Хлебушек у меня бессовестно перехватили, но на вопрос не ответили. Алдис продолжал улыбаться, и чего-то мне так уютно стало в этом молчании, в тишине, что была объята ароматами цветов.
И, как всегда, откуда ни возьмись на поверхность выбралась совесть, напоминающая о потенциальных невестах. А ведь совесть была не в почете при дворе короля! Только избавиться от нее у меня не получалось. А впрочем, я и не старалась никогда.
– А хотите, я вам о конкурсах расскажу? – воодушевление из меня так и перло. Напускное.
– Думаю, что твои фантазии в данном случае лучше видеть, чем слышать, – дожевал он мой бутерброд и отхлебнул чая из моей же кружки, пока его чашка так и оставалась нетронутой, после чего внезапно освободил кресло. – Оставим интригу?
– Вы куда? – озадачилась я его поведением.
Так хорошо сидели!
– Переселяться на второй этаж. Раз уж ты заняла мою комнату, мне придется занять ту, что находится напротив. Будет неправильно, если граф, владеющий секретом истинного бессмертия, останется жить в подвале.
И вот он был полностью прав в своих суждениях, но меня его решение несколько напрягло. Я себя чувствовала в большей безопасности, когда он жил в подвале. Даже если эту безопасность я себе просто внушила.
Вампир уже почти покинул столовую, но вдруг обернулся, задержавшись в дверях.
– Я все хотел спросить: а почему дамы должны являться с подарками?
– Потому что нашему графству очень нужны деньги, а они привезут то, что можно будет продать, – ответила я чистую правду, раскрывая свои корыстные цели.
– Меня восхищает твоя коварность.
Щеки предательски заалели от похвалы, но де Браус, слава Всевышнему, этого уже не увидел.
Глава 10: Золотые горы
– На центральной площади точно все готово? – переспросила я, сверяясь со своими записями.
Записывать все приходилось для того, чтобы элементарно не забыть о какой-нибудь важной мелочи, которая может повлиять абсолютно на все. Напротив выполненных пунктов я любовно выводила галочки.
– Точно, Ваше Сиятельство, – отчитался господин Гауст, стоя рядом с креслом, в котором я сидела прямо в холле.
Занять свободный диван мужчина отказался, ибо не пристало прислуге сидеть в присутствии хозяйки. И это, между прочим, не мои слова, а моего счетовода. К этикету он относился гораздо серьезнее, чем я.
– И торговцы на местах? – Сегодня я была особенно придирчивой.
– И торговцы. С раннего утра.
– А жонглеры приехали? – Этот пункт был очень важным, потому как из развлечений у нас пока была только говорящая русалка.
– И весь кочующий цирк, – успокоили меня. – Все явились вовремя.
– А как дела у нашего управляющего гостиницей?
Новые галочки поселились на моем листке, но отмечены пока были не все пункты.
– Они трудились всю ночь, – доложил господин Гауст. – Насколько мне известно, видимая часть гостиницы полностью отреставрирована, даже ресторация на первом этаже исправно функционирует. Однако до переданных им квартир и домов они пока не добрались.
– Так, а семена полеводам передали?
– Насколько я знаю, они получили их в полном объеме еще вчера и уже начали выращивать рассаду, но поля перекапывать взялись только этим утром. Вчерашний день был потрачен на ограждение территории.
Напротив пункта с огородами я нарисовала жирную галочку. Люблю, когда все пасьянсы сходятся. Вот бы всегда так было.
– А к деревенским уже послали?
– Я взял на себя смелость отправить по деревням вашего конюха, но по домам он застал немногих. Большинство уже получили работу и отбыли с рассветом, а другие выказали желание снова завести хозяйство. Только вы же понимаете, что расплачиваться за скот им пока нечем.
Это я понимала, очень хорошо понимала, но тем не менее должна была поддержать людей в их стремлении улучшить свою жизнь. То, что у них появилось такое желание, уже говорило о многом.
