купюру.
Я протянул ему руку:
– Марк!
– Лев!
– Значит, все-таки это Вы?
– Он самый.
Я достал ещё купюру и протянул её бездомному.
– Это уже будет лишнее, – сказал он, не приняв деньги.
Алиса вышла из подъезда.
– Вынужден откланяться, спасибо за общество. – С этими словами он скрылся в дымке улиц.
– Кто это был? – спросила Алиса.
– Лев Стокманн, один знаменитый в былые времена писатель времен Перестройки. Я зачитывался его рассказами ночи напролет. В основном он писал о подпольной жизни питерской богемы и нелегкой судьбе советских эмигрантов. Честно сказать, я был уверен, что он давно умер, хотя, судя по запаху… – переведя взгляд на Алису, я добавил. – Если мы сейчас же не отправимся в ресторан, я посыплю тебя пармезаном и съем.
Мы нырнули в ресторан, в котором проводили почти все наши вечера. За несколько дней он стал для нас таким привычным и уютным, что могло показаться, что мы проводили в нем вечера вот уже несколько лет. Я заказал двойную порцию карбонары и микс-салат из овощей, Алиса ограничилась лазаньей и тирамису. Мы ели молча, отчасти потому, что действительно были голодны, отчасти потому что истинное счастье двух человек наступает тогда, когда они могут позволить себе просто быть вместе и молчать. Мы покончили с основными блюдами, и когда принесли кофе, Алиса спросила:
– Ты немного смурной после парка. Все в порядке?
– Да, ерунда, – ответил я, – не люблю дождь. Он заставляет меня почувствовать себя таким беспомощным. Человечество преодолело гравитацию и победило множество болезней, но до сих пор стремится укрыть своё хрупкое тело при виде нескольких капель воды, падающих с неба.
– А я вот устаю от жары, порой совсем ничего не хочется делать!
– Мне и без жары ничего не хочется делать!
– Хотел у тебя спросить из любопытства, у тебя бывало что-нибудь с итальянцем?
– Ну и вопросики у тебя!
– И всё же?
– Было, но недолго. Он так сильно пытался контролировать каждый мой шаг, что в какой-то момент я начала чувствовать себя словно заключенная. А это не есть хорошо, так как люди, отбирающие у меня свободу и мечту, становятся моими злейшими врагами.
– Вот это слова! Запишу в цитатник.
Мы посмеялись и продолжили беседовать ни о чем. В нужный момент я подмигнул Луиджи. Через минуту я увидел, как он горделиво идет с резным подносом, на котором стояло два бокала шампанского, в одном из них лежало кольцо. Не хватало только оркестра с музыкой. Да, это было безумно банально, но я не придумал другого способа сделать предложения этой девушке.
Внезапно земля содрогнулась, на этот раз в прямом смысле этого слова. Со столов попадали бокалы с вином и несколько тарелок. Луиджи упал вместе со стаканами, которые разлетелись вдребезги. Я взглянул на пол, кольца не было, должно быть, закатилось куда-то. Я взял Алису за руку. Затем последовал ещё один толчок, чуть сильнее, чем первый. Публика в ресторане зашевелись, началась небольшая паника. Люди торопились покинуть ресторан. Я расплатился за ужин, и мы вышли на улицу. Она была забита испугавшимися людьми.
– Марк, мне страшно.
Я обнял Алису и повел её домой.
– Давай уедем сегодня, собирай все самое необходимое и включи новости, – сказал я ей.
По всем каналам была примерно одна и та же картинка. Ведущий махал руками и очень быстро говорил. Я вопросительно посмотрел на Алису.
– Небольшое землетрясение. Волноваться особо не о чем, но власти Кампании рекомендуют жителям и туристам покинуть регион на неопределенный срок. Кажется, от этой встряски Везувий немного взбушевался.
По телевизору показывали прямую трансляцию. Из жерла вулкана шел заметный дым. Из прилегающих к Везувию поселений уже начинали эвакуацию. На одном из коротких кадров я выхватил еле заметную сцену. Вниз по склону бежала крыса. «Откуда бегут даже крысы… Бегут даже крысы… Крысы…»
– Я готова! – сказала Алиса.
Метро было закрыто. Мне с трудом удалось выловить свободное такси. Я не смог вымолвить ни слова, пока мы ехали до вокзала Термини. Мы подошли к кассиру, и Алиса обратилась к ней:
– Due biglietti a Firenze, perfavore!
– Uno biglietti, – через силу выдавил я из себя.
– Марк? – она широко открыла глаза и жалобно посмотрела прямо мне в душу.
– Я приеду, Любимая. Закончу дело и приеду. Завтра я буду с тобой.
– Какое дело, о чем ты?
Кассир озвучила сумму, и я заплатил. Мы отошли в сторону.
– Верь мне, – сказал я.
Я вручил ей все оставшиеся деньги, оставив себе только на билет до Неаполя. Она поцеловала меня в лоб и крепко прижала к себе. Моя бестолковая голова лежала на груди у самой лучшей женщины на свете, и я сделал то, чего не хотел большего всего – отпустил её. Алиса удалялась в сторону платформы, а я провожал её взглядом.
Вернувшись в кассы, я попросил один билет до столицы региона Кампания. По-английски девушка объяснила мне, что почти все скоростные поезда на юг отменены. Есть только один вариант ночного поезда, который делает остановки на каждой мало-мальски населенной станции. Другого способа добраться до вулкана у меня не было.
Глава седьмая
Я прибыл на центральный вокзал Неаполя в пять утра. Вагоны были забиты людьми до отвала, несмотря на наличие билета, я сидел на корточках всю дорогу в тамбуре, уступив своё место девушке. Большая часть пассажиров, насколько я понял, направлялась в город, чтобы забрать родственников или всех тех, кто не смог самостоятельно покинуть зону эвакуации. В поезде, скрючившись в углу прокуренного тамбура, мне даже удалось немного поспать. На удивление в этот раз мне не приснилось ничего ужасающего, возможно, потому, что моя явь уже являла собой один кошмарный сон.
Преодолев приличную давку на перроне, я вышел из здания вокзала. Площадь Гарибальди перед вокзалом представляла собой один большой эвакуационный центр. Люди стремились покинуть город любым способом. Власти организовали автобусы, которые вереницей стояли вокруг всей площади и по очереди принимали людей. Один из работников полиции настоятельно предложил мне занять место в одном из автобусов, взяв меня за локоть. Я отдернул локоть и пробираясь через толпу вышел на более свободную улицу.
Улица была полна мусора, с окон свисало сушившееся белье. Я был единственным кто двигался в сторону от вокзала. Без карты и навигации, не чувствуя голода и усталости, я прокладывал свой путь к вулкану.
Выйдя на одну из площадей города мне открылась перспектива и я наконец увидел его. Невероятные клубы дыма и раскаленного пепла вырывались из самого жерла, покрывая серой пылью все, что
