третий живчик защелкнул на его «запястьях» наручники, явно предназначенные именно для таких конечностей.

– Пошли, – бросил он. – Главный хочет тебя видеть.

– И пошевеливайся, – второй ткнул пленника парализатором – к счастью, выключенным. – Начальство ждать не любит.

Драго издал неопределенный звук и шагнул из клетки. Пусть считают, что он сломлен… Ничего, они еще попляшут. Добраться бы только до этого главного… Уж он уделает эту шишку, и никакие наручники не помешают…

Его провели по длинному узкому коридору, а оттуда – в огромный туннель, похожий на трубу с прозрачными стенками. Драго невольно охнул и попятился. Он еще никогда не видел открытого космоса.

Если бы не тусклые отблески ламп на вогнутых пластинах из кремнепласта, туннель мог показаться узкой дорожкой, бегущей над бездной. В бархатной черноте, припорошенной драгоценной звездной пылью, недобро мерцали разноцветные пятна туманностей и слепые глазки далеких галактик. Драго заморгал. Его терзали противоречивые чувства. Впервые в жизни он испытал восторг… Но как от этой красоты рябило в глазах! Сверкающая россыпь не давала ощущения перспективы. К тому же сейчас он воспринимал гораздо больше цветов и оттенков, чем обыкновенный человек. Он бы еще долго любовался этим фантастическим калейдоскопом, но тычок в спину вывел его из забытья.

Туннель тянулся вдоль всего корабля, от кормы до носа. Некогда здесь располагалась гидропонная оранжерея корабля, служившая заодно и зоной отдыха. Вдоль дорожки, по которой сейчас вели Драго, тянулся монорельс. Свет ламп выхватывал из полумрака очертания изящных павильонов. Лианы, которые когда-то увивали их, переродились – то ли сами по себе, то ли под действием каких-то ядов. Они казались злобными змееподобными тварями, которые застыли, карауля добычу и насторожив кожистые уши-листья, покрытые жесткими волосками. Бурые сухие плети ощетинились острыми шипами с белыми кончиками, длиной с палец взрослого человека. Мелкие белесые цветки источали удушливый запах, похожий на запах гнили. Драго замедлил шаг, втянул воздух и почувствовал, как зашевелились щупальца на подбородке… Странно, но этот запах чем-то ему нравился.

Конвоиры были не столь впечатлительны. Они равнодушно шагали вперед, подгоняя пленника, когда тот замедлял шаг.

Вдруг первый живчик остановился – так неожиданно, что Драго едва не налетел на него, – обернулся и медленно указал на одну из беседок. Вот те на! Оказывается, беседка служила входом в коридор.

– Сюда, – приказал первый Живчик.

Драго ничего не оставалось, как повиноваться. Он последовал за своим конвоиром, нырнул под арку из спутанных колючих плетей и шагнул через порог.

И…

Так бывает, когда сильно получишь по голове. Только вот удара не было. Но в ушах стоял звон, а перед глазами плясали радужные круги. И что-то дико давило на виски и затылок.

– Рад приветствовать тебя, эмиссар…

Голос звучал прямо внутри черепа – не мужской, не женский… и словно бесплотный.

– Комиссар? – переспросил Драго.

Он совершенно растерялся. Помещение, в котором он оказался, было еще более странным, чем его «камера» и туннель. Под ногами явно что-то твердое… но Драго боялся опустить взгляд. Его окружало… ничто.

– Эмиссар – это посланник, – терпеливо пояснил голос.

Драго сжался, словно крыса, загнанная в угол. Враг был здесь, совсем рядом. Плевать на наручники: он бросится на эту тварь, стиснет ее клещами…

– Кто ты? Я тебя не вижу!

– Этого и не требуется.

Голос одновременно успокаивал и тревожил.

– Но…

– Я – тот, кто создал тебя. И ты должен повиноваться.

– Я никому ничего не должен…

– Ошибаешься.

«Нет, это ты ошибаешься!» – хотел крикнуть Драго… и не смог.

– А теперь закрой глаза. То, что ты видишь, отвлекает тебя. Я хочу рассказать тебе, кто я, откуда взялся, и почему ты должен подчиниться мне… Преклонить колени перед своим новым богом и господином…

– Но…

– Не возражай. Ты возблагодаришь меня за то, что я позволил тебе стать своим эмиссаром. Избранным. Подняться над толпой. Я дал свободу твоим чувствам, и они изменили твою плоть. Теперь ты стал таким…

– Не-е-е-ет!

Драго упал на колени.

– Нет! – вопил он, пытаясь заглушить голос у себя в мозгу. – Нет!!! Я не хочу!..

– Твои желания ничего не значат. Ты получил именно то, что хотел. Помни: не бывает ни добрых людей, ни добрых инопланетян. Ты ступил на странный путь – путь свободы. Но ты сделал лишь первый шаг. Самый трудный, самый опасный. Тебе кажется, что тебе позволено все, и от этой вседозволенности у тебя захватывает дух. Но вседозволенность и безнаказанность – это разные вещи.

Драго отчаянно замотал головой. Потом шагнул вперед, щелкнул своими скованными клешнями… и едва не задохнулся от боли. Нет, это была даже не боль – это было что-то более страшное. Оно наполнило каждую клетку его тела, овладело всем его существом…

– Не-е-е-ет!

– На самом деле ты – раб. Раб своих желаний, своих прихотей, своего неуемного самомнения. Ты – никто, но не хочешь с эти смириться…

– Не-е-ет… – хрипел Драго, корчась на металлическом полу. – Я не…

– Не «нет», а «да», – спокойно произнес голос. – Ты – мой слуга. Силой, данной мне, я повелеваю…

Драго взвыл. Невидимые руки ползали по его телу, зажимали рот и нос, сдавливали грудь. Ну, еще глоток воздуха… хоть еще глоток…

– Силой, данной мне, повелеваю…

Медленно уплывая в пучину черного забытья, Драго в последний миг сумел поднять веки. Спроси его кто-нибудь, он не смог бы объяснить, что произошло. То ли рассеялась завеса бесцветного «ничто», то ли его глаза обрели новую, доселе неведомую способность… Так или иначе, он увидел врага.

И содрогнулся.

В центре спутанной металлической паутины, увешанной паучками датчиков, висело лицо. Просто лицо – и больше ничего.

Это было человеческое лицо – но ничего более противоестественного нельзя было представить. Мертвая, разлагающаяся плоть, в которую каким-то образом вдохнули жизнь… надолго ли? Высокий лоб был белым, как воск. Глаза – один сплошной зрачок, в черной бездне которого плясали жуткие красноватые искорки. Нос, похожий на источенную ветрами скалу… Но самое страшное – это губы: почти черные, вспухшие… Казалось, малейшее прикосновение – и тонкая, до предела натянутая кожа лопнет, и наружу брызнет, заливая все вокруг, черная гнилая кровь…

Это продолжалось миг… или вечность. Потом невидимые руки подхватили Драго и поставили на колени.

У планеты, которая плыла в черноте вокруг желтой звезды, когда-то было имя, но Драго его не знал. Обычная планета… правда, расположенная на самом краю Галактики, и по ночам над одним полушарием небо искрилось сотнями звезд, а над другим было мрачным и черным, как бездонная пропасть. Может, именно поэтому на планете зародились две разумные расы. Одна, сухопутная, напоминала людей и обитала на той стороне планеты, что была обращена к звездам. Другая никогда не покидала подводных глубин – возможно, из-за того, что им не на что было смотреть по ночам. Они тоже были гуманоидами, но вместо ног у этих созданий вырос рыбий хвост.