– Пусть берут птицу и животину в найм, – решила я, делая себе пометки. – За месяц-два расплатятся. Что-то я еще хотела…
– Мне бы денег, Ваше Сиятельство, – надавил господин Гауст на мою мозоль, которая не только болела, но и стонала. – Если к нам заселятся благородные гостьи, то нужно пересмотреть меню, закупиться продуктами…
– А кто вам сказал, что к нам заселятся гостьи? – Я аж от бумаг оторвалась и посмотрела мужчине прямо в глаза. – В этот замок попадут лишь избранные, и это будет очень не скоро. Сначала мы дадим нашим людям заработать на аренде и торговле. Слушайте, а где пропадает граф? Нам уже пора выдвигаться к воротам.
– Насколько я осведомлен, Его Сиятельство приводит себя в порядок, – с готовностью нашелся счетовод с ответом.
– И все-то вы знаете, господин Гауст.
– Так положение обязывает, Ваше Сиятельство, – тепло улыбнулся мужчина. – Но деньги нам все равно нужны. Пусть и за неполный месяц, но вскоре нам предстоит расплачиваться со слугами.
– Я постараюсь найти средства в ближайшие дни, – серьезно ответила я, дважды подчеркнув этот пункт в своем списке.
Но на самом деле денег у меня не было ни медяка. Все свое накопленное за годы состояние, то, что досталось от родителей, и даже конфискованное у градоправителя я спустила в столице.
Больше всего было жаль заложенных украшений, но, если придется, я была готова съездить к ювелирам повторно. Все работники, заключившие со мной договор, должны были получить выплаты вовремя, даже если для этого мне придется снять с себя последнее платье.
Правда, до таких кардинальных мер я надеялась не дойти. Я отлично знала, у кого в этом замке имелись деньги – целые горы золота. У того, кто этой ночью совершенно точно снова беспардонно побывал в моей спальне.
Как я это выяснила? Да легко! Уснула я этой ночью прямо за столом, допоздна работая над конкурсами для невест, а проснулась в своей кровати, разутая и под одеялом.
Но если бы вампир только этим и ограничился!
Среди исписанных мною листов на столе добавился еще один, где почерк значительно отличался от моего, торопливого и мелкого. Этот почерк был изящным, размашистым и аккуратным. В мое праздничное меню мужчина добавил конкурс под названием “Кто дольше всех пролежит в закрытом гробу”. Его юмор я очень даже оценила.
Постучав в дверь чужой спальни, что располагалась на втором этаже прямо напротив моей, я дождалась разрешения войти и заготовленную заранее речь начала выдавать еще с порога:
– Дорогой граф, не могли бы вы…
Что именно хотела сказать, увидев де Брауса, я просто забыла. Все мысли вылетели из моей головы, стоило остановить свой взгляд на его спине, обтянутой камзолом.
Да кому я вру? Я смотрела значительно ниже, но всего секунду, а после испуганно перевела взгляд на отражение Алдиса в зеркале. А говорили, что вампиры в зеркалах не отражаются!
Стоило признать, что даже через отражение граф был просто невероятно хорош. За такой восхитительный экземпляр мужчины невесты непременно устроят драку!
– Что именно я не мог бы? – спросил у меня вампир, оборачиваясь.
– Что, простите?
– Насколько я понимаю, вы начали у меня что-то просить, даже опустившись до “дорогого” в мой адрес, что уж совсем удивительно, – как маленькой, терпеливо разъяснили мне. – Вам нужно кого-то убить?
– Все не настолько плохо, – призналась я, несколько стушевавшись под внимательным взглядом.
– Я рад. Тогда что вам понадобилось?
– Дорогой граф… – снова начала я заученную речь, но меня перебили полным самодовольства:
– Ммм…
Этот простой звук он произнес так, словно я уже падала ему в ноги и слезно молила о пощаде. Решив обойтись без лишних реверансов, я совершила еще одну попытку наконец сказать то, что хотела:
– Ладно, просто граф.
– Нет-нет, мне очень даже нравится “дорогой”. – Вампир широко улыбнулся, обнажая клыки. Его лицо приобрело мечтательное выражение. – Быть может, вскоре я и вовсе стану любимым.
– Не надейтесь, – отрезала я, возвращая свои убегающие мысли на место. – Так вот, не могли бы вы одолжить мне немного денег сроком на месяц? Отдам все с процентами!
