Его оруженосец довольно похлопал к притороченной к его седлу свернутой в тюк кольчуге. На кольчуге была кровь. Ладно, правдоподобно.
— Думаю, это были дозорные. Поэтому смогли подойти поближе и долго смотрели с холма. Могли посчитать. Я велел остальным говорить, что там не больше сотни всадников…
Мы все с сомнением посмотрели на латников в отдалении. Люди Антона выглядели довольными. Один потрясал трофейным шлемом и щитом, да и остальные были скорее возбуждены, чем напуганы.
— Есть еще одно, — сказал Антон, наклонившись ко мне поближе. — Я уверен, на одном из их стягов был черный волк на желтом фоне. И у нескольких такие же щиты.
Старый Волк. Не могу назвать этого человека другом, но мы проделали вместе долгий путь. И именно на него поставили Пиллары в этой войне. Неприятный выбор. И потому, что Старый Волк мне лично симпатичен. И потому, что он опасный противник.
— Значит это их главные силы? — вскинулся Сперат. — Ну наконец-то будет битва! Мы смогли их выманить!
Даже Дукат покосился на восторженного Сперата с удивлением. Я посмотрел мимо него, на дорогу. По ней, в пыли за всадниками, плелся мой обоз. Нет, выманили как раз нас. Не зря посланец от ублюдка, захватившего Августа, трижды повторил, где его держат. «Замок моего господина Сарта, что к западу от города Кесаена». Даже я запомнил. Пришлось поднимать пехтуру и топать на выручку своих трех тысяч. Это они мастерски меня просчитали.
— Они примерно в часе быстрой скачки. Но х много, они идут по дороге, хоть и без обоза. Я думаю, они выйдут на дорогу, по которой прошли мы, а потом пойдут вслед за нами. Это часов шесть, — продолжал докладывать Антон.
— До ночи осталось чуть больше, чем прошло с утра, — витиевато высказался Ланс, намекая, что сейчас полдень. — Не думаю, что они нападут сегодня.
— Надо всегда исходить из худшего, — не согласился я. — Волк нутром чует удобный момент для нападения. И сейчас именно он.
— Надо послать за Динададом, чтобы его тысяча демонов в жопу отодрали! — нервно сказал Сперат. До него стало доходить.
Обоз в полсотни телег растянулся на несколько километров. Пехота брела рядом гуськом, да и в любом случае в открытом полевом бою этот на этот сброд надежды не было. У меня под рукой было примерно сотня конных латников, тоже слабо организованных, но все же куда более настроенных драться. Остальные либо в разведке, либо с Динадом, которого я послал вперед. Он, с полусотней всадников, должен был налегке захватить мост. Единственный в округе, через опасную речку, как подсказали нам местные. Будет грустно, если сеньор Сарт его разрушит или оседлает десятком латников и полусотней арбалетчиков. Впрочем, в последнее я мало верил. Зато я ыл уверен, что полусотня всадников Динадада сможет по дороге захватить немало овец и коров, которых бедняги крестьяне не успеют загнать за стены своих укрепленных городков.
— Если предполагать худшее, — Ланс даже улыбнулся. Да, пессимизм это по его части. — То Волк очень скоро узнает от недобитков, что мы знаем о его приближении. А значит он погонит своих людей напрямик. И выскочит на нас часа через два. Может, три. И у него будет три сотни копий против сотни наших. Мы можем отойти…
Мы снова посмотрели на обоз. В нем уже набиралось с полтысячи, если считать не строевых человек. Прачки, пекари,кожевенники, торговцы зельями и талисманами, лекари, даже две телеги с передвижными кузницами и одна с большой ручной мельницей, которая не переставала работать даже в пути. Хранить хлеб лучше зерном, поэтому надо было каждый день успеть намолоть муки для прокорма всей этой оравы. Не считая трех сотен всадников, только обоза хватило бы чтобы заселить крупный город-спутник рядом с Кареном или пяток мелких в долине. Таэн был населен не менее густо, но меня потрясло количество людей готовых сорваться с места и присоединиться к армии в надежде на лучшую долю.
— Час назад мы проезжали мимо сносного холма, — сказал Дукат.
— Это там где стоит три сарая? — вскинулся Ланс.
