И сейчас, к сожалению, для меня, он — мой единственный вариант.
Я обновляю приложение Uber, вводя данные его карты. К счастью, от него не требуется никакого одобрения, и я бронирую машину.
Я отбрасываю все сомнения по поводу того, что я только что сделала, и иду к входу на парковку, чтобы успеть запрыгнуть на заднее сиденье машины, как только она приедет, и увезет меня отсюда к чертовой матери.
12
НИКО
Меня будит громкий стук. Но этого недостаточно, чтобы открыть глаза или хотя бы пошевелиться.
Что-то щекочет мне нос, и, когда я поднимаю руку, чтобы убрать это, а пальцы касаются мягкого кружева, на меня обрушиваются воспоминания о прошедшей ночи.
Теперь я знаю, что они реальны.
Я могу их почувствовать. Почувствовать ее. Чувствовать ее запах.
Мои пальцы сжимаются на ее трусиках, и вместо того, чтобы сдвинуть их в сторону, я притягиваю их ближе.
Ее запах заполняет все мои чувства, заставляя мой рот наполняться слюной, а член — твердеть.
После того, сколько раз я брал ее прошлой ночью, легко было бы подумать, что мой член захочет отдохнуть, но он ненасытен, когда дело касается моей сирены.
Нет. Не моя сирена.
Просто… Сирена.
Брианна.
Мисс Эндрюс, мать ее.
Ухмылка дергается на моих губах, когда я думаю о том, что мы делали прошлой ночью.
Я трахал свою учительницу.
От этой мысли во мне вспыхивает огонь.
За все эти годы мы с ребятами похотливо трахали многих сотрудниц. Но, насколько я знаю, никто из нас не воплощал эти маленькие фантазии в жизнь. До сих пор…
Ладно, думаю, это можно рассматривать как совершенно другую ситуацию.
Я знал Брианну — трахал Брианну — задолго до того, как она появилась с фирменным бейджиком в Найтс-Ридж. Но факт остается фактом. Через пару дней она будет стоять перед классом, а я стану ее учеником.
Я переворачиваюсь на спину, забирая с собой ее трусики, представляя, как трахаю ее за учительским столом после уроков.
Блядь, да. Следующие несколько недель вполне могут быть лучше предыдущих.
— Нико, ты ленивый ублюдок, — раздается знакомый голос в моей квартире, давая понять, что это был за удар.
— Отвали, я сплю.
— Один, или ты уже глубоко в… — Дверь распахивается прежде, чем Тоби заканчивает фразу, очевидно, решив, что хочет выяснить это сам. — Ха, ну, это скучно. Это кровь? — В шоке говорит он.
— Отвали, Тобс, — простонал я, не потрудившись хоть как-то прикрыться. Не то чтобы он не видел все это миллион раз раньше. Черт, до того, как он сошелся с Джоди, было пару раз, когда мы вдвоем набрасывались на девушку, которая…
— Здесь пахнет сексом, — замечает он, прежде чем направиться через комнату, уворачиваясь от брызг крови, разрывая занавески и распахивая окно.
— Эй, — жалуюсь я, когда теплый утренний — да разве это вообще утро? — воздух омывает мою разгоряченную кожу.
— Солнце скоро сядет, — заметил Тоби, проходя через комнату и заглядывая в ванную.
— Разве я похож на человека, которому не плевать на солнце? Закрой их, — требую я.
— Нет.
— Почему мы все еще друзья? — кричу я, когда он проходит через мою спальню и исчезает. Я потягиваюсь, пока мое тело окончательно просыпается, в то время как он крутится вокруг.
— Может, ты, блядь, прикроешься? — рявкает Тоби, когда он возвращается с совком и щеткой. Откуда он это взял, одному хрену известно.
— Что? Я тебя сюда не приглашал. Но не волнуйся, из-за твоего нежелательного присутствия все утихнет через минуту.
— Было бы неплохо. Я уверен, что он только что подмигнул мне.
— Да пошел ты, — простонал я, проводя рукой по лицу.
— Что случилось прошлой ночью, Ник?
На секунду, всего на секунду, я позволил своим мыслям вернуться назад.
Когда мой член снова начал возбуждаться от одних только воспоминаний, я, наконец, дотянулся до одеяла и натянул его на себя.
