у тебя то, что принесла в прошлый раз, — ответила я, но в ответ мне хрипло рассмеялись.
— Лихо ничего не отдает. Лихо забирает все, что нужно и ни у кого не просит дозволения.
— Если есть цена, назови ее. — Я решила поторговаться.
— У всего есть цена, девочка. Но Живую смерть я не отдам.
— Ко мне подкрадывались мерзкие уродцы, охраняющие болота и я, не выдержав, пустила в ход магию.
Ну, на самом деле, Кики скромничает. Мари вспомнила ту ночь. Лихо высмеяло спутников и ту, что стояло перед ней.
— Вы жалкие людишки, ходите ко мне за всем, что не попади, и думаете, что лес вам должен. Вы разрушаете, все к чему прикасаетесь, себе на забаву. Делаете из прекрасных трав, могущественные зелья, из крепких деревьев оружия, а из природных даров, себе камушки. — И она ткнула пальцем, одним из четырех, на уши собеседницы. — Прочь с моих земель, грязные животные.
Вокруг Лихо закружила зеленая дымка, которая медленно перетекая, по верхушке болота направлялось в их сторону. А мелкие бесята, прыгая из стороны в сторону, начали кидаться сырой землей с примесью камней.
А когда, в ближайшего стражника попал огромный булыжник и раскроил ему бровь, Кики вышла из себя. Зеленая дымка рассеялась, камыш полопался, а болото забурлило, от ее расставленных в сторону рук.
Зрелище было запоминающееся. Караконджулы бегут со всех ног, Лихо, упало на спину и нелепо пытается встать, а Кики громогласно произносит.
— Как смеешь ты, поднимать руку на прекраснейшие создания, созданные самой природой?! Как смеешь ты говорить об уничтожении леса, когда сама загубила величайшее озеро.
— Ты-ы-ы… в тебе… ты обладаешь силой леса?
В наступившей тишине, с придыханием произнесенные слова расслышали все. И Ральф, и Маришка, и Лесные, стоящие на одном колене, с опущенными головами.
— Где оно?
Лихо, таки встала и, взирая на Кики (но теперь уже с уважением) произнесла:
— Тень забрала ее.
— Ты отдала «Живую смерть» той, кто может обратить ее против тебя же?
— Мой долг — защита болота и всех его обитателей. От маленькой мошки до злобного водяного, чуть ниже по течению. Для защиты своих я отдала ей оружие.
— Ты защищала только себя! — С презрением бросила Кики и вернулась к ним.
— Оно склонилось перед тобой! — Сказал Эрик.
Маришка удивленно посмотрела на дракона. Он не спрашивал, а утверждал.
— Да, склонилось. Но то, что нам нужно, уже у Василисы.
— Я так и думал. — Он устало покачал головой. — Ральф, есть разговор. Неприятный.
— Хорошо. Вы поговорите, а я тогда пойду. — Кики уже встала, чтобы уйти, но ее удержала вцепившееся в запястье рука.
— Тебя это тоже касается. Твой приобретенный статус сможет сыграть большую роль.
— О, милый, я не хочу приобретать никакой статус. Чуть-чуть побуду их принцессой, но как спасём Василису…
— Не получиться, чуть-чуть. — Не дал ей закончить Эрик. — И ты прекрасно это понимаешь.
Спорить девушка не стала, но всем видом дала понять, что такое положение вещей ее не устраивает. Дракон встал и зашагал по комнате. Хотя комнатой это, конечно, сложно назвать. Огромное помещение, посередине которого широкая винтовая лестница на второй этаж, где всего две спальни и одна умывальня. Одну из комнат доделали пока вожак и его невеста, то есть сама Маришка, отсутствовали. Будущая хозяйка, на самом деле не знала, что жилье принадлежит им, пока Ральф не сказал: «Пойдем посмотрим готов ли наш будущий дом».
Первый этаж, это одна большая комната. За лестницей, огромное помещение вместо деревянной стены, как во всем доме, заканчивалось стеклянной. Эта часть оборудована камином слева и низким столом, с четырьмя креслами и шкурами, с их предыдущего места обитания, справа. Перед лестницей, справа от входа, где сейчас они и располагались, стоял круглый стол и стулья. Вот и все, чем были богаты вожак и его будущая жена. Но для Маришки это было больше чем достаточно. Она посмотрела на Ральфа и, сжав его руку, нежно улыбнулась. Ей улыбнулись в ответ.
— Говори.
Эрик остановился посередине помещения, скрестив руки на груди, немигающим взглядом посмотрел на вожака, прежде чем произнести:
— Нам нужны упыри.
Сама Маришка ахнула и отшатнулась, как от пощечины, но ее любимый даже глазом не моргнул.
— Я знал, что ты это предложишь.
— Тогда ты и сам об этом думал.
— На самом деле, не я, а твоя подопечная?
— Василиса? О чем ты?
Мари тоже было интересно, о чем это Ральф говорит. Связываться с кровопийцами — это как подписать себе приговор о войне на всю жизнь, но он так спокойно отреагировал. Почему? Есть что-то, о чем она не знает?
— Ральф? — Всего одно слово, но сомневаться в том, что ее поняли, было бы глупо.
— Когда я сидел и обдумывал план по сокращению жертв в битве, ко мне пришла Василиса. У нее были предложения, в том числе речь шла об использовании великанов и упырей.
— Первое к кому она отправилась, были Волоты. — сообщил Эрик
— Да. Я тогда ответил ей, что мол, ребята гордые, не готовы пойти за кем угодно.
— Да-а-а, за тобой бы они не пошли, — протянул дракон.
— Я так и сказал, на что она ответила: «Я уверена, что они пойдут за учителем».
Наступило молчание. Эрик сидел с широко распахнутыми глазами, а Кики недоуменно переводила взгляд с одного на другого.
— Почему волоты не пошли бы за Ральфом, а пошли бы за тобой?
— Потому что Эрик, ведет себя с ними, как с равными, — вмешалась Маришка, — не считает ниже своего достоинства общаться с «глупцами переростками», как их называют в приличном обществе.
Дракон перевел взгляд на дочь хранительницы миров и устало ухмыльнулся. Она стыдливо опустила голову. Кто бы мог подумать, что пьянство стражника могло сыграть им на руку, если б Сэл не добралась до них раньше.
— Ну так попроси их сейчас. В чем проблема? — Снова недоумевала Кики.
— Не получиться, — Эрик перевел взгляд на сестру, и Мари стало легче дышать. — Василиса убила главаря, а значит, завоевала власть. Они теперь подчиняются ей.
— Много деревень она посетила?
— Одно. Но там жил тот, кто заслужил всеобщее уважение. Что она сказала про упырей? — вопрос уже адресовался Ральфу.
— Да, в принципе то же самое. Они сильные и быстрые, доберутся до Аримаша быстрее нас, может, и воевать не придется. И снова уверяла, что это в твоих силах.
— Ты мне не говорил об этом.
Маришка понимала, что в то время Ральф был слишком занят. Но, возможно, Василиса была права.
— Я тогда и так возложил на тебя столько всего…
— Василиса что,
