— Я, правда, не понимаю, какое это имеет значение. Может, если папа будет праздновать победу, мысль о разлуке со мной не слишком его огорчит.
Лодка мягко стукнулась о борт «Черного лебедя». Чэпмен вышел на палубу и приветствовал их. Неподалеку покачивался на якоре «Грифон», а на других яхтах ставили паруса, чтобы отправиться к стартовой линии.
Настала пора двигаться и им. Ветра было так мало, что все участники гонки начали продвижение к старту задолго до выстрела стартовой пушки. Яхты медленно скользили по воде, и гонщики улыбались друг другу. Дейв приветствовал экипаж «Черного лебедя» легким взмахом руки, когда «Грифон» двинулся к глубоководной части канала. На противоположной стороне гавани маневрировало британское судно, построенное в Клайде, но имевшее на борту датского капитана и команду.
Чэпмен, встав к штурвалу, направил «Черного лебедя» вперед. Все суда медленно подходили к стартовой линии. Когда же, наконец, грянет пушка? Гонщики ждали и ждали, то и дело поглядывая на часы. В воздухе сгущалось напряжение. Похоже, все боялись не услышать звук выстрела, хотя в такое тихое утро это казалось маловероятным. В этой тишине можно было даже расслышать гул толпы, собравшейся в гавани. На причале присутствовал и телеоператор, хотя Мартин был уверен, что, как только суда выйдут в открытое море, только специализированные издания по парусному спорту будут помнить о том, что около тридцати небольших парусников отправились в шестисотмильное плавание на запад.
Следом за Чэпменом шел «Молодой лебедь» из местного яхт-клуба. Его владелец выглядел чуть постарше школьника, и такой же была вся команда — студенты на каникулах. По другую сторону от них, рядом с «Грифоном», двигался «Лунный свет». Мартин заметил множество яхт, которые он видел раньше в других регатах. Были тут и новые парусники, некоторые из них пришли сюда с другой стороны Ла-Манша.
Взгляд Мартина переместился на палубу своего судна. Бенита сидела на верхней ступени трапа, ведущего в кают-компанию, так что в любую секунду могла спуститься вниз. Отец велел ей не болтаться под ногами, пока они не пересекут старт и не выберутся на открытую воду.
Мартин бросил на девушку короткий взгляд, она улыбнулась, заставив его сердце учащенно забиться. Он отвернулся и встретил взгляд Мервина — тот как будто не смотрел ни на что в особенности, однако видел все насквозь. Мартин перевел взгляд на Саймона Чэпмена, напряженно смотревшего вперед. В этот момент грянул пушечный выстрел, и точно вовремя «Грифон» и «Черный лебедь» миновали линию старта.
— Прекрасно рассчитали время! Превосходно! Удачный старт — половина успеха! — воскликнул Чэпмен.
Мартин кивнул:
— На этом курсе «Грифон» немного вырвется вперед — он для него самый лучший. Но при смене галса ему придется задержаться, и тогда мы обгоним его.
На другом галсе они действительно обошли яхту Пратта, но потом она снова проскользнула вперед на длину корпуса. «Грифон» первым миновал узкую часть фарватера, следующим должен был пройти «Черный лебедь». Но внезапно «Морская фея» пересекла у него курс прямо перед самым носом, и Чэпмену пришлось отвернуть, чтобы избежать столкновения.
— Грязный прием! — гневно воскликнул Мервин.
— В любви и на войне все дозволено, — откликнулась Бенита.
— Не волнуйтесь, этим они добились лишь временного выигрыша, — успокоил всех Мартин. — Мы навалимся на них, как только окажемся в открытом море.
— А я и не волнуюсь! — бросил Чэпмен. — Ну-ка, Мервин, закрепи штурвал.
Миновав горло канала, «Черный лебедь» медленно вышел на морской простор. Сначала всем показалось, что ветер подул сильнее и скорость выросла. Мартин и Мервин постоянно меняли и настраивали различные паруса, пытаясь поймать каждый порыв ветра, однако скоро легкий бриз утих, и яхта оказалась в полосе полного штиля.
Бенита перебралась из каюты к ним в кокпит.
— Ну что, настал тот самый момент, когда мы бросимся в воду поплавать?
— К черту такую погоду! — раздраженно воскликнул Мервин.
— Мы все в одном положении. — Чэпмен оглядел яхты с обвисшими парусами.
Мартин напряженно всматривался в горизонт.
— Впереди полоса ветра. До нее не доберешься, пока идешь так близко к берегу. Разрешите поменять курс, капитан?
— Разрешение дано.
Они с трудом обошли «Золотого карпа» и «Грифона», который тоже медленно, но неуклонно двигался в другом направлении. Дейв перегнулся через поручень и крикнул:
— Повеселитесь во Франции!
— До встречи в Ирландии! — откликнулся Мартин.
Очень медленно «Черный лебедь» двигался в открытое море, ловя каждое слабое дуновение ветра. Совсем близко от скал они увидели «Грифона», двигавшегося к западу.
— Пратт держится в опасной близости от берега, чтобы использовать течение из узкой части канала, — заметил Чэпмен. Он слегка повернул штурвал, и паруса начали наполняться ветром и звенеть. — Слава Богу, наконец хоть что-то подуло!
— Это все старина Мартин. Папа, немедленно присвой ему звание вице-адмирала. Он сдвинул с места нашу яхту.
— А зачем, как ты думаешь, я взял его с собой? — спросил Чэпмен.
Время шло, и ветер немного усилился, хотя и сейчас это был всего лишь легкий переменчивый бриз. «Грифон» и другие яхты полностью скрылись из поля зрения, только крошечный треугольник паруса иногда появлялся на горизонте к северу от них. Было невозможно понять, что это за судно, а вскоре и этот парус исчез.
К пяти часам дня «Черный лебедь» уже шел устойчивым ходом. Другие суда пока не попадались, только однажды они увидели очень далеко черное пятнышко — надстройку танкера, корпус которого за горизонтом был невидим. Солнце опустилось, и ветер снова утих. Но яхта продолжала скользить вперед.
— Где мы точно находимся? — спросила Бенита у Мервина, и тот показал на карте:
— Вот здесь — на полпути между Портлендским мысом и Шербуром. Мы проплыли около пятидесяти миль, а при том ветре, который мы имели или, точнее, не имели вовсе, это совсем неплохо.
— Интересно, как дела у других? — Мартин думал прежде всего о Дейве.
Солнце зашло, и вокруг зажглось множество огоньков. Ла-Манш, выглядевший днем почти пустынным, оказывается, был забит судами. К северу от «Черного лебедя» поблескивала цепочка медленно движущихся огней — вероятно, это были их соперники по гонке. К югу мигал мощный маяк на французском побережье.
Бенита приготовила на ужин салат с цыпленком.
— К салату полагается вино. Особенно когда мы так близко от Франции. Но вы же знаете, что по этому поводу сказал Мартин, а я только рабыня на кухне и делаю, что приказывают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
