Читаем без скачивания Смертельные эмоции - Дон Колберт

Корни гиперопеки уходят в труднопреодолимый страх отвержения. Когда мы позволяем этому страху управлять нашей жизнью, то вовлекаемся в поведение, которое лишает нас не только душевного, но и физического здоровья.

Противоядие против страха и беспокойства

Если вы чувствуете, что вас охватывает страх или мрачное ожидание невосполнимых утрат, остановитесь и спросите себя: «Что сейчас мною движет? Что питает мои страхи?» Постарайтесь определить причины и источники страха.

Может быть, вы излишне заботливы? Или ваше сердце прилепилось к чему–то, не достойному вашей любви? Или вы беспокоитесь о достижении собственных целей, а не ищете воли Божьей? Возможно, ваши хлопоты доводят до умопомешательства и вас самих, и тех, о ком вы печетесь?

Самое лучшее лекарство от страха — это вера. Верой человек убеждается, что все в руках Божьих. Верой он утверждается в том, что на Бога всегда можно положиться и что «любящим Бога все содействует ко благу» (Рим 8:28). Я настоятельно советую вам прилепиться к Богу. Верьте, что Господь постоянно действует и в вашей жизни, и в жизнях окружающих вас людей. Верьте, что Бог всегда и во всех обстоятельствах все держит в Своих руках. Вера — это всегда выбор. Делайте верный выбор каждый день!

Иисус говорил: «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте» (Ин 14:1). В Писании раз за разом повторяется призыв: «Не бойтесь!» Если к вам будет подступать страх, пусть эти слова мощно звучат в вашем сердце — во всех обстоятельствах, во всех взаимоотношениях, во всех ваших надеждах и чаяниях.

Глава 9. Когда беспокойство оборачивается бедой

Начало было многообещающим. Бонда пришла ко мне на прием и сразу же заявила: «Я человек очень мнительный, всегда беспокоюсь, как бы чего не вышло. Я на все жалуюсь. Все знакомые зовут меня нытиком». После такого вступления мне трудно было отделаться от мысленного ярлыка «Вонда–нытик».

Бонда признала, что ее постоянная, глубокая, пронизывающая все ее существо тревожность пагубно сказалась на ее здоровье: у моей новой пациентки был целый букет психосоматических заболеваний. Лечение ее тревожности стало для меня не менее важным делом, чем лечение физических симптомов.

Я считаю, что в целом американцы стали нацией тревожных людей. Последние отчеты об уровне стресса в стране показывают, что основные источники наших треволнений — это работа, материальное положение и семья. Более половины опрошенных американцев заявили, что больше всего их тревожат работа и деньги.

Среди психических заболеваний тревожные расстройства стоят у нас на первом месте. Ими страдают девятнадцать миллионов жителей США. Через восемь месяцев после террористического акта 9 сентября 2001 года информационное агентство «Тайм–СиЭнЭн» провело опрос, который показал, что почти две трети населения США по нескольку раз в неделю с тревогой думают о терактах.

Тревога — это одна из форм страха. Она ведет к развитию тех же самых заболеваний, которые я перечислил в начале восьмой главы.

Однако, в отличие от Бонды, многие люди не считают свою тревожность чем–то губительным. Попробуйте ответить на такие вопросы:

Не просыпаетесь ли вы по ночам с мыслью о том, что можете потерять работу? Не ощущаете ли вы ком в желудке, когда вспоминаете о курсе акций или о состоянии дел в пенсионном фонде? Не начинает ли вас лихорадить, когда ваш босс приходит на работу в плохом настроении?

В каком состоянии вы ложитесь спать после того, как просмотрели программу новостей, которая, кажется, рассказывает лишь о насилии, войнах, несчастьях и преступлениях?

Осознаете ли вы, что, хлопоча о продвижении по службе, вы жертвуете своим здоровьем?

Тревожные расстройства

Тревогу мы ощущаем как предчувствие чего–то неприятного. Да и само чувство малоприятное. Оно сопровождается и физическими проявлениями: потеют ладони, дыхание становится поверхностным, учащается сердцебиение, усиливается нервозность. Тревога живет в душе дольше, чем страх — она остается и после того, как исчезает реальная угроза.