В какой-то степени он был прав. Вокруг были рощи, поля и множество укрепленных городков. Ключевое слово — укрепленных. Сидеть под их стенами, как долгобороды под Ченти я не мог.
— Как говорила та шлюха, если очень хочешь, но денег нет, можно трахнуть и дыру в земле, — ответил Дукат. — А холм там лысый, не подойдут незамеченными.
— Поехали, велел я.
Мы прибыли к месту минут через пятнадцать. И не сказать, что скакали прямо на пределе возможностей коней. Выехали на холм. Мне он не понравился. Низковатый. Наверху, видимо, гостевой дом. С башенкой для хозяина и приткнутыми как придется хозяйственными постройками. Даже стены вокруг не было. Зато был колодец.
— Сперат, давай сигнал на сбор. Ланс, ты в голову, Дукат, ты в хвост, вели всем собираться тут.
Сперат на секунду помялся, стесняясь делать такое на людях. Но потом все же небрежным движением выбросил из жажносумки на землю вязанку сухого хвороста с привязанной к нему материей и плотно закрытым воском горшком. Волок, исполняющий обязанности пажа, тут же соскочил со своей лошадки, вскрыл своим дорогим кинжалом горшок, облили маслом из него хворост. Потом заработал огнивом. На привалах его работа была разжигать костер, поэтому чувствовался опыт, уже через секунду хворост запылал. Он был подобран так, чтобы давать много дыма. К счастью, ветра почти не было — дым поднимался в небо отвесно. Сперат, который к тому времени тоже уже спешился, распрями материю, и с помощью Волока распрямил её над огнем. Я понаблюдал еще немного, убедившись, что все их манипуляции привели к появлению от костра трех дымных колец, поднимающихся кверху. Их будет видно за десятки километров. Дымовые сигналы, моя придумка. Теперь предстояло узнать, насколько это нововведение усвоили мои воины.
— Продолжайте, — велел я. — Антон, за мной. Надо расставить людей.
И я с остальной свитой двинулся навстречу людям, которые потянулись на холм с дороги. Меня не покидало чувство, что я где-то ошибся. Как же я так вляпался, что сейчас работаю наемником на кучку престарелых фанатиков? Застрял тут, в дали от жены и новорожденного ребенка. Хотя каждое отдельное решение было верным. В конкретный момент. Из этого следовало извлечь какой-то урок, но я так уставал, что вечерами валился на лежанку приготовленную Волоком и мгновенно заспал. А с утра начинались заботы и время подумать появилось только вот сейчас, когда я решил осадить замок наглого ублюдка, посмевшего отбить мой обоз. И вернуть Августа.
Война в этот раз какая-то прямо потная. Мелкие, но очень кровопролитные стычки уже унесли жизни десяти караэнцев и я даже не знаю скольких местных. Моя получившая оплату армию в прошлый раз за ночь «схуднула» на четверть. Просто ночью снялись и ушли. В основном конные латники, причем лучше среднего вооруженные. Даже караэнцы. А что, урвали три дуката, можно и погулять. Пехота держалась за меня куда прочнее. А после того, как я и в самом деле заплатил пехоте, местные даже откровенно удивились. Очень похоже, они предполагали что их плата это оля от добычи. Мои попытки организовать нечто вроде полевой кухни и личное слежение за наличием чистой воды, вообще воспринимались как отеческая забота. Взрослые. на вид сорокалетние мужики, с задубевшей от постоянной работы под солнцем кожей и сморщенными от лишений, какими-то крысинными, лицами, смотрели на меня по-детски распахнув глаза. А вот латники лыбились и смотрели как-то даже с вызовом. Даже караэнцы, хотя к последним я привык и даже этого ожидал.
Пока больше всего я терял людей от болезней и ссор. Вчера, например, ночью была драка в которой зарезали семерых, из них двух женщин. Еще почти два десятка раненых. Кажется, две группы пехотинцев не поделили проституток. Или прачек. Похоже, граница между этими понятиями была весьма размыта. Я не смог разобраться в произошедшем. Руки чесались кого-нибудь повесить. Вместо этого я просто назначил виновных и велел им нашить белый крест из ткани на спине и груди, в виде буквы «Х». Сказал им:
