торговля, индивидуальный подход, который я никогда на себе не испытывала, и вот теперь испытала, но… Но ощущение, будто поимели. Чуть-чуть. А цепляет.
— Нет, что ты! — улыбается Анастасия, — я вообще редко работаю с покупателями! Просто сегодня у меня продавец заболела, и я одна тут. Но, если честно, я всегда смотрю на человека, прежде, чем ему что-то предложить. Понимаешь… — она снова становится к аппарату, принимается колдовать там, — ты еще кофе хочешь? Со специями? Меня этому рецепту в одной турецкой кофейне научили, рядом с Софией. Там кофе варят уже пятьсот лет… Так вот, — дождавшись моего кивка, продолжает она, — каждая вещь, которую я придумываю… Это словно ребенок для меня. Я не могу отдать ее в неправильные руки. И потому выбираю только правильные. У меня редко бывают такие случайные посетители. Обычно, вся коллекция, весь размерный ряд, выкупается сразу же, как только поступает в салон. Особенно, не ходовые размеры. У тебя ходовой, на тебя легко подбирать…
— А если бы я не понравилась? — я смотрю на себя в зеркало, поправляю ворот толстой вязаной кофты, постоянно спускающейся на одно плечо. Синяк видно, черт… Но так красиво…
— Я бы тебе ничего не продала, — пожимает она плечами.
— А если бы здесь был продавец, а не ты?
— Я здесь всегда. Просто не торгую, а смотрю. Так что, я бы скорректировала.
— А почему ты решила, что я — подхожу для этих вещей?
— Не знаю, — пожимает она плечами, — этому нет разумного объяснения. Знаешь, — Анастасия ставит передо мной малюсенькую чашку черного кофе, от которого одуряюще пахнет специями, причем, незнакомыми, но безумно притягательными, прямо слюнки выделяются, — мой бывший муж… — она делает паузу, чуть сдвинув тонкие красивые брови, словно решая, договаривать, или нет, и затем все же продолжает, — он говорит, что у меня чутье на людей. Правда, в случае с ним оно не сработало!
Тут Анастасия заразительно смеется, и я тоже улыбаюсь, хотя последняя ее фраза вообще не похожа на шутку. И кроется за этим всем какая-то история, взрослая и непростая.
И сама Анастасия, которая до этого смотрелась на двадцать пять максимум, теперь кажется куда старше, может, возраста моей мамы даже. И это всего лишь из-за проскочившей в темных глазах искры боли.
Ужасно не хочется завершать общение, уходить, но, глянув на часы, я понимаю, что провела в гостях уже больше двух часов. И, если хочу хоть что-то успеть сделать к завтрашнему дню, то надо торопиться.
Я расплачиваюсь за одежду, стараясь не смотреть на нереально конский итоговый ценник. И это я еще считала, что онлайн потратила дофигища!
Похоже, я вхожу во вкус богатой жизни?
— Слушай, — не удерживаюсь я от вопроса, уже на кассе, — а если бы у меня не было денег?
— Тогда бы я предложила тебе что-то другое, — невозмутимо отвечает Анастасия, — у меня разные варианты есть, тебе бы обязательно что-то подошло. Или на будущее присмотрела бы. Знаешь, что такое пролонгированная продажа?
Я не знаю, но по контексту догадываюсь и киваю.
— И, к тому же, — добавляет Анастасия, лукаво улыбаясь, — я знала, что у тебя есть деньги.
Я удивленно поднимаю брови, и она объясняет:
— Эти брюки на тебе стоят примерно пятьдесят тысяч. Блуза — тридцать. Сумка — сто. Понимаешь, о чем я?
— Эм-м-м…
— Тот консультант, что не захотела тебя обслуживать, просто не компетентна, вот и все. А вообще, сейчас такое время, Лика, что смотришь не на внешние признаки, они лишь помогают. А на человека. В глазах — все ответы.
— Твой муж тебя боялся, наверно, — бормочу я, прежде, чем соображаю, что стоит помолчать, — насквозь видишь…
— Это к нему не относилось, — грустно улыбается Анастасия, вообще не обидевшись на мое замечание, — такие, как он, сами кого угодно просветят. И растопчут. Если вообще заметят препятствие на своем пути…
— Кошмар… — я не знаю, что сказать на это.
— Надеюсь, тебя минует чаша сия, — говорит Анастасия, — такие люди притягательны, но… Они убивают. Иногда даже не фигурально.
Я внутренне столбенею от ее слов, почему-то вспомнив Сандра и его холодный жесткий взгляд. Какое точное описание, надо же. Притягательная гибель.
Попрощавшись, выхожу из салона, бреду по коридору торгового центра, в глубокой задумчивости.
У аквариума с рыбками торможу, скидываю гору пакетов на скамейку, сажусь рядом, посмеиваясь, потому что за пакетами меня вообще не видно, открываю приложение такси.
И затихаю, услышав неподалеку знакомый голос с манерыми интонациями:
— Да. Я тебя уже долго жду, сколько можно?
Аккуратно выглядываю из-за пакетной горы и вижу стоящую ко мне спиной Вику, жену Сандра.
Вот… черт.
__________________________________________
Девочки и завершает нашу великолепную семерку авторов литмоба ЖАЖДА
Марья Коваленко "Не борись со мной, малышка" (https:// /shrt/nShM)
Я сбежала от одного мерзавца и попала в лапы другого - настоящего эгоиста, который руководствуется по жизни всего двумя принципами: 1. Место женщины в кровати. 2. Счастливые трусов не надевают.
Глава 25
Идиотская ситуация, совершенно!
И с места не тронешься, и на месте оставаться стремно.
Вика совсем рядом, в любой момент может повернуться и увидеть меня! Естественно, сразу же решит, что специально подслушиваю!
А я не специально!.. Подслушиваю.
— Да, я сегодня до вечера свободна… — она продолжает говорить, я продолжаю слушать, блин! А куда деваться? — он на встрече… Ну откуда я знаю, какой? Какая разница, какой? Главное, что точно не в городе.
Вика раздраженно притопывает каблучком, постоянно трогает свои зеркально-блестящие черные волосы. Нервничает?
— Милый… — и в этот моментя в осадок выпадаю, жесткий такой. Потому что явно она не Сандра своего милым зовет! И какого фига я так попала-то? — ну у нас так мало времени… Я так соскучилась…
Звучащие в ее голосе неожиданно просительные интонации удивляют до невозможности. Эта стервь так умеет? Упрашивать? Умолять? Надо же…
— Да… Да… Иду. А ты когда приедешь?
Слава всем богам, она удаляется от аквариума, продолжая говорить и не обращая внимания ни на кого.
А я, осторожно выглядывая из-за вороха пакетов, наблюдаю за тем, как она уходит, с плохо скрываемым облегчением. Даже и не скрываемым.
Блин,
