Читаем без скачивания Убийца (в сокращении) - Лиза Скоттолине

Ого!

— Да?

— Он все время этого боялся. Прямо как одержимый. Все время ей звонил, хотел застукать.

Этого Мэри не могла понять.

— Но он сам изменял!

— И что? Ему можно, а ей нельзя, — улыбнулась Лэтрис.

— Он подозревал кого-то?

— Всех. В основном мужчин, которые приходили в салон.

— А на прошлой неделе вы его видели?

— Конечно, дважды. Он приходил перед закрытием, ел и отвозил меня домой. Как всегда.

Мэри опять вспомнила дневник Триш — ссоры после возвращения от «Бьянетти». «Ролли» не упомянут ни разу.

— Он не говорил Триш, что бывал здесь?

— Ни в коем случае.

— Говорил, что ходит к «Бьянетти», а на самом деле шел сюда.

— Ну, наверное.

— А вы знали, что он связан с мафией?

— Конечно. — Лэтрис невесело улыбнулась. — Я знала, чем он занимался. — Она покачала головой. — Он хотел от них уйти и почти ушел.

— Он не рассказывал о каких-нибудь своих друзьях из мафии?

— У него не было друзей в мафии.

— Я говорила с его сестрой. Он ей рассказал про дом, куда хотел бы спрятаться, вырвавшись от мафии. А вам не рассказывал?

— Нет.

Мэри старалась не падать духом.

— Если бы он покупал дом, то где, как вы думаете?

— Не знаю. — Лэтрис опять покачала головой.

— А о местах, где ему понравилось, не рассказывал?

— Нет.

У Мэри уже отказывала голова.

— Может, были какие-нибудь поездки за город?

— Нет.

— Он же должен был уезжать из города, чтобы искать дом, потом покупать, потом проверять его время от времени, — размышляла вслух Мэри. — За домом ведь надо смотреть, ну, хотя бы на зиму закрывать и все прочее.

— Да, готовить к зиме. Отключить воду, укутать водонагреватель, разбросать влагопоглотитель, чтобы стены не отсырели и плесень не завелась…

— Откуда вы это знаете?

— Это каждый знает.

— Я вот не знаю. — Мэри улыбнулась.

— Это потому что вы городская. А я с севера, из Поконоса. Выросла в Боннихарте, к северу от водораздела Делавэра. Знаете те места?

— Слышала, но ни разу не была там.

— О, это прекрасные места, на самой границе с Джерси. Стоит мне вспомнить… Деревья, леса, природа. По лесу можно гулять бесконечно. Как я люблю там бывать… — Широкая улыбка преобразила лицо Лэтрис. — Воздух такой свежий, и люди хорошие. Дочка моя тоже любит. Я все время туда езжу, к папе, он до сих пор там живет.

— Так вы там выросли?

— Ну да. Мы жили в домике в лесу. Папа охотился, а я ухаживала за курами и за свиньей. Это самое красивое место в мире, и это здесь, в Пенсильвании.

Мэри лихорадочно соображала.

— Вы рассказывали Бобби об этом?

— Конечно, — засмеялась Лэтрис. — Как начну рассказывать, меня не заткнешь. И дочку мою тоже. Он меня все дразнил, говорил: «Если бы каждый раз, как ты вспоминаешь о своем Боннихарте, я получал бы десять центов, я был бы обеспечен на всю жизнь». — Глаза ее вдруг расширились. Мэри подумала о том же.

— Может быть, там-то он и купил дом? — Мэри охватило волнение. — Расскажите мне, как ехать в Боннихарт.

Глава 9

После трех гудков включилась голосовая почта Энтони, и она сказала: «Извини, что я тебе не позвонила. Встреча затянулась. Пожалуйста, позвони, как только сможешь». Нажала «отбой» и отодвинула эмоции в сторону. Сейчас не время думать о личной жизни; перед ней новая цель. Она включила зажигание, нажала на газ и рванула к скоростному шоссе.

Через три часа и две порции хот-догов Энтони все еще не позвонил, а Мэри въехала в Боннихарт. Тучи плотно закрыли солнце, небо потемнело, пошел сильный дождь.

Она взглянула на часы: почти пять. Поздновато искать архив, где хранятся документы по регистрации сделок. Да и незачем: Бобби так или иначе купил дом не под своим именем. Она увидела вывеску риелторской конторы и решила, что для начала нужно заглянуть сюда.

В домике, обшитом вагонкой, соседствовали два предприятия: риелтор и таксидермист. Внутри горел свет, и Мэри заехала на почти пустую стоянку с рукописной рекламой «Олень! Медведь! Лось!». Да, она уже не в Филадельфии. Накрыв голову от дождя сумкой, она пробежала от машины до дверей риелторской конторы и на крылечке стала отряхиваться, поглядывая на выставленные в окне фотографии домов. На одной была надпись: «Полное уединение».

Замечательно. Мэри вошла, над дверями звякнул колокольчик, и из глубины помещения к ней заспешила женщина средних лет с рыжими курчавыми волосами.

