ли, кого сегодня уже и попросит помочь.
– Я снял квартиру на Проспекте Мира, две комнаты. Одна Диане и твоей девушке, вторая нам с тобой. Эх, оторвёмся с вами! – продолжил отец.
Так, и ведь отец не знает, что я не буду в Горный поступать. Надо ему сейчас сказать, чтобы потом такой сюрприз не делать. А то мало ли, заранее договорится обо мне, деньги кому-нибудь отдаст. Это легко дать взятку, зная кто берет, а вот забрать ее, если сам облажался, значительно труднее.
– Пап, я, скорее всего, буду в МГУ поступать, – сразу и сказал.
Тут же услышал неожиданный шорох со спины. Сразу представил, как главбух, краем уха прислушивающаяся к нашему разговору, заинтересовалась и положила бумаги, что изучала, на стол, чтобы уделить нашему с батей разговору всемерное внимание.
– Ты уверен, сын? – спросил отец озабоченно, – там по пять человек на место минимум, на любой факультет.
– Я уверен в своих силах, отец. Точно поступлю, не сомневайся! – заверил я.
Договорились, что я при первой возможности, как возьму билеты, сообщу ему и мы попрощались.
Свои четыре часа я отработал, поэтому пошёл в комитет комсомола.
Сатчан увидел, как я вхожу через открытую дверь кабинета и сразу поманил меня к себе. Успел только Галию чмокнуть на ходу.
– Дверь! – велел Сатчан.
– Значит так. – начал комсорг, когда я прикрыл за собой дверь. – Вот тебе телефоны. Это рабочий и домашний. Я всё написал. Позвонишь этому Владимиру Аркадьевичу. Скажешь от меня. Я тебя уже рекомендовал ему. Встретишься с ним, постарайся произвести на него впечатление. Выберешь факультет и кафедру, скажешь ему. Дальше он скажет, что делать.
– Что, прямо, на любой факультет? – уточнил я.
– На любой. Также и договаривались, верно? Ты свои обязательства передо мной выполнил не на сто процентов, а на двести, я, признаться, такого не ожидал. Так что и я делаю то, на что условились.
– Ценю такие принципы, – кивнул я серьезно, – правда, так и не понял, зачем меня было нужно светить по Бессмертному полку, но ладно, проехали. А как ты, когда получится в Москву вырваться?
– С твоей помощью – чувствую, что скоро! – расцвел Сатчан, – уже пошли позитивные сигналы по Москве, впечатлены, предлагают разные позиции. Теперь главное выбрать правильно, то, что даст наилучшие перспективы. Есть очень лакомые варианты!
Сатчан замолчал, и как-то по-особому на меня посмотрел. Ждет – догадался я, – начну ли расспрашивать его о деталях возможных позиций. Не доверяет полностью, однозначно, значит, расспрашивать нельзя.
– Ты мне детали не рассказывай, главное, чтобы не сглазить, – улыбнувшись, махнул рукой я, – уверен, что с твоим опытом ты сможешь выбрать самостоятельно самое лучшее. Ну а потом найдешь меня в МГУ через своего же человека.
– Верно, так и сделаем, – как-то успокоено кивнул Сатчан.
– Еще только один вопрос – по стройотряду, что мы обсуждали, – сказал я, – завтра уже увольняюсь с завода, пропуск тоже заберут, так что если что, через Галию решим, что там с ним получится. Только просьба сказать заранее, если какие-то проблемы будут с этим, я тогда свои связи подтяну заблаговременно, чтобы пацанов без работы не оставить.
– Поверь, это пустяк – сделаю без проблем все на уровне! – серьезно ответил мне Сатчан.
– Да, чуть не забыл. Мой брат, Тимур, сильно накосячил весной. Вылетел из школьного комсомола как пробка. Но осознал, исправляется активно, кучу общественной работы переделал в школе. Можно ли его в комсомол принять в нашу заводскую организацию? А то он собрался поступать в Рязанское училище, а до меня только недавно дошло – а кто же его туда возьмет, если он не будет членом комсомола? А школу он уже закончил, там уже в комсомол обратно не возьмут.
– Понимаю, – кивнул Сатчан, – ну, если, как говоришь, он исправился, то пусть приходит и приносит от директора рекомендацию по вступлению в комсомол, а мы его примем сразу. Через Галию тоже пусть временный пропуск оформит.
Ну надо же, какой осторожный жук! Хочет серьезной бумажкой подстраховаться. Хотя молодец, конечно, не имел бы таких привычек, и будущего бы не имел. Связи связями, а имеющийся на тебя компромат – компроматом!
– Спасибо. – взял я со стола записку с контактами нужного мужика и протянул ему руку, прощаясь. – Позвоню, как устроюсь.
Сатчан кивнул, озабоченно глядя на меня, и пожал мою руку.
А чего он ждал, что я прыгать от радости буду? Странный, тоже…
Вышел из его кабинета в глубокой задумчивости. На автомате сел у стола Галии в ожидании, когда она освободится.
Все специальности, все факультеты передо мной открыты. Элитного вуза. Выше некуда. Мои будущие сокурсники станут элитой страны. И что же выбрать?
Проблема была очевидна – пойду на экономику, мне будет откровенно скучно. Меня будут учить тому, что я знаю лучше преподавателей. Они о той же рыночной экономике имеют весьма смутные представления – а я в ней вполне себе преуспел. А особенно преуспела моя жена, наложив лапу при разводе на самые ценные активы. Впрочем, это тоже прекрасно вписывается в концепцию рыночной экономики.
А что касается социалистической экономики… И в ней тоже поработал вдосталь, а потом, при крахе СССР узнал и про все ее уязвимые места. Часть из которых, правда, стали уязвимыми только при Горбачеве. До этого вполне себе работали во благо СССР.
Смогу ли я сидеть на бесконечных лекциях, где студентам будут растолковывать то, что для меня «дважды два четыре» и «мама мыла раму». Смогу ли не заснуть прямо там от скуки? Не покажется ли моя морда слишком надменной преподавателям?
Вопросы! Вопросы!
Отсюда понятен соблазен поступить на что-то, о чем я имею смутное представление. На ту же историю, к примеру. Изучать древние грамоты, это же так интересно… наверное… Правда, есть риск, что на историю партии большевиков придется потратить больше времени, чем на грамоты. А это тоже не камильфо.
На журфак рвануть? Легкий путь для заработков после окончания. Главное – зацепиться в Москве, а писать красиво я и так умею. Сколько отчетов составлено… сотни, наверное. Да и статейки я в московской прессе периодически тискал в двадцать первом веке, так что и опыт имеется.
Вынырнув из размышлений, заметил, наконец, перед собой озабоченное лицо Галии. Бедняжка присела передо мной на корточки и заглядывала мне
