что, в случае сдачи города никому никакого ущерба причинено не будет. Все поставки продовольствия и фуража войску будут оплачены по рыночной цене. В противном случае город будет взят штурмом и полностью разграблен. Все сопротивляющиеся попадут в плен. Из плена у них будет только два выхода: выкуп или холопство. А Смоленская земля, так или иначе, будет присоединена к Владимирскому княжеству. Примеры тому — Рязань, Муром и Новгород. И Юрьев.
Зосима всю ночь думал, однако, к утру, под давлением городской старшины, согласился сдать город. Старшина в один голос заявила, что городское ополчение драться не будет. А дружинников у него было всего четыре десятка. Да и сами дружинники, при виде огромной конной рати Святослава, отнюдь не горели желанием ввязываться в безнадежный бой. К тому же, про огнебойные трубы владимирского войска все были наслышаны. Из первых уст. Двое дружинников Зосимы сражались при Юрьеве. Им повезло уйти живыми и не попасть в плен.
Юрий поставил в городе сотню пехотинцев. Их сотника назначил воеводой. Одного из приказных столоначальников поставил наместником. Закупили у местных купцов и хозяев продовольствие и фураж.
Через два дня подошел гуляй-город. Еще через день пришли ладьи с пехотой. От Вязьмы конница и гуляй-город вместе пошли по дороге на Дорогобуж. Пехота поплыла вниз по Вязьме, затем вниз по Днепру.
К Дорогобужу дошли за три дня. Гарнизона в городе не оказалось. Ворота были открыты. Жители, в большинстве своем, остались. Сбежали наместник, воевода и несколько местных бояр. В городе оставили сотню пехоты, нового воеводу с наместником и не задерживаясь двинулись дальше.
К Смоленску войско подошло 18 июня. Ворота были заперты, город подготовлен к обороне. Князь Владимир Рюрикович успел стянуть в свой стольный город гарнизоны соседних городов, бояр с дружинами из вотчин в радиусе полутора сотен верст. Поднял и вооружил городское ополчение.
Крепость стояла на высоком берегу Днепра, протянувшись вдоль берега на версту с четвертью. Ширина крепости от берега до главных ворот равнялась версте без четверти. Слева от города располагался посад, сейчас пустой. Стены из бревенчатых срубов высотой в три сажени стояли за рвом на высоких валах. Однако, воды во рвах не было. Мост был поднят, ворота закрыты.
Князь Юрий Всеволодович вызвал князя Владимира Рюриковича на переговоры, гарантировав безопасность.
Князья встретились перед городским воротами. Юрий огласил свои обычные требования: присоединение Смоленского княжества к Владимирскому, принятие князем, дружиной, боярством и городской старшиной присяги Владимирскому княжеству, передача княжеского удела Владимирскому князю, наказание по суду участников и виновников прошлого нападения на Владимирские земли.
Юрий и не хотел, чтобы Владимир принял эти условия. Чтобы присоединение стало крепким, оно должно было пройти через кровь. Кроме того, Юрий намеревался показать остальным русским князьям, что с ними будет, если они откажутся починяться ему. Да и свои новые пушки хотелось испытать в настоящем штурме.
Князь Владимир, ожидаемо, отказался. Князья разъехались восвояси.
Глашатаи Юрия весь остаток дня зачитывали условия сдачи города горожанам. Особо подчеркивалось, что тем, кто не участвовал в нападении на Владимир и тем, кто сдастся без сопротивления никаких обид причинено не будет. Молва уже донесла до горожан, что в Новгороде так и было.
Лучники запустили в город два десятка стрел, к которым были прикреплены пергаменты с письменными текстами предложений. Юрий совсем не хотел, чтобы горожане сопротивлялись отчаянно. Отказаться участвовать в ополчении они, ясное дело, не могли, но вот не проявлять в бою особое упорство было им вполне по силам.
Команда поставила гуляй-город в полуверсте от Духовских ворот. Войско втянулось в гуляй-город и поставило шатры. Впрочем, сторожевые ладьи встали на якоря вдоль реки по стрежню напротив города. Конные сторожевые разъезды окружили город с суши. Стража дежурила всю ночь. Штурм Юрий наметил на утро.
Вечером Юрий собрал в своем шатре совещание командования войска. Присутствовали все командиры полков. Юрий предложил высказаться всем. О наличии в войске осадных пушек знали только начальник артиллерии Ратибор и начальник гуляй-города Пахом. Не знал даже Голова Воинского Приказа главный воевода похода Пантелей. Секретный и Тайный приказы сработали, как надо. Высказались все, начиная с младшего по возрасту. Это был князь Владимир. Юрий отмалчивался.
