работников против «головокружения от успехов» (речь шла о коллективизации), Совнарком по инициативе Центрального комитета комсомола определил победителя этого противостояния на основе классовых принципов. Классовая война, как указал Сталин, закончилась, пролетариат победил, теперь следует восстановить мир. В соответствии с распоряжением Совнаркома «Совтуру» пришлось уступить; возникла новая структура – Всесоюзное добровольное общество пролетарского туризма и экскурсий (ОПТЭ). То была добровольная организация, наподобие обществ «Друзья детей» и «Долой неграмотность», Союза воинствующих безбожников и т. д. Все они служили для мобилизации различных сегментов общества ради общественного блага и поддержки народных инициатив[91]. Новая туристическая организация должна была поддерживать и расширять существующую сеть экскурсионных маршрутов и турбаз, а также систему договоренностей относительно проезда. Кроме того, ей вменялось в обязанность сделать пролетарский туризм истинно массовым движением, используя имеющиеся пропагандистские ресурсы и опираясь на местные организации: таким образом, десятки миллионов советских трудящихся смогли бы оценить достоинства туристических поездок и походов.
Общество пролетарского туризма и экскурсий: массовый туризм без участия масс
Создание ОПТЭ означало торжество принципов волюнтаризма, федерализма, массового участия и саморазвития. Основой общества служили ячейки, образованные на предприятиях и в образовательных учреждениях: входившие в них активисты работали в тесном контакте с профсоюзами, комсомолом и физкультурными деятелями, пользуясь их влиянием и ресурсами. Заводские и фабричные ячейки старались привлечь рабочих романтикой дальних дорог, чтобы те обращались к ОПТЭ, когда дело дойдет до планирования летнего отдыха: только зарегистрированные группы могли получать билеты на поезда за полцены. (В некоторых случаях вторую половину оплачивала профсоюзная организация предприятия.) После первого путешествия многие становились энтузиастами туризма и помещали рассказы о своих приключениях в заводских многотиражках, выступали во время вечерних демонстраций диапозитивов и, наконец, просто делились своими впечатлениями, чтобы побудить других присоединиться к движению. Члены ячейки на заводе «Мосэлектрик» считали ее самой старой (образована в 1926 году с 12 участниками на то время). В 1930 году в ячейке насчитывалось 260 человек, из них 106 летом того же года отправились в путешествия – в Карелию, по Днепру, по Черному морю, в Крым. Созданная в 1930 году ячейка на Мытищинском вагоностроительном заводе начала свою деятельность с поездки по Военно-Грузинской дороге, и к концу лета в нее входило уже 300 сотрудников предприятия[92]. Теоретически ячейки должны были объединяться в региональные советы, а вся структура – управляться центральным советом, избираемым на периодически созываемых всесоюзных съездах. Однако главную роль играли местная инициатива и пролетарское происхождение.
Смысл существования нового добровольного общества и оправдание его победы над «Совтуром» заключались в его цели: дать доступ к туризму широким массам. Только истинно пролетарское по составу и духу движение могло наконец выполнить обещание и сделать «пролетарский туризм» реальностью. «Классовый состав Общества определяет качество нашей работы, уровень ее идеологической насыщенности – это определяет саму суть “пролетарского туризма”, и наша самая неотложная задача – добиться преобладания пролетариев как основной массы членов Общества», – писал один активист в 1930 году[93]. Массовое членство позволило бы также обеспечить финансовую жизнеспособность Общества, которое платило функционерам, инструкторам и консультантам. И если «Совтур» зашел слишком далеко в «коммерческом» направлении, рассчитывая на государственные средства для финансирования своих проектов и зарабатывая деньги за счет продажи путевок по высоким ценам, то ОПТЭ собиралось вести хозяйственную деятельность по-пролетарски, полагаясь на добровольцев-активистов – входивших в местные ячейки – и пуская в дело взносы миллионов участников.
Рост членской базы стал главным приоритетом новой организации. В 1929 году руководство Общества пролетарского туризма, предшественника ОПТЭ, с гордостью отмечало, что его численность выросла с нескольких сот до 50 000 членов – хотя число туристов в том же году достигло примерно 300 000 человек. Признавалось, что процент рабочих остается слишком низким – 42 % в Пресненском районе Москвы и в Ленинграде, 36 % во Владивостоке, – и поэтому в 1930 году планировалось привлечь 200 000 новых членов[94]. Ленинградские руководители в июле 1930 года отчитывались всего о 9318 членах – недопустимо низкая цифра для крупнейшего промышленного центра; к 1 октября они собирались увеличить эту цифру до 50 000. Путем применения таких методов численность общества удалось довести до 600 000 человек к концу 1931 года; не боясь того, что цель покажется слишком смелой, оно объявило о своих планах на 1932 год – 1,5 миллиона членов[95]. Эти усилия должны были не только способствовать развитию туризма на местах, кроме того, члены общества имели преимущества во время приобретения всех экскурсий ОПТЭ, включая льготные железнодорожные билеты и билеты «по водному транспорту», и только они получали заборные книжки, продукты и ссуды на приобретение туристского снаряжения, самостоятельно путешествуя небольшими группами. Несмотря на это, большинство рабочих не спешили становиться «пролетарскими туристами». Туризм воспринимался ими как «праздное времяпровождение» и «пустая забава», признавал один из руководителей общества в 1932 году. Активист из города Калинина говорил о том, что рабочие не воспринимают движение всерьез. «Здесь, в Калинине, слово “турист” имеет тот же смысл, что и слово “шалопай”, и никто не произносит его без смеха»[96]. Для этих рабочих туризм оставался буржуазным времяпровождением, неприемлемым для строителей социализма.
Членство предполагало также выполнение обязанностей, выходивших за пределы содержательного туризма. Члены многих ячеек ОПТЭ тратили меньше времени на путешествия, чем на участие в различных кампаниях, провозглашенных партией: борьба с прогулами, помощь в весенне-полевых работах, выполнение пятилетнего плана, изучение сталинской работы «Об основах ленинизма». Зачем было вступать в ОПТЭ, если членство в Союзе воинствующих безбожников, Международной организации помощи борцам революции (МОПР) или Осоавиахиме влекло за собой те же возможности (и обязанности) для того, кто стремился проявлять общественную активность? Вскоре стало ясно, что многие члены ОПТЭ мало интересовались его деятельностью и вступили в него, понуждаемые местными организаторами, которым были нужны плательщики членских взносов. И лишь единицы из них практиковали туризм в каком-либо виде[97].
Не смущаясь нехваткой членов, ОПТЭ строило планы по развитию советского туризма в трех направлениях: групповые туры, самостоятельные путешествия и загородные поездки. Экскурсионный отдел Общества продолжил продавать групповые туры по нескольким десяткам дальних маршрутов, унаследованных от «Совтура». Нужно было перестраивать и расширять расположенные вдоль этих маршрутов турбазы, снабжать их всем необходимым, в первую очередь продуктами, нанимать гидов для групп. Увеличить число туров и их участников мешали ограниченные возможности турбаз. Соответственно, ОПТЭ возлагало большие надежды на самодеятельные турпоездки, которые Общество пролетарского туризма (существовавшее до слияния) положило в основу своей деятельности. Ячейки на заводах и фабриках были призваны пропагандировать такие
