Мартин неожиданно расхохотался, но тут же стал серьезным.
— Сегодня был момент, когда я подумал, а не замешан ли сам старик Чэпмен в этих грязных делах, но сейчас я так не считаю — проблемы с бизнесом у него вполне законные.
— Я знавал его еще с тех времен, когда он только приехал сюда и его дочка была совсем крохотной девочкой, — сказал Дейв. — Старина Чэпмен всегда оставался честным человеком. Все, кто работает в порту, скажут тебе то же самое: немного прижимист, но платит аккуратно. Однако учти, никто не считает его простаком!
Мартин вздохнул с облегчением:
— Так я и думал. Но признаюсь тебе, какое-то мгновение мне казалось, что они все в этом замешаны.
— Не волнуйся, Бенита не стала бы выставлять напоказ эти часики, если бы знала, откуда они взялись.
— Тогда мне остается только рассказать ей все.
Дейв задумчиво выпустил несколько колец дыма к потолку.
— Ага, ты все ей расскажешь и потеряешь ее навсегда.
— Ты так думаешь?
— Я не думаю, я знаю! Женщины не терпят, когда им указывают на их ошибки. Они должны сами понять, что ошибались. Но это более трудный путь.
Глава 9
Саймон Чэпмен давал всем последнее наставления. Они совершили еще несколько тренировочных выходов в море, включая одно ночное плавание. Мартин нашел, что яхта легка в управлении, но до сих пор так и не опробовал ее при сильном ветре.
— Мне кажется, что на этой яхте можно прекрасно использовать ветер любой силы.
— Так вы считаете, что у нас неплохие шансы? — спросил обрадованный Чэпмен.
— Да, я думаю так.
— Папа, расскажи нам о наших обязанностях, — попросила Бенита.
— Я считаю, что не стоит равномерно распределять вахты днем. Я знаю членов своей команды — они захотят одновременно заниматься всем. Значит, лучше для вас, если все вы останетесь от зари до заката на палубе, при условии, что у каждого будет достаточный перерыв на еду.
— Верно, гораздо важнее ночные вахты, — согласился Мартин.
— Я долго думал над этим, — сказал Чэпмен, — и пришел к выводу, что четыре часа вахты и четыре часа отдыха — разумное решение. При том условии, конечно, что в чрезвычайных обстоятельствах все четверо должны быть наготове, — значит, вы будете спать не раздеваясь. Ну так вот, очевидно, что Мартин и Мервин — самые дееспособные члены команды. Не надо ставить их на вахту в паре, а в перерывах Бенни и ее старого отца. Глупо было бы ставить на вахту Бенни и Мервина вместе — они будут отвлекаться от работы.
— Папа, что ты говоришь? — громко запротестовала Бенита. — Я прекрасно знаю, что яхта — прежде всего! Особенно в такой гонке, как эта.
— Успокойся, девочка. Ты знаешь, и Мервин тоже, и не будем больше говорить об этом. Однако лучше, если мы вас разделим. Поэтому ночное расписание будет такое: мы с Мервином дежурим с восьми до двенадцати. Бенита и Мартин с полуночи до четырех утра. Потом до восьми утра — снова я и Мервин. Затем Бенита встанет и приготовит завтрак, если надо, ей поможет Мартин. Мартину придется, как штурману, многое делать до полуночи, но, думаю, это честное распределение обязанностей. Согласны?
Все согласились, но Мартину показалось, что Мервин не слишком доволен.
Бар и библиотека были сняты с яхты; из книг остались лишь таблицы отливов и приливов, мореходный календарь и карты. За одну ночь судно из роскошной яхты превратилось в строго функциональное плавсредство, и Чэпмен смотрел на это не без удовольствия. Он смеялся и шутил, Бенита радовалась, но Мартин подумал, что капитан «Черного лебедя» выглядит не слишком здоровым. У него промелькнула мысль, что, если Чэпмен внезапно умрет, его дочь вольна будет поступать так, как ей захочется. А ее желания явно были устремлены к Мервину.
Эта мысль напугала Мартина, он молился про себя, чтобы с отцом Бениты ничего не случилось и чтобы морское плавание пошло ему на пользу. Чэпмен честен и прям и благополучие дочери ставит превыше всего. Мартин считал, что эти качества Чэпмена скажутся, когда придет время разоблачить Эрна.
Утро в тот день, когда началась Блэкморская гонка, выдалось таким же, как все предыдущие. Над Британскими островами стоял антициклон, легкий бриз чуть рябил воду в гавани, и только набегающие волны создавали впечатление движения на море.
Дейв отправился к Пратту на «Грифон» очень рано. Мартин оставался на пароме, пока сменная команда не приступила к работе. Мервин и Чэпмен провели ночь на борту «Черного лебедя». По их совету Бенита осталась ночевать в коттедже.
Интерес, проявленный Эрном к регате, удивлял Мартина. В свете того, что он знал теперь о Мервине, этот интерес выглядел странным и подозрительным. Конечно, если он ставил на Бениту, как на источник будущего безбедного существования, ему не хотелось бы выпускать девушку из виду и тем более оставлять ее в обществе Мартина. Но в теперешней ситуации он не представлял для Мервина реальной угрозы, и они оба это знали. Здесь явно было что-то другое! Мартин все думал, что бы это могло значить.
— Ну вот и я! — На пороге дома стояла Бенита, в руках у нее был новенький рюкзачок. — Все готово?
— Должен сказать, у вас подходящий вид для вашей новой роли! — улыбнулся Эвис.
Мартин запер дверь и положил ключ под коврик.
— Не думаю, что Дейв вернется домой первым. Но у нас с ним такой уговор.
Они зашагали вдоль старого причала, миновали сухогрузы с зерном, огромные лесовозы и подошли к стоянке яхт у мола.
— Вы что-то очень молчаливы сегодня. Думаете о чем-нибудь? — спросила Бенита, бросив рюкзак в лодку.
Разумеется, он не мог сказать ей, о чем на самом деле думает, поэтому ответил кратко:
— О наших шансах в этой гонке.
— Я должна была догадаться. — Она поморщилась. — Хотя мне показалось, что вы думали о чем-то другом. А я обычно не ошибаюсь…
— Правда? — Мартин прижал весла к себе и зажег трубку: так он мог не смотреть на нее, а делать вид, что сосредоточился на курении. — Стало быть, мне нужно быть очень осторожным, когда я думаю.
— Да уж, постарайтесь! — Она явно посмеивалась над ним, и в Мартине что-то вспыхнуло:
— Ну, если уж так хотите знать, я думал, что Мервину очень повезло.
— Надеюсь. — Бенита глубоко вздохнула. Весла вспенили спокойную воду. — Я постараюсь быть ему хорошей женой.
— Он уже сделал вам предложение?
— О, Господи, конечно! Много раз. Но Эрн объявит об этом официально — папе и другим людям — только после окончания регаты.
Мартин не понял, почему тот решил так поступить. Бените это тоже, видимо, было неясно, потому что она продолжала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
