покупки были куда скромнее: воспользоваться моими деньгами она наотрез отказалась.
В конторе я первым делом принял контрастный душ, меняя горячую воду на ледяную, а затем пригласил Матвея позаниматься фехтованием — благо, в доме имелась неплохая коллекция холодного оружия. Вельтман великодушно заверил меня, что я могу пользоваться им по своему усмотрению, так как он собирал его исключительно для эстетического созерцания.
— Ни физических данных, ни душевной склонности к занятиям боевыми искусствами у меня никогда не было, — пояснил он с застенчивой улыбкой, поправив очки. — Так что оружие интересует меня только как произведение искусства. Я даже в руки его не беру никогда — просто любуюсь время от времени. Помогает думать.
В конторе, тем не менее, имелся на цокольном этаже небольшой спортзал, где проводили время охранники Вельтманов. Туда мы с Матвеем и отправились, переодевшись в лёгкие и удобные хлопковые костюмы. Камердинер принимал участие в моих тренировках с самого моего детства. Я позволял ему думать, будто он учит меня, и слуге льстило, что его протеже делает такие стремительные успехи. Он даже настаивал, чтобы я принял участие в юношеском турнире, но я отказался. Тщеславие такого рода мне совершенно чуждо. Да и какой интерес побеждать молодых людей, которые заведомо уступают мне, воспитанному в спартанских условиях и прошедшему огонь, воду и медные трубы. Вот монстры — это я понимаю. Сражаясь с ними, никогда не знаешь заранее, чья возьмёт, и приходится порой выкладываться по полной, балансируя на грани жизни и смерти. Такие схватки по мне.
— Вы в дурной форме, ваше благородие, — мрачно констатировал спустя минут двадцать Матвей. — Давно уже вы не выигрывали у меня меньше пяти очков.
— Всё из-за хвори, — честно ответил я. — Мейлин старалась, но эта болезнь не так быстро проходит, как хотелось бы. Думаю, понадобится несколько дней, чтобы избавиться от неё полностью.
Камердинер покачал седой головой.
— Не смею вам советовать, но почему вы до сих пор не обратились к врачу? Да ещё и поехали с девушками на полдня по магазинам.
— Ну, мне тоже кое-что было нужно. А что качается хвори… Обычный доктор тут бесполезен.
— Откуда вам знать? Вы и в медицине вдруг начали разбираться?
— Я разбираюсь в магии, старик. И в проклятьях. Так что перестань болтать и нападай. Кстати, спасибо, что дал перевести дух.
— Вам это было нужно, — ухмыльнулся камердинер. — Уверены, что хотите продолжать?
— Да, чёрт возьми! Не делай из меня инвалида. У меня всего лишь лёгкое недомогание.
Мы снова закружились по залу, обмениваясь быстрыми ударами.
— Кстати, я хотел вас попросить не баловать Джу, — проговорил вдруг старик, парируя мой выпад и отступая вправо, чтобы контратаковать. — Вещи, которые вы купили ей сегодня, совершенно не подходят для служанки. Боюсь, большую часть из них ей будет просто некуда надеть. Признаться, я удивлён, что она выбрала их.
— Ерунда! Пусть девочка порадуется. В конце концов, она вдали от дома. И не думаю, что у неё было право голоса. Наши спутницы сами подобрали ей вещи. По больше части, во всяком случае.
— Я распоряжусь вернуть некоторые из них в магазин, — упрямо сказал старик, отбивая нацеленный ему в грудь клинок. — Джу согласится, что носить их девушке её положения неприемлемо, а хранить бессмысленно.
— Это вы уж сами разбирайтесь, — мне пришлось попятиться, но я быстро вернул утраченную позицию, переместившись в сторону и сделав шаг навстречу камердинеру, одновременно атакуя в корпус. — Ты отвечаешь за штат слуг, тебе и решать.
— Благодарю, господин. Я надеялся, что вы проявите благоразумие в данном вопросе.
— Что моё благоразумие против твоей щепетильности? — усмехнулся я, уклоняясь от просвистевшей над моей головой кавалерийской сабли. — Не попробовать ли с катанами? Я видел несколько в коллекции нашего радушного адвоката.
— Охотно, если желаете, — Матвей отступил, прекращая бой.
На самом деле, годы брали своё, и старик был рад прерваться, хоть ни за что бы в этом и не признался.
— Знаете, как ими пользоваться? — осведомился он, когда мы обнажили катаны. — Кажется, эта для меня коротковата, — добавил старик, взвесив оружие в руке.
Подойдя к стойке, он выбрал другую.
— Откуда? — отозвался я. — А ты?
Матвей отрицательно покачал головой.
— Впервые буду драться такой штукой. — Кажется, её нужно держать двумя руками. Не самый мой любимый стиль боя, мягко говоря.
— Я предпочитаю полуторные мечи, как тебе известно. Так что будем в равных условиях.
Мы тренировались ещё около четверти часа, и я полностью разочаровался в японских клинках. Ни для привычной в высших кругах империи дуэли, ни для моих собственных целей они совершенно не подходили.
Так что, вернув мечи на место, мы отправились в свои покои, где я снова принял душ — на этот раз горячий — и завалился в кровать. Завтра предстояло ехать на ипподром, и мне хотелось выспаться.
Однако спустя минут пять в дверь тихо постучали.
— Кто там? — спросил я, садясь.
В спальню заглянула Юшен. Её глаза блеснули в свете луны, проникавшем через щель в плотных занавесках.
— Господин ещё не спит? — осведомилась она шёпотом.
— Ну, я же тебе ответил. Что случилось?
Хули-цзин проскользнула в комнату и притворила за собой дверь. Даже в полумраке было видно, что на ней нет ничего, кроме прозрачной накидки, сквозь которую проступали тяжёлые груди с торчащими сосками.
— Мейлин хороша вас лечила, но я тоже кое-что умею, — проговорила она, приближаясь к кровати.
Я усмехнулся.
— Не сомневаюсь. Только мне вовсе не нужно, чтобы ты высосала из меня последние силы. Попрактикуйся на ком-нибудь другом.
— Но я могу не только забирать, но и давать, — пропела хули-цзин, ловко забираясь на кровать.
При этом матрас практически не просел: девушка была совсем лёгкой.
— Так я и поверил. Меня тебе не обмануть. Зря стараешься.
— Господин заблуждается, — склонила Юшен голову на бок. — Я не могу причинить вам вреда, ведь вы связали меня клятвой.
— Хм… Вообще, ты, наверное, права. Но я подустал, и мне завтра нужно ехать на ипподром, так что…
Лисица решительно откинула одеяло и уставилась на моё достоинство. Сплю я голый, так что увидеть его не составляло проблемы.
— У вас прекрасные данные, насколько я могу судить, — проговорила она, игнорируя мои слова. — Даю слово, что не причиню вам вреда. Более того — я могу исцелить вас уже сегодня. Просто дайте мне шанс, — она подняла на меня взгляд и облизнулась. — Неужели вам самому совсем не интересно попробовать с хули-цзин? Ни за что в это не поверю!
Интересно было, и ещё как.
Словно прочитав мои мысли, Юшен медленно задрала края прозрачной накидки, и за её