— Ты сказал это, когда вошел. Занимались сексом. Как и все вы, ублюдки, наверное, занимались, судя по тому, как вы все сношались, когда я уходил.
— Когда ты ушел? — спросил он, наморщив лоб.
— Что? Я не в настроении для загадок и игр. Если у тебя есть вопрос, задай его, мать твою.
— Ладно. Что случилось с Брианной?
— Я трахал ее. Много.
После моего заявления наступила тишина.
— Что? — Я наконец-то срываюсь, не выдержав напряжения.
— Ты должен кое-что знать.
Мои глаза расширяются, и любопытство берет верх. Я приподнимаюсь и сажусь у изголовья кровати. Тело тянет и болит как нельзя лучше, но, когда взгляд Тоби опускается на мои ноги, я понимаю, как сильно они болят.
— У тебя в них нет стекла? — спрашивает он с обеспокоенным видом.
Я пожимаю плечами, не желая говорить о своих ногах сейчас, когда он явно хочет что-то сказать.
— Продолжай, не останавливай себя, исповедуйся в своих грехах.
Мое сердцебиение учащается, когда я смотрю на своего лучшего друга, задаваясь вопросом, что, черт возьми, он может хотеть мне сказать.
У нас нет секретов. И никогда не хранили. Ничто не стоит того, чтобы рисковать нашей дружбой. Но что-то подсказывает мне, что все может измениться, когда выражение его лица темнеет.
— Брианна будет работать учителем в Найтс-Ридж.
Вдох.
Выдох.
Вдох.
— Ты знал? — Я стараюсь сохранять спокойное выражение лица, но это чертовски трудно.
Очевидно, прочитав что-то на моем лице, он опускает голову и проводит рукой по затылку.
— Я все подстроил, — признается он.
Весь воздух вырывается из моих легких, когда я смотрю на него.
Проходит несколько секунд, но в конце концов он поднимает глаза от пола и снова смотрит на меня.
— Когда? — требую я.
— После того, как на прошлой неделе сорвалось ее второе распределение.
— И ты не подумал сказать мне?
— Она сама хотела. Она пришла в четверг вечером, чтобы сказать тебе, но…
— Но что? — рявкнул я, мое сердце начало выходить из-под контроля, когда я подумал о том, что произошло в четверг вечером. Не то чтобы она пришла и сказала мне, что собирается стать моим учителем, это было бы лучше. Скорее, хуже. Если это вообще возможно.
— Я не знаю, ты скажи мне, что ее отвлекло. — Его глаза опускаются к моему члену, на губах появляется ухмылка.
— Она была вчера на уроке английской литературы, — признаюсь я, отчего кровь отхлынула от лица Тоби. — Да, вот видишь. Ты должен был мне сказать.
— Что случилось? Я имею в виду, что все не могло быть так плохо, если ты провел ночь, трахая ее.
— Ничего не случилось. Я не заходил в класс.
— Это всего лишь пара недель, — уверяет меня Тоби. — Просто не мешай ей, позволь ей делать то, что ей нужно, и сосредоточься на своих экзаменах. В любом случае, не похоже, что ты вообще посещал школу. Что-то мне подсказывает, что ты не собираешься вдруг превратиться в добросовестного ученика.
— Возможно. Если мой учитель будет иметь к этому хоть какое-то отношение.
— Нико, — предупреждает Тоби, услышав мои невысказанные слова громко и четко.
— Что? Думаю, мы оба согласны, что я провел достаточно времени, хандря здесь. Может быть, пришло время вернуться в мир и понять, как сдать эти экзамены.
— Ну, ты не можешь их провалить. Твой отец будет очень разочарован, — говорит Тоби, не сводя с меня глаз.
— Ты дрянь, — шиплю я, ненавидя то, как больно прозвучали эти слова.
— Но я ведь не ошибаюсь, правда?
Я бросаю на него взгляд, воздух между нами становится мрачным, но если Тоби и чувствует это, то откровенно игнорирует.
— Поднимай свою задницу. Мы идем в спортзал, а потом на работу.
— Работа? — переспрашиваю я. Мысль о том, чтобы надеть костюм и отправиться на работу, приводит меня в ужас.
— Ревизия, — поправляет он. — На фронте реальной работы пока все тихо. Дэмиен все еще работает со Стефаносом и Галеном.
Меня охватывает чувство вины за то, что меня там нет. Что я не участвую в планах по уничтожению этих ублюдков.