Заключил обсуждение плана штурма воевода Пантелей.
— Вот что мы предлагаем, княже.
По сведениям, полученным в Вязьме, в Смоленске может быть до 2 тысяч дружинников и до трех тысяч ополченцев. У нас двойное численное превосходство. А качественное еще больше. Ополченцы не бог весть какие бойцы. Да и боярские дружинники тоже нашим уступают. Только тысяча княжеской дружины с нашими воями сравнимы. Поэтому, мудрить не будем.
Сначала ставим гуляй-город напротив ворот. Сшибаем пушками весь заборол со стены, чтобы лучникам не было, где укрываться. Потом придвигаем гуляй-город на сотню шагов к стенам. Наши лучники из гуляй-города сшибают с городской стены всех, кто захочет высунуться. Легкая конница и стрелки забрасывает вязанками хвороста ров напротив ворот.
Затем пехота тащит лестницы к стенам и лезет на стены. Одновременно пушки вышибают ворота, а гауфницы выбивают всех, кто покажется в воротах и на стенах. Пехота врывается в ворота и на стены. Затем начинаем штурм усадеб в городе. Такой мой план, — закончил Пантелей.
— Благодарю вас господа воеводы и полковники за ценные мысли, начал Юрий. Однако вы не учли одной вещи. Да вы и не могли учесть. До сего момента вещь эта была секретной. Сообщаю вам, что у нас теперь есть большие осадные пушки. Очень большие. Такие, что могут снести стены крепости. Поэтому, действовать будем так…
Дальнюю от города стену гуляй-города сняли и выставили в двух сотнях шагов от стены прямо напротив ворот. В гуляй-городе установили все полевые пушки и гауфницы. А прямо против ворот поставили пять новых больших пушек. Две больших и три очень больших. Против хорошо знакомых команде города полевых пушек эти казались просто огромными. Меньшие пушки имели калибр ствола как у гауфниц, однако стволы их были значительно длиннее, а стенки стволов — толще. А бОльшие были еще больше. И намного. Новые пушки были тяжеленными. С ладей их перетаскивали на специально построенную пристань. Затем их катили четверками лошадей, которым помогали пехотинцы, облепившие со всех лафеты. Конники и пехотинцы заготовили в ближнем лесу по одной большой вязанке хвороста.
По обе стороны от стены гуляй-города выстроились 4 четких квадрата пехотных полков. Еще дальше на крыльях войска встали конные полки. Это было сделано, чтобы пресечь возможную вылазку гарнизона.
К середине дня все было готово к штурму. День выдался солнечным. С небольшим северо — восточным ветром. Все орудия сверкали на солнце начищенной желтизной бронзой. Железом сверкали и доспехи воинов.
Стоя на наблюдательной вышке Юрий дал команду сигнальщикам. Звонко пропели трубы. Все 42 пушки громыхнули залпом.
Когда дым рассеялся, то взорам владимирских ратников открылся зияющий дырами заборол. Толстые бревна снесло, как спички. На сто саженей по обе стороны от ворот половины заборола не стало. Не было и густо засевших за ним лучников. Всех их посшибало улетевшими за стену обломками бревен.
Артиллеристы перезарядились. Вторым залпом заборол снесло почти полностью. В третьем залпе отстрелялись только 8 пушек. Весь заборол был снесен. Лучникам укрываться стало негде.
Снова попели трубы. Повозки с боковых стенок гуляй-города снялись со своих мест. Лошади потащили их вперед. Команда гуляй-города начала строить новую стену в сотне шагов от смоленской стены, также напротив ворот. Попытавшихся вылезти на стену лучников смели гауфницы. Разорванные картечью трупы снесло со стены во двор крепости. Больше желающих вылезти на стену не нашлось. Гарнизон открыл ворота. В воротах показались всадники, намеревавшиеся броситься на вылазку. Залп из трех гайуфниц забил их всех обратно в ворота, вместе с лошадьми.
Когда новая стенка гуляя была выстроена артиллеристы покатили на руках все орудия к новой стене. Тяжелые пушки помогали катить пехотинцы. Когда все орудия заняли позиции Юрий дал сигнал. На это раз громыхнули тяжелые орудия. От попадания тяжелых ядер обломки бревен полетели во все стороны. В срубах появились здоровенные дыры. Каждая пушка стреляла по одному