— Бог мой, я уж и не думала, что сегодня кто-то придет, — сказала она. — Вы заблудились? Нездешнему у нас легко заблудиться.

Мэри улыбнулась:

— Как вы догадались, что я нездешняя?

— Машина не полноприводная, и одеты легко, — засмеялась риелтор и протянула руку. — Джулия О'Коннелл.

Мэри представилась.

— Один мой знакомый купил здесь дом, и очень доволен. Он из Филадельфии. Он сказал мне адрес, но я его потеряла, а дозвониться по мобильному не могу. Я хотела бы увидеть этот дом; не вы ли его продавали?

— Я только месяц работаю и еще никому ничего не продавала. Может быть, кто-то из девушек с ним работал. Как его зовут?

— Бобби Манкузо. — Мэри затаила дыхание, надеясь, что новость о его убийстве до этой глуши не дошла.

— Не припоминаю, — ответила Джулия.

— Он довольно-таки эксцентричен, мог купить дом под другой фамилией. Может, вы слышали, как кто-то из коллег об этом рассказывал? Кажется, он платил наличными.

— Наличными? — Джулия вытаращила глаза. — Ни разу не слышала о сделке с наличными. Наверняка босс знает, но сегодня она уже ушла. Может, лучше дождаться, когда ваш друг сам позвонит?

Мэри минуту подумала.

— Я, собственно, спрашиваю, потому что хочу найти себе похожий дом. Что-нибудь уединенное.

— В самом деле? — Лицо Джулии просияло. — Тогда вы пришли именно туда, куда нужно. Давайте назначим время встречи…

— Я хотела бы прямо сейчас.

— Сейчас? Но там вон какой ливень. К тому же я скоро закрываюсь.

— Если бы я посмотрела на дома, проданные в Боннихарте, скажем, за два последних года, то мне бы стало ясно, чего я хочу. И у меня есть только сегодняшний вечер.

— Я могу распечатать вам список сравнительных продаж по Боннихарту, но такие вещи не приветствуются. Я должна объезжать дома вместе с вами.

— Что такое сравнительные продажи?

— Таким списком пользуются, чтобы установить цену на дом. Он отражает метраж, количество спален и санузлов, площадь парковки и так далее.

— Отлично. Давайте мне список.

— Но поверьте мне, так не делается. Приходите завтра и съездим вместе.

— У меня нет времени, и к тому же я предпочитаю сделать это самостоятельно. — Мэри играла роль бизнес-леди, этакого партнера фирмы «Розато и Динунцио». Или даже «Динунцио и Розато». — Дайте мне список, я посмотрю дома и вернусь к вам.

— Так не делается. — Веки Джулии задрожали.

— А я делаю именно так. Вы хотите продать дом?

— Ладно, — сдалась Джулия.

Вскоре Мэри ехала сквозь дождь, вооруженная двухстраничным списком и картой Боннихарта. Дворники работали безостановочно, машина едва ползла по грязи.

Первые восемь домов были заселены, и ни у одного из них не стоял черный БМВ. В девятом никого не было, свет нигде не горел, и Мэри подкралась к фасадному окну, прикрывая от дождя голову сумкой. Заглянула — с дивана на нее смотрели четыре кошки. Этот дом она тоже вычеркнула.

Мэри села в машину и отправилась по следующему адресу, убеждая себя, что надо держаться выбранного курса. Этот план имеет смысл. Логично, что Бобби привез Триш сюда. Дом и есть тот самый сюрприз. Так что же случилось? Убил ли он ее, а потом вернулся в город или запер в доме и вернулся? Может быть, она еще жива?

Сверяясь с картой, Мэри добралась до номера семьдесят восемь по Теханна-лейн, как значилось на почтовом ящике, и, выключив фары, проехала перед домом, пытаясь разглядеть его за деревьями. Машин на парковке не было, но внутри горел свет — желтый квадрат за стволами. Дом был стандартный и походил на все остальные, и Мэри, включив фонарик, сверилась со списком. Три спальни, два санузла, тысяча триста двадцать квадратных футов, участок в пол-акра, продан год назад за девяносто восемь тысяч долларов.

Мэри выключила фонарик и с минуту сидела в машине, пытаясь понять, есть ли кто внутри. Дом был обшит вагонкой. Крылечко, небольшая веранда. Она снова осмотрела почтовый ящик — он был черный в отличие от других, разрисованных рыбками или оленьими головами. Никакого имени, что тоже необычно.

Мэри смотрела на дом, и сердце ее билось все сильнее. Капли дождя стучали по крыше машины. Туфли у нее промокли, одежда тоже была влажная. Она взглянула на часы. Почти десять.

Отбросив сомнения, она подхватила сумку-зонтик, выбралась из машины и по подъездной дорожке побежала к крыльцу. Взобравшись по ступенькам, посмотрела в окно. Гостиная была обставлена скромно: коричневый диван, два кресла. Когда Мэри шла к дверям, сердце едва не выпрыгивало у нее из груди. А уже подняв руку, чтобы постучать, она заметила, что внутри на полу валяется разбитая зеленая керамическая лампа и весь пол усыпан острыми осколками.