— Что кроме того? — спросил Дэвенпорт, почувствовав ее нерешительность.
— Возня с овцами в реке — не самое достойное занятие для хозяина поместья.
Реджи метнул в Элис насмешливый взгляд.
— Я готов прислушиваться к вашим советам, когда речь идет о сельском хозяйстве, но меня не интересует ваше мнение о том, какое занятие считать достойным, а какое нет, — отчеканил он.
Элис покраснела, поняв, что переступила границу дозволенного. Неловкую паузу прервало появление Мередит. Ее золотые волосы поблескивали в лучах яркого солнца, взгляд синих глаз был обманчиво кротким.
— Леди Элис, я хотела у вас спросить… — начала было она и осеклась, глянув на Дэвенпорта с выражением очаровательной нерешительности на ангельском личике. — Извините, я не знала, что вы не одна.
Элис прекрасно понимала, что все это — не более чем спектакль. По всей вероятности, девушка весь день наблюдала за входом в контору, поджидая удобного случая, чтобы наведаться сюда и посмотреть на нового хозяина Стрикленда.
Дэвенпорт отреагировал на ее появление так же, как это сделал бы любой нормальный мужчина. Он встал, и на лице его отразилось восхищение. Реджи, разумеется, понял, что девушка заглянула в контору не случайно, но это нисколько не помешало ему оценить красоту юной гостьи. Мерри с ее золотыми кудрями, рассыпавшимися по плечам в легком — тщательно спланированном — беспорядке, и в самом деле выглядела просто обворожительно в белом муслиновом платье с голубым узором.
— Мистер Дэвенпорт, это моя воспитанница, мисс Мередит Спенсер. Мерри, я уверена, что ты знаешь, кто этот человек, — сказала Элис.
От Мерри, конечно же, не укрылся ее язвительный тон, и, прежде чем повернуться к Дэвенпорту, она украдкой бросила на опекуншу проказливый взгляд.
— Какой приятный сюрприз! — игриво воскликнула Мерри. Обменявшись несколькими шутливыми замечаниями с Дэвенпортом, Мередит повернулась к приемной матери с таким видом, будто ее только что осенила прекрасная мысль.
— Леди Элис, как вы думаете, может быть, мистер Дэвенпорт не откажется пообедать с нами сегодня вечером? Миссис Хэйвер готовит отличную баранью ногу.
Значит, спектакль был устроен ради этого приглашения! Мерри было мало просто познакомиться с Дэвенпортом — ей требовалось затащить его на обед.
Видя, что Элис сердится, Дэвенпорт заколебался.
— Прошу меня простить, мисс Спенсер, — проговорил он наконец, — но ваша опекунша находилась в моем обществе целый день. Мне представляется, было бы невежливо с моей стороны навязывать себя ей еще и на вечер.
— Она не будет возражать. Ведь так, Элис? — проворковала Мерри, сопровождая свои слова более чем выразительным взглядом.
Загнанная в угол, Элис не придумала ничего другого, кроме как сказать:
— Мы обедаем всей семьей, мистер Дэвенпорт. Холостяку атмосфера, царящая за нашим столом, может показаться слишком шумной.
Мерри умоляюще посмотрела на Дэвенпорта.
— Я берусь сделать так, что мои младшие братья будут вести себя тихо, — пообещала она. — Ну, соглашайтесь же.
— С удовольствием приду, мисс Спенсер, — сказал Дэвенпорт, понимая, что отказ будет выглядеть как проявление грубости и невоспитанности.
Выразив восторг в приличествующих случаю выражениях и восклицаниях, Мерри ушла. Дэвенпорт снова сел и взглянул на Элис с дружеской улыбкой, как на старого приятеля.
— Вам никогда не приходило в голову купить ей пояс целомудрия? — поинтересовался он.
— Разумеется, приходило! — выпалила Элис, не успев как следует подумать, что говорит, и тут же, услышав хохот Дэвенпорта, спохватилась:
— Как вы можете говорить такие вещи!
— Я вас предупреждал — никаких скидок на то, что вы женщина. Я могу подсадить вас в седло, но во всех прочих ситуациях намерен оставаться тем же вульгарным типом, что и всегда, — насмешливо напомнил Реджи. — Она очаровательная девчушка и к тому же выглядит значительно менее «несовершеннолетней», нежели я ожидал, судя по вашему рассказу.
— Ей всего девятнадцать, мистер Дэвенпорт, — проговорила Элис, вертя в руках пресс-папье из венецианского стекла — Пожалуйста, не забывайте об этом.
Всю насмешливость Реджи словно ветром сдуло.
— Уж постараюсь не совратить ее за сегодняшний вечер. Кстати, если это вас успокоит, — девственницы нагоняют на меня скуку.
Элис напряглась, пытаясь понять, не являются ли эти слова завуалированным оскорблением в ее адрес.
— Мерри — очень умная и живая девушка. И очень застенчивая, хотя вы могли подумать иначе из-за того, что она заигрывала с вами. Она просто испытывала на вас свои чары — ведь тут, в поместье, она редко видит новых людей.
— И тем не менее вот вам совет опытного сердцееда: найдите ей мужа, и поскорее, — сухо заметил Дэвенпорт.
Элис опустила глаза. Похоже, мистер Дэвенпорт обладал талантом затрагивать самые болезненные и деликатные вопросы. Это был один из них. Элис много думала о том, где подыскать подходящего мужа для Мерри.
— Я бы с удовольствием это сделала, — заговорила она, — но, к сожалению, выбор слишком ограничен. Все живущие в окрестностях Стрикленда неженатые мужчины просто без ума от нее, но это либо неоперившиеся юнцы, либо вдовцы, подыскивающие матерей своим детям. Мерри заслуживает лучшей участи. — Элис вздохнула. — Вообще-то я думаю, она могла бы произвести настоящий фурор в Лондоне, если бы ее удалось вывезти в свет.
— Эта девушка в самом деле бриллиант чистой воды, — согласился Дэвенпорт. — Но обладает ли она знатным происхождением и состоянием, которые были бы под стать ее внешности?
— В этом-то и проблема, — признала Элис. — То, что она получит, никак не назовешь солидным состоянием. Что же до происхождения — отец ее был лондонским купцом. У нее нет родственных связей, которые позволили бы проникнуть в так называемое хорошее общество.
— Возможно, будет гораздо лучше, если она все же подыщет себе мужа здесь, — заметил Дэвенпорт. — Лондон опасное место для молодого и неопытного человека, тем более девушки. Кстати, — вдруг сказал он, — что заставило вас взять на себя заботы о Мерри и ее братьях?
Разумеется, Дэвенпорта это не касалось, но Элис показалось, что его вопрос продиктован искренним интересом, а не праздным любопытством. Подперев подбородок ладонью, она на некоторое время задумалась.
— Вот вам ответ, — заговорила она наконец. — У миссис Спенсер не было никого, кому бы она доверяла. Своих детей она не имела. Собственно, она и теткой-то этим детям была чисто номинально, по брачной, так сказать, линии. Кровного родства между ними не было никакого. Но она любила их и хотела, чтобы после ее смерти кто-то о них позаботился.
