сын поступил верно. Я готов выступить в его защиту не в качестве отца, а в качестве главы дома. Если дома пострадавших учеников согласны на суд — пусть так и будет. Однако у меня есть и личный вопрос. Почему мой сын находился под стражей все это время? Почему меня не уведомили в первый же день? Это серьезное оскорбление моей семьи. А также оскорбление и то, что главы домов пострадавших учеников были уведомлены раньше.
— Я отвечу. Уведомлены они были раньше из-за травм своих детей. Леонхард Клэйн никак не пострадал, а потому мы отложили это до момента, пока не разберемся с восстановлением учеников. Также мы не были уверены в его психическом состоянии, а потому отправили в место, где воспользоваться магией и навредить кому-либо он не сможет.
— Тогда последний вопрос. За свои проступки нужно нести ответственность. Оскорбляя кого-то, причиняя физический вред, нужно быть готовым к последствиям. Разве не этому обучают в стенах вашей академии, директор Аларион? Дети из знати получают лучшее образование, чтобы в будущем защищать страну и остальные классы населения. Так вот мой вопрос — если все верно, то к чему этот бредовый совет⁈
— Да как вы смеете⁈ — замдиректора вновь вскочил со своего места. Мне кажется, уже все поняли, что выдержкой он не наделен.
— Вы правы, — Аларион ответил спокойно, отчего его зам взбесился еще сильнее. Но ему пришлось вернуться на место и заткнуться. — Позвольте ответить, Карлос Клэйн. Решение по вашему сыну давно уже вынесено.
— Что? Я не понимаю.
— Данный совет собран, чтобы выяснить детали. Да и нельзя оставлять глав знатных домов без возможности обсудить произошедшее.
— Тогда каков итог?
— Сейчас я его оглашу. Итак, исходя из всего, что мне довелось услышать, Леонхард Клэйн навредил группе учеников других знатных домов, включая Вильяма Ронзо, получившего наиболее серьезные травмы, а именно потерю руки, по причине защиты своей служанки. Его собственности был нанесен физический вред. Из-за расовой способности к регенерации служанки, тяжким я его признать не могу. Также нанесен моральный вред. Тяжкий. По двум причинам. Первая — служанка Алисия, не имеющая фамилии, является зрелой женщиной. Вторая — решив не вмешиваться в произошедшее, прочие ученики академии наблюдали ее нагое тело, что уже считается оскорблением высшей степени по отношению к собственности дома Клэйн. Мое решение таково. Есть два варианта. Первый — все участники произошедшего, включая Леонхарда, будут исключены из академии без возможности вернуться и продолжить учебу. Второй — никто не будет исключен. Леонхард Клэйн будет переведен в другой класс, а именно в отборочный, по причине его таланта к магии. Вильям Ронзо, в качестве морального ущерба, также будет переведен в отборочный класс. Однако сразу отмечу, что этот класс существует всего десять лет. В него входят лучшие из лучших. На экзаменах Вильям не получит никаких поблажек, и, в случае провала, будет исключен из академии. Таковы правила отборочного класса, собранного мною лично. Родители имеют право отказаться от этой возможности. В этом случае Вильям Ронзо, исходя из его учебных показателей, будет переведен в класс «С». На этом всем.
Слушая речь директора, я потерял связь с реальностью. Неужели все и правда закончится вот так. Слишком… слишком хорошо, что ли. И что еще за отборочный класс. О нем ведь даже в книгах не писали. Директор собрал его лично. Значит, есть место лучше «А» класса, и меня решили причислить туда. Поразительно.
— Я не согласен! — отец Вильяма вновь выкрикнул, поднявшись с места. — Пускай мой сын будет переведен в класс «С», но я требую, чтобы Леонхард Клэйн понес наказание за оскорбление моего сына!
— Оскорбление? — директор уточнил, вскинул бровь. — Леонхард Клэйн защищал свою служанку.
— Господи, да что вы к ней прицепились! Она жалкий вампир и…
— Прошу замолчать! В этом зале, как и во всей моей академии, расовая дискриминация не приветствуется. Леонхард защищал свою служанку. По правилам знатных домов, их служащие считаются личной собственностью. Оскорбление собственности — оскорбление дома. Я признаю, что Вильям Ронзо оскорбил собственность Леонхарда Клэйна, за что и понес соответствующее наказание.
— Какое еще наказание⁈ Это самоуправство!
— Кто-то способен выступать в защиту лишь словами. А кто-то предпочитает действия. И то, и другое является приемлемым решением конфликта. Если такой результат вас не устраивает, я готов одобрить честную дуэль между Леонхардом Клэйном и Вильямом Ронзо.
— Не стоит, — он сел на свое место, опустив взгляд. Директор же хлопнул в ладони.
— Совет окончен.
Глава 14
Отборочный класс
Отборочный класс — место, где собраны лучшие из лучших. Я совсем недавно понял, почему в книгах о нем ничего не пишут. Во-первых, существует класс и правда не так давно. Во-вторых, если скрывают под классом «А». Официально, отборочного класса не существует.
Когда меня отпустили и разбирательства закончились, директор лично сообщил, куда и во сколько приходить. Как оказалось, занимаемся мы на самом верхнем этаже. Там всего три свободных кабинета, не считая учительских. Первый — для основных занятий. Второй — для практики в магии. Третий — личностная подготовка. Последний заинтересовал меня больше всего.
Есть и минус, само собой. Экзамены проходят раз в месяц. Хоть раз провалишь такой, и навсегда покинешь академию. Здесь не шутят.
1
Сказать, что я нервничаю — ничего не сказать. История о взрыве и пострадавших быстро разнеслась по академии. Можно сказать, обо мне узнали вообще все, кто способен слышать. Внимание повысилось. Радует, что к Алисии стали меньше цепляться. Сильно меньше.
Стоя у двери нужного класса и глядя на ручку, я в очередной раз вздохнул. В это мгновение Алисия коснулась моей руки.
— Господин, не волнуйтесь так.
— Да как я могу. Там же лучшие из лучших.
— И вы — один из них, господин. Я знаю, что вы не ударите в грязь лицом. Даже не так. Уверена, что быстро станете этим самым лучшим из лучших.
— Спасибо тебе, Алисия. Ну ладно, пошел.
— Я буду здесь, господин. Удачи.
— Спасибо.
И правда, чего я так волнуюсь. Нужно показать себя.
Открыв дверь, прошел через порог, тут же остановившись. В кабинете находятся всего девять человек. Признаться, я думал, будет побольше. Также здесь и учительница. А именно — Остина Маури. Не передать словами, как я рад видеть именно ее. Она приходила несколько раз, пока меня держали под замком.