Тревогу среднего накала обычно называют волнением или беспокойством. Когда же тревога овладевает человеком полностью, то, говоря медицинским языком, тревога становится патологической: возникает тревожное расстройство. В настоящее время выделяют около двадцати форм тревожных расстройств. Они достаточно распространены. Среди них следует упомянуть генерализованное тревожное расстройство, посттравматическое стрессовое расстройство, паническое расстройство (эпизодическая пароксизмальная тревога), обсессивно–компульсивное расстройство и тревожно–фобические расстройства, о которых я уже писал выше. Наибольший вред приносят те формы, которые ведут к безостановочному выделению стрессовых гормонов, даже после того, как травмирующий эпизод уже позади. Рассмотрим каждое из перечисленных расстройств более подробно.

ГТР — это хроническое состояние беспокойства. Люди с ГТР беспокоятся постоянно, отыскивая для тревоги массу причин. Когда они не волнуются по поводу цен на молоко, их захлестывает тревога о том, что может сорваться отпуск. Или они беспокоятся, что, выйдя из дома, они, наверное, забыли запереть дверь. Они всегда находят рациональные обоснования своих тревог и нередко возмущаются, почему другие не переживают вместе с ними. Этим людям кажется, что если остальным все равно, то тревожиться о разных событиях — их долг.

ПСР обычно возникает после тяжелых событий – изнасилования, нападения вооруженных грабителей, автомобильной аварии и тому подобного. Этим расстройством страдают многие ветераны вьетнамской войны. ПСР может возникнуть после развода или смерти любимого человека.

Люди, страдающие ПСР, способны целыми днями перебирать в памяти ужасные события прошлого, ставшие причиной заболевания. Часто их мучают ночные кошмары. Если какие–то нейтральные события напоминают им о трагедии, то реагируют они неадекватно.

Одна из моих пациенток, Андреа, работала в небольшом магазинчике на окраине города. Перед самым закрытием в магазин вошел вооруженный мужчина в маске. Он направил на Андреа пистолет и приказал лечь на пол лицом вниз. Забрав из кассы деньги, преступник скрылся.

Прошло уже больше года, но Андреа не может забыть этот кошмар. Каждый раз, когда она слышит скрип двери, улавливает запах моющей жидкости, которой был помыт пол, в который она уткнулась лицом, или проходит мимо похожего маленького магазина, ее охватывает безумная тревога.

У некоторых людей тревожная реакция проявляется спустя годы после травмирующих событий. Один мужчина, ветеран вьетнамской войны, рассказал мне о происшествии, которое случилось с ним несколько лет назад, когда они с женой путешествовали по Израилю.

Находясь в северной части Голанских высот, он неожиданно услышал рев взлетающей испытательной ракеты. В мгновение ока этот мужчина бросился на землю и вжался в нее. Когда страх миновал, поднялся он с трудом — его тело совершенно одеревенело. К счастью, далее их тур продолжился без осложнений. Этот мужчина был поражен тем, насколько въелся в него страх военных времен. А ведь прошло больше тридцати лет! Он сказал мне: «Я не мог поверить, что во мне до сих пор жива реакция на звук летящего снаряда. Я думал, что все это осталось в далеком прошлом». Есть люди, у которых рефлекс, выработавшийся на ту или иную опасность, не угасает никогда.

В Америке насчитывается колоссальное количество людей, подверженных паническим атакам — около двух с половиной миллионов человек. Человека внезапно охватывает всепоглощающее чувство ужаса или сильнейшей тревоги. Паническая атака может начаться, когда человек едет по шоссе с интенсивным движением или выступает перед родительским комитетом в школе. Подобные приступы часто сопровождаются ощущением неизбежной и близкой смерти. Человек не может предсказать, когда и где случится следующая атака, и эта неопределенность увеличивает общую тревожность. Паническая атака мгновенно запускает стрессовую реакцию — в кровь выбрасывается адреналин, который, как и в случае внезапного приступа гнева, заставляет сердце биться сильнее. Нередко человек испытывает учащенное сердцебиение и боли за грудиной, как во время инфаркта. Во время приступа обычно потеют ладони, пересыхает во рту, кружится голова, человек задыхается, его бьет дрожь. Появляются боли в желудке и тошнота.

Майк страдал от тяжелого панического расстройства. Приступы паники мучили его каждую неделю. Обычно они настигали его в дороге. У Майка начинало ломить грудь, немела левая рука, сердце билось как сумасшедшее. Он с трудом дышал. Думая, что у него начинается сердечный приступ, Майк сворачивал в ближайшую больницу. Он никогда не знал, где и когда прихватит, и потому тревожился постоянно. Счета за медицинскую помощь вырастали в круглую сумму. Так продолжалось, пока мы с Майком не занялись лечением панического расстройства.