сильнее. Согласен, красивое женское лицо без одного глаза выглядит слегка нервирующе.
— Степан, какая часть резюме Люцифера навела тебя на мысль о его сострадательности? Это — первое. А второе — девушка числится неопознанной. Сергееву нашли сразу с полным комплектом. При ней был телефон, документы, только что личной подписи не стояло на лбу. Типа, здравствуйте, это — я, Анна Сергеева. Здесь же ситуация другая. Так вот, Степан… Я собираюсь выяснить, кем является неопознанный труп.
— Черт… Я уже напрягаюсь…
Марков осторожненько приподнял стул, на котором сидел, и отодвинул его подальше от меня. Естественно, вместе со своей задницей. Затем покосился в сторону двери. По-моему, патологоанатом усомнился в верности своего решения составить мне компанию.
Мы с Марковым сидели в отделе МВД Западного Бирюлёва, в кабинете, где обитают опера уголовного розыска. К счастью, ни Валеры, ни Геннадия, ни Ивана Петровича на месте не оказалось, что не могло не радовать.
Видимо, всё-таки менты отдыхают по субботам. Правда, народ в отделе все равно суетился, поэтому я решил, что отдыхают конкретно эти менты, из уголовного розыска. Наверное, в субботу и в воскресенье преступники тоже на перекуре. В любом случае, меня это вполне устраивало. Я спокойно занялся вопросами, которые на данный момент крайне важны.
Пока ехали в отдел, я много думал. Это, кстати, верх мастерства — и говорить с Марковым, и попутно анализировать информацию, потому что Степан сыпал вопросами, как дырявый мешок горохом. В итоге — придумал.
Девушка, которая до сих пор неизвестна, вполне может быть той самой Леной Петровой. Маловероятно, но надо проверить.
Если все же убитая — действительно является Петровой, то, зная ее данные, мы сможем выяснить, как она жила последние полгода. А именно, изменилось ли поведение.
Да, в морге, когда мы с майором Машуриной ездили на опознание, я однозначно не увидел следов присутствия суккуба. Но с другой стороны, может их и не было. Может, Петрова по какой-то причине не устроила демона похоти, не прошла собеседование.
Потом, когда определимся с неизвестной, а я надеюсь, Степан не будет кочевряжиться и мы все сделаем быстро, нужно отправиться по тому адресу, который дала Мальденбург-Ольшанская. Девушка Соня… Конечно, если она не дура, по месту проживания точно сидеть не будет. Однако, можно поспрашивать соседей, поговорить с жильцами дома или (третий вариант мне нравится больше) воспользоваться отсутствием хозяйки и проверить ее квартиру.
Еще один пункт сегодняшней программы, это мой голем — Марина Рыжкова. Судя по тому, что никаких всплесков энергии я от нее за эти дни не чувствовал, подружка Сергеевой провела их спокойно. Ходила на работу, возвращалась домой, жила по привычному расписанию. Однако прошло уже пять суток с момента создания голема, можно попробовать вытянуть воспоминания настоящей Марины. Да и вообще, не мешает проверить собственное творение. Големы, конечно, крайне послушные, спокойные существа, если в них не закладывать жажду убийства, но, как говорят смертные, лучше перебдеть.
Сначала в любом случае нужно понять, кем является незнакомка, таскающая в кармане визитку Забелина. Черт с ним, даже если она не Петрова. В любом случае девка связана с убийствами. И как это сделать, спросите вы?
— И как ты собираешься выяснить имя убитой? — Марков, естественно, озадачился тем же самым вопросом.
Присутствие Степана, как ни удивительно, пошло мне на пользу. Вернее, моему мыслительному процессу. Думаю, дело в том, что я, наконец, смог нормально обсудить гибель девушек с человеком, от которого не приходится ждать истерики из-за слов «суккуб», «демоны», «Ад». А соответственно, проговорив все факты вслух, включая рассказ о вчерашнем вечере, я даже как-то по-новому взглянул на убийства. Вернее, укрепился в уверенности, что они между собой связаны. И кроме того, связаны с кукловодом. Он меня интересует больше всего.
Неизвестного Хозяина бритоголовых я пока не могу достать, потому что не понимаю, в какую сторону смотреть, но если разберусь с убитыми девками, шкатулкой, суккубами и Мальденбург-Ольшанской, уверен, появится ясность относительно кукловода.
— Степан… — Я покачал головой, демонстрируя недоумение. — Как ты думаешь, зачем я показал тебе фотографии убитых девушек? Чтоб ты точно знал, кого нужно искать. Потому как, вообще-то, у нас в наличие имеется один крайне полезный тип. Говорящий. Слышал о таком?
— Ээээ! Нет!
Патологоанатом в одну секунду вскочил на ноги и отпрыгнул к окну. Видимо, боялся, что я прямо сейчас схвачу его за шиворот и потащу в какое-то крайне неприятное место.
— Ну перестань! Ты десять лет резал трупы. В чем проблема?
— Трупы, Забелин! Вот именно — трупы. Знаешь, что такое трупы? Это — мертвые, окончательно и бесповоротно мертвые люди. А ты намекаешь… — Марков замолчал на секунду, затем осторожно спросил, — Подожди… А ты на что намекаешь? Я просто сразу представляю самые хреновые варианты.
— Да! Я хочу, чтоб мы поехали на место, где нашли трупы девушек и ты попробовал связаться с призраком второй убитой. Люди, погибшие насильственной смертью, они… Как бы это сказать… Не сразу уходят в Распределитель. А иногда прям сильно не сразу. Могут годами ошиваться неподалёку от места гибели. Особенно, если хотят мести. Есть такое… Черт… Как бы тебе объяснить понятнее… Есть некий временной карман. В 1582 году, когда папа Григорий перешёл со старого юлианского на христианский календарь, были потеряны пятнадцать дней. Эти пятнадцать дней, существуют вне вашего пространства и времени. Имею ввиду пространство и время смертных. Мы называем это место — Пристанище. Там обитают призраки, которых держит жажда мести. Шляются туда-сюда, из Пристанища в мир смертных и обратно. Ты — Говорящий, ты можешь наведаться к ним в гости и тебе за это ничего не будет. Призраки не причинят вреда столь особому гостю. Я все подробно расскажу. Дам маршрут. Все очень просто. Тебе только нужно будет обойти кое-какие знаки на границе между реальностью и Пристанищем. Не поверишь, их поставили сами призраки. Можно подумать, имеется до хрена желающих. Это подобие охранных заклятий. Если случайно наступить в такой знак, ты окажешься сваренным, ослеплённым или сосулькой. В зависимости от того, в какое заклинание наступишь. Правда смешно? Призраки ставят защиту от живых.
— Усраться можно. — Ответил Марков с каждой минутой становясь все более мрачным. — Я только не совсем понял… Говорящий — это от слова «говорить». А ты почему-то рассказываешь о конкретном путешествии, когда нужно встать и куда-то пойти. Граница эта… Пристанище какое-то. Туда могу попасть только я? А ты? Ты сам. Что может быть круче Люцифера?
— Видишь ли… Скажем так… Призраки меня недолюбливают. Им кажется, что я непременно схвачу охапку неприкаянных
