собирает себе войска из твоих друзей? — голубоглазая красавица была в шоке.
— Василиса просто думает так, как я ее учил.
Какой бы плачевной ни была их ситуация, Маришка услышала нотки гордости за ученицу, в голосе начальника стражи.
— Что у тебя за мысли по поводу вампиров?
— Альянс на равных условиях и место в Совете Мира. Свои законы и наказания, территорию и свободу от преследований. Это то, чего они хотят, и то, что в случае победы они получат от Него. Кроме Совета Мира, конечно.
— На это никто не согласится.
Мари была в странном состоянии смятения и злости. Как Эрик может предлагать волкам мир с кровососами. А ее мать, а Гера, Сесиль. Немыслимые требования. Но вдруг это поможет вернуть Сэл.
— А я бы дала им шанс. — Устремленные на нее взгляды заставили Кики закатить глаза и пояснить. — Я мало что знаю про этих ребят, но мы все заслуживаем право на жизнь.
— Я думал ты будешь против. — сказал Эрик.
— Почему? — С таким вызовом спросила сестра, что дракон улыбнулся, опустив голову.
— Нет, Кики, я думал что…Дело в твоей магии.
— Моей магии?
— Да. В тебе магия зарождения. А эти ребята… Скажем так, по духу им ближе сила Суво.
— Но они хотят присоединиться к нам?
— Они хотят перестать прятаться и убегать. — Ответил ей Эрик и переключился на вожака. — Что ты думаешь?
Ральф смотрел немигающими черными глазами в серо-голубые глаза дракона.
«Знаю я одно — если на твоей стороне Эрик, то не имеет значения, какой враг против тебя», — всплыли в памяти сказанные им же когда-то слова. Вот и сейчас любимый, пытается определить на чьей стороне Эрик.
— Это решение принимать не мне.
— Но все же, если бы последнее слово было за тобой? Они хотят присоединения к альянсу, хотят дом и мир. По-моему, все очевидно.
— Отложим решение до утра. — Кивнув, принял решение вожак.
Гостьи встали одновременно. Эрик поддержал для Кики дверь, пока она выходила, отправляясь, предположительно, на поиски Камиля. Дракон же, вероятнее всего, пошел пить.
До самой ночи Ральф не проронил ни слова, а Маришка не решалась начать разговор сама. Она прекрасно понимала, на какой риск пойдет вожак, если поддержит упырей. Это может привести к новому бунту и новой войне внутри объединенных стай. Если же его поддержат, а вампиры предадут, потери могут пойти на тысячи. Не говоря о том, что среди прочего необходимо будет уговорить ее мать, которая, как оказалось, пришла в себя и вовсю готовиться к их помолвке. И Геру с Асвадом. Вот кто действительно будет в ярости. А еще к ним присоединились Лесные духи, которых так долго склоняли к сотрудничеству. Потеря столь сильного союзника еще один большой минус, к которому может привести мирный договор с вампирами.
Очень сложное решение.
— Я думаю, Эрик прав. — Произнес Ральф, уже глубокой ночью, обнимая Мари в крепких объятиях.
— В том, что он хочет дать им шанс?
— Он не им хочет дать шанс, а нам.
Мари приподнялась и, опираясь на локти, посмотрела в глаза любимого.
— Не поняла.
— Сейчас мы в меньшинстве, даже с учетом того, что прибавилась армия Лесных. Волоты — сильный противник. На одного великана мы выставим не менее двух дюжин опытных воинов. И даже в таком случае мы можем не одолеть его. Количество боевых волков, сокращено вдвое, после «Волчьего капкана». Из сильных магов у нас всего пятеро. У него же, по слухам, больше сотни. У нас один дракон, а у него Аргентавис и кары. Отдать вампиров, это заблаговременно признать поражение.
Она думала о проблемах внутри совета, тогда как Эрик с Ральфом ведут внешние бои с куда более сильным противником. Стоит задуматься над тем, чтобы взять уроки у Данияра.
— Но как ты уговоришь остальных?
— Лесных возьмет на себя Кики, твою мать — Эрик, так же как и Геру с Асвадом, на мне останется лишь стая.
— Всего-то. — Закатила глаза Мари и рухнула на пуховые перины. Как будто уговорить волков принять мир с их заклятыми врагами, это как нечего делать.
— Не переживай, родная, — ее нежно поцеловали в макушку, — разберемся. А сейчас спи. У нас через десять дней помолвка.
— М-м-м, — промычала девушка в подушку. Любимый же, что лежал сбоку, заливался смехом, за что и получил локтем меж ребер.
Кики
Кики пошла искать Камиля, предварительно приведя себя в порядок и переодев дорожный костюм, конечно. На ней был наряд древоборцев: зеленые узкие штаны, на которых сзади цеплялась длинная юбка, зеленая же рубашка, тоже узкая, с длинными зауженными рукавами. Подаренная ей рубашка имела квадратный вырез, из-за чего девушка украсила шею тонкой ниткой серебра, с красным кулоном в виде раскрывшейся розы.
По началу ее преследовали охранники, выделенные в землях последователей Тары. Но она быстро отвязалась от них, преподнеся дюжину крепких мужчин в лапы дракона, что сидел в отдалении от большого костра поляны с огромным количеством выпивки. Пить эти ребята не умеют, даже Ральф оказался выносливее, куда им до Эрика.
Поиски Камиля затянулись, так как его никто не видел с самого возвращения, но девушка знала, где искать любимого. Если уйти на восток от главных ворот на заваленной деревьями дороге, можно выйти еще к одной поляне, которую пересекал небольшой ручеек. Именно там, после бойни в каньоне с Аримашом и нашла Кики своего разъяренного любимого, который вырывал деревья с корнем и швырял в разные стороны. И именно тогда, она узнала о его секрете.
Чем дальше колдунья уходила от волчьей поляны, тем тише раздавались звуки голосов и песен, которые распевали Лесные и тем громче «пел» лес: кваканье лягушек, стрекотание цикад, уханье сов. Но больше всего ей нравились шум ветра, легко колышущий только распустившиеся листья, и журчание ручейка впереди.
Небольшую поляну, к которой Кики приближалась, освещали сотни сверчков, на что невозможно было смотреть без замирания сердца. Поваленные, еще с прошлого ее визита деревья, обросли местами мхом. Возле ручейка распустились ночные фиалки, сладкий запах которых распространялся на много шагов вокруг. А недалеко от ручья сидел, скрестив ноги под собой на высоте половины ее роста, Камиль… В образе медведя.
Глаза его были закрыты и он не мог видеть выходившую на поляну девушку. Вокруг его рук, локти которых упирались в колени и имели совершенно расслабленное положение, летали по кругу блестяще голубые бабочки.
Не решаясь перепрыгнуть через ручеек, не более аршина в ширину, дабы случайно не побеспокоить любимого, она просто присела на поваленное дерево. Камиль имел совершенно прекрасные черты… морды, даже
