Селяне загалдели, то и дело, выдавая догадки, куда могла подеваться ворожиха. Самыми нелепыми оказались - стала жертвой волколака или заодно с нечистиками растаяла в ночи. Рыжеватый понял, что боле никаких путных предложений он из напуганных жителей деревни не вытянет.
- Тогда к черной хате идти надобно, - с трудом пробился голос старца. А люд от неожиданности замер и смолк.
- Тепереча только ведьмак один и сможет Андруся да остальных мужиков у забытья вырвать. К нему дорога лежит, - стоял на своем древний дед. Сдавалось, все эмоции селян давно и прочно выела боязнь. Ан нет, теперь лица все как одно исказил ужас. Тарас даже подумал, что народ сейчас с визгом разбежится по домам. Мужик знал, что земляки, мягко говоря, ведьмака не жаловали. Но такого и не мыслил наблюдать. Ведь все-таки хозяин черной хаты не раз помогал людям. Сложилось стойкое ощущение, будто Тарас что-то пропустил. Рыжеватый внимательно вглядывался то в одно, то в другое лицо, надеясь отыскать хоть какое-то объяснение, но кроме ужаса там боле ничего не отображалось.
- И думаю, что поспешить надобно - кто ведает, какое лихо нас еще впереди ждет. А все твои россказни, Нюрка, ты б при себе держала, - дед, словно прочитав мысли Тараса, расставил все на места.
- А я все равно думаю - ведьмака это работа! Боле некому! Кто еще волком обернуться может? - то ли оправдываясь, то ли упреждая нападки, затараторила Нюра, главная деревенская сплетница. Небось, ее языка это работа - по всему селу разнести свои домыслы успела.
- А может ты просто втюхалась в ведьмака, а он тебе отворот-поворот? - загоготал местный гуляка, - Помнится, как ты к нему грыжу-то лечить позапрошлой весной бегала.
Люд стал неуверенно подхихикивать.
- Ой-ой, небось, сам настолько пропился, что уже и грыжа-то никакая не грозит? - тут же отбрехалась Нюра.
- На что мне та грыжа? Чай не баба: к ведьмаку бегать... А верно, Нюрка, люди говорят, что ведьмаки пылкие полюбовники? Да, за страсть свою даже силой черной поделиться могут?
И тут всегда такая малоповоротливая Нюра со скоростью молнии кинулась на гулену. Ее еле-еле сдержала дюжина рук. Но мощный бабий кулак все равно успел достигнуть намеченной цели. Нос выпивохи хрустнул и, подобно древесной почке, стал прямо на глазах разбухать, до неузнаваемости искажая ссохшееся от постоянной пьянки лицо. Селяне захохотали. Происшествие вмиг рассеяло царившее кругом тревожное настроение.
- Вот дур-ра-а-то! - орал пропойца, ощупывая лицо, - ты мне нос сломала!
- И поделом! - радовалась Нюра, гордо расправляя необъятный передник. - Будешь знать, как девичью честь позором клеймить!
- Какая девичья честь в сорок лет-то? - гнусавил гуляка, вытирая льющиеся кровяные дорожки. Баба, озверев, вновь бросилась в атаку. Вот только в этот раз гулена подготовился к нападению и ловко увернулся.
- А ну ка, успокойтесь! - скомандовал Тарас, поняв, что добром это не закончится.
Мужик с разбитым носом остановился, Нюра тоже взяла себя в руки и обратилась к новоявленному командиру:
- А ты чего это, главный у нас теперь? Тебя никто старостой не назначал. Ишь, воспользовался моментом. Небось, давно место старосты приглядываешь. Может, это ты волколак и есть? Напал на наших мужиков, нечистиками прикрываясь, а сам просто от Андруся избавиться хотел!
Рыжеватый имел невысокое мнение о Нюрке. Но трогать ее никогда не трогал, как говорится: в любом болоте жабы найдутся. Да вот не думал, не гадал, насколько быстро глупость людская может в чистых сердцах отозваться: кое-кто из селян уже согласно закивал. Тарас почувствовал, как его бледно-медная шевелюра от возмущения шапку на голове приподнимает.
- Да ты что, Нюрка, - кинулась на защиту любого вдовица Марьяна, - точно сбрендила!
- А вот и полюбовница! Молчала бы, стыдобица! Не успела мужа своего схоронить, дитя еще не нашла, а уже в опочивальню себе нового затащила! Да ты, видать, с ним заодно! Небось, сама ведьма! - понесло Нюрку.
- Да как ты смеешь говорить такое? - дрожащим голосом спросила потрясенная вдовица.
- Смею-смею. А чего ж не смею? Другие с твоим бесстыдством смирились, так я не смирилась! Я еще и князю об этом скажу!
- А вы меня ругаете! Да она ж невменяемая! - перекрикивал гвалт толпы гнусавый пьянчуга, стараясь держаться от Нюркиных кулаков как можно дальше. Рубаха уже вся заалела, но кровь не стихала.
- Тихо! - рявкнул сморщенный старец. - А ты Нюрка в первую очередь смолкни!
И как это из такого маленького дедка, практически стоящего одной ногой в могиле, сумел выйти столь громкий и грозный звук? Селяне притихли все до единого, немо взирая на старика. Недавнее веселье плотно накрыло удивление.
- Ишь, развела тут! Небось, вот из-за таких речей и казнили невиновных! Ты чего этим добиваешься? Хочешь, чтоб деревня сама себя перерезала? У нас и так невесть что творится. Лихо об руку с волколаком гуляют, людей изводят. А ты? Дурная баба!
- Я... - попыталась было оправдаться Нюрка.
- Цыц, я сказал! И вы тоже хороши, - дед перстом очертил всех селян, - нашли, кого слушать. Тесаки в руках посжимали, воины! Нет, чтоб "благодарствую" сказать, что хоть кто-то не побоялся да решил от нечистиков избавиться, так вы его же волколаком заделать собрались.
Старец плюнул в сердцах. "Да, добрый оратор, видать все, что он там малым рассказывает и не сказки вовсе", - решил рыжеватый.
- Раз вы такие смельчаки, может, кто из вас желает на бочку залезть? Авось кто-то лучше ведает, что делать надобно?
Люд потупил взоры. Многие раскраснелись от стыда. Даже пьянчуга с Нюркой не нашлись, что сказать.
- Вот молчите и слушайте, когда вам умные мысли говорят! А ты, Тарас, не серчай на дураков, - последнюю фразу дед произнес намного мягче.
- М-м-м. Я думаю, что, прежде всего, надобно выяснить все ли в порядке в самой деревне. Не украла ли и эта ночь у кого-нибудь дитя али скотину? Не забылся ли еще кто сном дурным?
Селяне все еще розоватые от стыда помотали головами.
- А все ли пришли? Иль может у кого, что дома случилось? - рыжеватый внимательно вглядывался в толпу.
- Ко мне, видать, лихо прокралось да и поселилось!
Народ расступился, открывая фигуру мельничихи. С красными от слез глазами, женщина продолжила:
- Малк до сих пор не вернулся. Он сперва за мужиками в лес собрался пойти. Да потом решил, что может с ними разминуться, и к Ладе направился. Но только и день, и ночь прошли, а его все нет. Он даже ведь еще про батьку не знает, - женщина закрыла лицо руками и тихо заплакала.
- Ну, погодь выводы делать, авось он спит где, - попытался приободрить мельничиху Тарас. - Он же у тебя вон какой волот и сон у него волотовский! Да его ни одна нечисть заломать не сумеет! А мельника и остальных мужиков мы вылечим!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
