— Любопытство. Не думала, что ты притащишь с собой кота. Серьезно это у вас?
— А ты как думаешь?
— Даже не знаю. Эти ваши взгляды… У нас никогда так не было, — притворно вздохнула женщина.
— Потому, что вы не любили друг друга.
— Возможно.
Девушки удивленно посмотрели на Кирилла. Он со звоном поставил чашку на стол. Возможно ли, чтобы их показные взгляды и наигранная страсть оказалась правдой? Возможно, они обманывают самих себя? Ему так хотелось поверить, что Вероника любит его. От необходимости что-либо им объяснять его избавил телефонный звонок.
— Привет, Олег! Куда пропал? — Кирилл помолчал некоторое время, потом проговорил. — Понял, сейчас буду.
— Дорогой, что-то случилось? — спросила Вероника.
— Да, то есть, нет. Ничего страшного. Побудешь одна?
— Конечно, — Кирилл запечатлел собственнический поцелуй на ее губах и, слабо кивнув Тане, вышел из кухни.
— Ты знакома с его другом? — ревниво спросила Татьяна.
— С каким?
— С Олегом, — грубо уточнила женщина.
— Нет. — Ника заметила, как она облегченно вздохнула. — А ты знакома с ним.
— Да.
— Близко?
— К чему ты клонишь?
— Я тебя толком не знаю. Судя по твоему поведению, я думала, что ты холодная и
расчетливая стерва. Похоже, я ошиблась. Твои глаза засветились, когда ты произнесла это имя. У тебя к нему особенное отношение?
— С чего ты взяла? — насторожилась Таня.
— Я же говорю, у тебя глаза светятся при одном его упоминании.
— Это дает тебе повод думать, что у меня к нему особенное отношение, — насмешливо проговорила девушка, скрещивая руки на груди.
— Ты любишь его, и никогда не любила Кирилла. Я права? — поскольку Таня повела плечом, Ника продолжила. — Ты использовала его, чтобы видеть Олега. Тебе не кажется, что это подло?
— Сколько тебе лет?
— Какое это имеет отношение к разговору?
— Тебе не составило труда разгадать мою тайну, а ведь мы даже не подруги, мы только что встретились. Как у тебя это получилось?
— Когда ты вошла в квартиру у тебя были пустые холодные глаза, а сейчас в них появился свет. Глаза — зеркало души.
— Как ты поняла, что я люблю его друга?
— На протяжении десяти лет, я наблюдала такое выражение глаз у сестры.
— Я не понимаю, какое такое?
— Влюбленное со смесью обреченности, грусти и бессилия. К тому же в твоем взгляде море горечи. — Вероника не ожидала такой реакции. Татьяна закрыла лицо руками и разрыдалась. Ника не знала, что делать. Она тихонько встала и вышла из комнаты. Девушка направилась в спальню и застыла у кровати. Кирилл убрал спальню и сидел на кресле, держа в руках ее нижнее белье.
— Ловко ты все придумала, — шепотом проговорил мужчина, кивнув на убранную комнату. — Большой опыт?
— Ты слышал, о чем мы разговаривали? — вместо ответа спросила Ника.
— Да, к чему отрицать. Если ты считаешь, что меня это задевает, то ты ошибаешься.
— Можно? — Вероника протянула руку за бельем.
— У тебя все белье такого типа?
— Нет. Не думаю, что она хочет, чтобы таинственный Олег узнал ее тайну.
— Я ему ничего не скажу.
— Ты, кажется, собирался уходить.
— Собирался. — Кирилл даже не шелохнулся.
Вероника повернулась к нему спиной, чтобы надеть трусики. Щеки ее пылали. Девушка никогда не одевалась на глазах у мужчины. Она чувствовала его взгляд на себе. Ее одежда лежала на кровати. Ника решила надеть брюки, а затем лифчик и кофту. Изящным движением она сбросила его рубашку и полностью оделась. Некоторое время она стояла спиной к нему, не решаясь повернуться, также она не знала, что делать с его рубашкой.
Кирилл понимал, что должен отвернуться, но это было выше его сил. Он вцепился в мягкую обивку кресла и не сводил с девушки немигающего взгляда. Кажется, он забыл, как дышать. Сердце забилось в два раза быстрее. Вот она надела брюки и сбросила его рубашку. Каштановые волосы разметались по точеным плечикам. Она была похожа на сладкое мороженое, политое шоколадной глазурью. Кирилл еще сильнее вцепился в кресло. Он готов был в любую секунду вскочить и заточить ее в объятия. Мужчина тихо выдохнул, когда она оделась. Пытка закончилась, но он никогда этого не забудет. Он забросил ногу на ногу и стер с лица желание. Скрыть свою реакцию так же быстро, к сожалению, ему не удастся. Кирилл сцепил руки на колене.
— Рубашку можешь повесить в шкаф, — подсказал мужчина. — Уведи ее ванну и включи воду, а я тем временем тихо уйду.
— Слизал с языка, — также тихо ответила Вероника. Они боялись потревожить Таню. От ее слов Кирилл дернулся. Он вцепился в свою ногу и до боли ее сжал. Мужчина вспомнил сладость поцелуя. Сердце вновь застучало быстрее. Он встал и двинулся к девушке, но на свое счастье или беду Ника выскочила из спальни, даже не обернувшись.
— Полегчало? — спокойно поинтересовалась Вероника.
— Немного.
— Пойдем, выглядишь ужасно. — Девушка помогла подняться Тане и отвела ее ванную
комнату.
Включив воду, она закрыла за собой дверь. Вероника услышала легкий щелчок замка и поняла, что Кирилл ушел.
— Сильно плохо выгляжу?
— Для горьких рыданий в самый раз.
— Спасибо.
— Кофе будешь?
— Да, если тебе не трудно.
— Не трудно, когда вежливо попросят.
— Извини, я не должна была себя так вести.
— Забыли. — Вероника разлила по чашкам напиток, заметно остывший, но это их не волновало. Девушки мирно пили кофе и бросали взгляды друг на друга. Ника испытывала жгучую ревность от одной мысли, что они спали в одной постели, что Кирилл когда-то любил ее.
— Я видела учиненный вами беспорядок, — Таня отвела глаз. — Я не должна была врываться к вам в комнату.
— Но ты все же, это сделала. Хотелось бы знать по какой причине.
— Хотела убедиться, что он меня не обманывает. Как говорится лучше синица в руках, чем журавль в небе. Прости, что говорю это, но с Кириллом было приятно проводить время. Он обращался со мной лучше других мужчин и я не испытывала к нему отвращения в постели. Было приятно, не более того.
— Ты, правда, была у него первой.
— Нет. Прости, я вела себя как капризный ребенок, у которого отобрали любимую игрушку. Моему поведению нет оправданья.
— Но ты сама говорила про синицу.
— Больше не хочу довольствоваться малым. Я хочу, что бы у меня как у вас, чтобы были такие же взгляды. Я хочу, чтобы поцелуи кружили голову, и захватывало дух. Я хочу жгучей страсти и безграничной любви. Хочу быть с любимым и чтобы он меня любил.
— Для начала, нужно избавиться от этого ужасного свитера. Где ты его только раздобыла?
