— Уверяю, ты ее полюбишь.
На вид яичница казалась произведением искусства. Тонкий слой грибов, покрытый яйцами и посыпанный сверху сыром. Всю эту прелесть украшала свежая петрушка и укроп. К омлету прилагался салат из замороженных овощей.
— Спасибо. Ты отлично готовишь.
— Всегда рад услужить.
— ?!
— Не обращай внимания. Я рад, что тебе понравилось. Чем займемся сегодня?
— Не знаю. Мне надо доделать кое-какое задание, и я свободна. К счастью на работу сегодня мне не надо.
— Может, сходим в кино или театр?
— Ты меня приглашаешь?
— Да, если ты не возражаешь.
— Это свидание? Ты не забыл, что уже не нужно изображать влюбленную пару?
— Нет, не свидание. А изображать пару не нужно перед твоими родственниками, но не перед моими.
Вероника только поморщилась. Ей нечего было сказать, и к тому же она обещала помочь отделаться от его бывшей девушки. Она вздрогнула, когда по квартире раздался звонок. Кирилл с нахмуренным лицом пошел посмотреть, кого принесла нелегкая.
— Черт! Это Таня. Что ей понадобилось?
— Что делать будем? — Ника услышала, как в дверь забарабанили с криком "открывай немедленно, я знаю, что ты дома".
— Переоденься в мою рубашку. Возьми любую из шкафа. Ну же шевелись, dulce.
— Белье оставить? — едко поинтересовалась девушка.
— Нет, — с серьезным видом ответил Кирилл и громко крикнул. — Подожди!
Вероника забежала в комнату. Она имела возможность осмотреть ее, но не было времени. Девушка быстрым движением сбросила покрывало с кровати и скомкала простыни. Одеяло бросила на пол, за ним последовала и одна из подушек. Спотыкаясь через устроенный бардак, Ника направилась к шкафу, который стоял справа от двери. Не выбирая, девушка вытащила бледно-голубую рубашку. Раздевание не заняло у нее много времени. Вероника застегнула пуговицы на рубашке и закатала рукава. Свою одежду она так же разбросала по полу, оставив на видном месте кружевной лифчик.
— Сойдет? — шепотом поинтересовалась Ника.
— Нет. Она не поверит, что мы занимались сексом. Иди сюда. Послушай, сейчас я тебя поцелую, только не вырывайся.
От этой фразы ее пронзила сладкая дрожь. Вероника видела, как он приближается к ней и закрыла глаза. Она почувствовала его теплые губы на своих губах и с жадностью и страстью ответила на горячий поцелуй. Из ее горла вырвался сладостный стон. Ника не удержалась и запустила руки под его рубашку. Ей было приятно прикасаться к его груди лишенной растительности. Ей это понравилось.
Кирилл с горестным стоном отстранился от девушки. Его друг отчаянно требовал продолжения. Тело жаждало ее ласк. Мужчина видел ее глаза затуманенные страстью и не сдержался: вновь приник к желаемой сладости. Он с чувством целовал ее, понимая, что такая возможность предоставится еще не скоро. Кирилл запустил руки в волосы. На ощупь они были такими же мягкими и шелковистыми. Поцелуй прервал настойчивый стук в дверь.
— Иди на кухню, mi pasion, — прошептал мужчина, поцеловав ее в лоб. Он погладил лицо Вероники костяшками пальцев и отпустил. Девушка послушалась его. Она убрала тарелки и протерла стол. Ника услышала, как Кирилл раздраженно спросил "что тебе нужно" и громко хлопнул дверью.
— Почему так долго не открывал?
— Тебя сюда не приглашали, — огрызнулся мужчина. Он видел, как Таня снимает норковую шубку. Не успел он одуматься, как она проскочила мимо него и побежала в спальню.
— Вот те раз, что это за барахло? — Таня с недовольством осмотрела два тренажера и гимнастический коврик. В углу стоял мат.
— Теперь я тренируюсь здесь.
— Где спальня?
— Тебе там делать нечего.
Таня не сдалась и прошла в другую комнату.
— Ого! — присвистнула девушка. — Да у тебя тут целое поле боя развернулось. Она подцепила пальцем лифчик и с завистью подумала, что грудь у нее больше. Кирилл подавил в себе желание присвистнуть, как сделала это Таня. По виду спальни можно было подумать, что по комнате прошелся торнадо. Кирилл живо представил, как ими овладело неконтролируемое желание, и они провели полную страсти и огня ночь.
— Со мной ты был более сдержан, — проговорила девушка и бросила бюстгальтер на кровать. Ему было нечего возразить. Таня пошла на кухню и со смешанными чувствами стала смотреть на высокую шатенку с невероятно длинными ногами и оливковой кожей. И вновь почувствовала зависть. Она никогда не надевала его рубашки, а если бы и одела, то выглядела бы в них нелепо. Таня отметила растрепанные волосы и припухшие губы девушки. В зеленых глазах было неудовлетворенное желание, значит, она помешала им. От этой мысли ей стало легче.
Вероника видела перед собой невысокую брюнетку с круглыми карими глазами, вздернутым маленьким носом и пухлыми губами. Ее лицо имело ярко выраженную овальную форму. Девушка была одета в светлые джинсы и розовый свитер. Он был насыщенно цвета и, по мнению Вероники абсолютно ей не шел. Она не понимала, как столь красивый мужчина как Кирилл мог любить ее. Глаза девушки были пустыми и холодными.
— Таня, — коротко представилась, вошедшая женщина. — Это я звонила.
— Вероника. — Она пожала холодную руку с длинными ногтями покрытыми таким же розовым лаком, как и свитер. — Кофе?
— Таня ничего не будет, она уже уходит.
— Нет, не ухожу. Мне черный кофе, с одной ложкой сахара и булочкой. Тебе ведь не трудно выполнить мою просьбу. Ты же ведь официантка.
Вероника с трудом подавила желание записать ее заказ. Половина посетителей в ресторане разговаривала с ней именно с таким тоном.
— Она не повар и не служанка, — заступился за нее Кирилл. — Ты в моем доме, будь вежливой.
— Если не буду, ты меня выбросишь? — игриво поинтересовалась Таня.
— Именно.
— Ты не сможешь. В доказательство своих слов он схватил девушку за локоть.
— Ты делаешь мне больно. Отпусти! — видя, что он настроен серьезно, девушка нехотя добавила:
— Ладно, буду вести себя прилично.
Кирилл отпустил ее руку и обратился к Веронике:
— Я сам все сделаю. Присядь, mi corazon.
Девушка с облегчение плюхнулась на диванчик и забросила ногу на ногу. Она послала в сторону Кирилла взгляд полный обожания.
— Меня сейчас стошнит. Что это за тварь? — взвизгнула Таня.
— Кити, моя кошка, — ответила Вероника, поглаживая животное по спине.
— Фу! Кирюш, как ты мог опуститься до такой мерзости?
— Эта мерзость, как ты выразилась, мне очень нравится. И не называй меня так.
— Какие мы стали, — нахмурив лоб, промямлила Татьяна.
— Я бы хотела услышать, что тебя привело сюда.
