что барон был главой контрабандистов, не все из его приближенных знали. Как при таких раскладах что-то серьёзное нарыть?
Да, я бы плюнул на тех, кто под шумок в долине решил стать самостоятельными. Отделились, стали конкурентами. Да и хрен с ними. Проблема в другом. Денег много пушено в оборот, и получается, что на эти деньги старшие экспедиторов меня обнесли…
Впрочем, что это я всё о себе и своих заморочках. Тут у нас в провинции всё кипит и жизнь бьёт ключом. События происходят почище шекспировских пьес. Короче, учудили кор-сэ́ и мой оруженосец. Подкинули мне головной боли.
Эти два кадра на почве любви ко мне, а отсюда и чувства безнаказанности в долине, выразились по полной. Кор-сэ́ Адрус ладно, что с него взять, привык что в столице ему всё сходило с рук… Но куда Гумуса нелёгкая занесла?!
Эмоции в сторону. Два этих дебила сошлись, несмотря на разницу в возрасте и социальном статусе, на почве того, что им скучно. Мне эти дни было не до них.
Собрались два дитятки и поехали на охоту с небольшим числом сопровождающих. Сама охота ещё ладно, ну что с ними в долине может произойти. Я что-то вякнул, не отрываясь от подсчётов, типа: «Валите куда угодно, только не мешайте». И эти свалили… Эти два кадра напились на охоте. Само собой ничего не поймали. По пьяни не доехали до замка. Решили заночевать в ближайшей деревне.
Деревенские этому были только рады. Едритьколотить, целый кор-сэ́ не побрезговал их деревней. Всё самое лучшее таким дорогим и уважаемым гостям. Определили на ночёвку в лучший дом в деревне. Собрались за общим столом все уважаемые люди. Самые сочные девки на разносе блюд к столу. Вот на этих девках два остолопа и поскользнулись.
Я уже как-то рассказывал, что к женщинам в королевстве, да и в Раяне в целом, отношение сугубо специфическое. С одной стороны, женщина – это недочеловек. Что вы хотите – это средневековье. С другой стороны, тут куча подводных камней. Если тут женщина почти ничего не решает, то это не значит, что за женщину тут не прилетает по полной. Поймают за делом или со спущенными штанами, и началось. Кто же в здравом уме откажется от возможности освободить вас от ненужного имущества и жизни, при таком хорошем поводе.
Значительная часть рыцарских баек о даме сердца – это байки об изменах. Вспомнить хоть ту же Гвениверу[13]. Большая часть вызовов на дуэли из-за чести дамы – это повод устроить дуэль из-за политики, экономики, права на трофеи, да и просто по причине плохого настроения. Впрочем, это относится не только к дворянству. С людьми попроще куча мелких нюансов.
Ну, учудил бы Адрус в столице, и что? А ничего. Дорогая, я за свободные отношения, и будь рада, что я облагородил твою породу. А тут пограничье. Тут не слышали о тонкостях столичного этикета ухаживания за дамами, о мезальянсах и прочей дворянской ерунде. Тут и о законах имеют самое общее представление. Народ тут живёт традициями, а на закон поглядывают, прислушиваются к закону и делают, как положено по традиции.
Помню, Антеро мне много «ездил по ушам», ещё когда я был оруженосцем, о том, что по законам на кобыле может побывать только два жеребца. Сюзерен в брачную ночь и её муж, иначе капец.
Как бы это сказать. Антеро тогда мне мозги вправлял по закону, а я его тогда чуть ли не завалил сгоряча. Старый мне тогда не рассказал, что в пограничье закон – это птица редкая, и всё бывает по ситуации. Я это потом сам, без его матов понял…
Что тут сказать по ситуации с двумя упитыми до усрачки мудаками. Сори за мои жаргонизмы. Поверьте, я сдерживаюсь от настоящих матов. Эти два долбоящера насрали от души и в самую душу.
У меня тут всё на соплях держится, а они порезвились. Я тут в долине боюсь пукнуть лишний раз, лишь бы закрепиться, удержаться в первое, самое сложное время, а они мне так гадят. Жеребцы, блин!
Адрус ещё куда ни шло. Какое-то понятие о дворянах местным не чуждо, а вот мой малолетний оруженосец залетел по полной. По факту он никто, он ещё не дворянин, не рыцарь. Его статус по местным законам на уровне зажиточного горожанина, а по факту он ниже простого крестьянина. Вот ему и предъявили поутру. Женись.
Знаете, я живу не первый день на свете. Я отлично понимаю, что с учётом их упития им наутро могли предъявить, что они всю ночь насиловали корову или даже быка. Какие тут разговоры, был пьяным, какая тебе вера. Я отлично понимаю, что найти хорошую партию для своей дщери задача нетривиальная. Я понимаю, что под пьяное тело могли и осознанно подложить дочу, чтобы утром выть белугой и тащить под венец ничего не понимающего от похмелья жениха.
Короче, Адруса отмазать от женитьбы, как два пальца обоссать. Гумус же попал. Кого волнует, что она старше его на десяток лет. Попался петух в ощип, вот и не брыкайся. Это ещё кто кого насиловал?
В общем, я ехал до Озёрного после донесения в самом плохом настроении. Нашли где учудить. Дураки, не могли до замка доехать. Тут же рукой подать до замка.
По приезде, взглянув на девиц, потерявших честь, я даже не знал, как реагировать. Гумус ещё ладно. Возраст девицы мне немного преувеличили. Ей за двадцать три – двадцать пять. По местным меркам уже проспала замужество, вот и легла с подростком. Да и внешне она вполне ничего.
Адрус же «зафартмачился». Это же надо так напиться. Кожа да кости, больше на мальчика похожа. Как, оказывается, я о тебе многого не знаю, столичный. Мало того что ты наркоман, но похоже, что ты и…
– Адрус, ты как?! – давал я пощёчины этому телу, что еле стояло на ногах. Само собой, я давал пощёчины в избе и без лишних глаз. Гумус, Гевар, Хелми – не в счёт. – Ты дурак?! Что творишь?!
Кор-сэ́ мало что понимал и, наверное, упал бы, если бы я его не держал за плечо. Судя по его глазам не в куче, у него не похмелье. Он до сих пор пьян.
Ну, ты только протрезвей, мой дорогой. Я тебе припомню. Помнится, ты стебался, что я чуть ли не залип в медовую ловушку с дочкой рыцаря, что под меня подложили. Теперь мы квиты, не прошло и трёх месяцев.
– Гевур. Утащи
