этот час она напоминала юного Робин Гуда. Соня придумала себе костюм гадалки: выпросила у Ангелины Великановны голубую косынку, которую та подвязала под воротник походной куртки, а Вика уступила подруге из своего походного гардероба платье со всякими оборочками и рюшечками. Вика была на целую голову выше, оттого подол платья доставал Соне почти до пят, концы косынки, подвязанной на голове, спускались до пояса, — в общем, Соня «входила» в свою роль. Настю девочки нарядили под Василису Прекрасную, ровно расчесали ей волосы, взяли напрокат у Вики спальную рубашку. Тут Вика не упустила случая, чтобы припомнить несправедливые насмешки, когда перед первым привалом из ее рюкзака вываливались все личные вещи. Теперь такая запасливость получила всеобщее одобрение.
В палатку просунулась голова Колобка.
— А я в какой роли буду? — прорычал он страшным голосом.
Девочки разом завизжали, — кто-то бросил в Колобка кед. Голова мгновенно исчезла.
— Дурман! — прокричала вслед Колобку Вика.
— Кстати, дурман обыкновенный при психических заболеваниях…
— Лолочка, сжалься, — умоляюще попросила Соня. — Завтра с утра обещаем слушать хоть до потери сознания про все травы мира, а сейчас надо выходить к мальчишкам. Смотри, они уже костер собрали.
Соня отодвинула полог, и девочки увидели высокую башню, сложенную из сухого валежника, окруженную барьером из камней. Получилось что-то вроде цирковой арены. Мальчишки не пожалели сил и в два ряда расставили плоские камни, они должны были заменить зрителям скамейки, расстелили на них две запасные палатки, чтобы ребята не простудились. Тем временем Джонни Старт при помощи своих ассистентов по кулинарным делам завершал последние хлопоты над необычным блюдом. Однако о нем не следует рассказывать раньше времени.
Ангелина Великановна нетерпеливо похлопала в ладоши.
— Так, ребята, начнем. Быстренько все по местам. Где наш ведущий?
Аяр не заставил себя ждать, перескочил через каменный барьер, выглядел он нарядным и торжественным. Сделал знак в сторону, и сразу на большой глыбе, омываемой Зумрад-кулем, возник Джонни Старт с трубой. На нем была красная пилотка, такого же цвета кроссовки, взятые у девчонок, и синие шорты с желтой рубашкой и алым галстуком. Джонни приложил трубу к губам, прозвучал сигнал: «Всем-всем-всем!» Затем он легко соскочил с глыбы и устроился рядом с Лолой. А ведущий, обращаясь ко всем, произнес:
— Готовились мы с самого утра
Все к карнавалу дружбы у костра.
Друзья, попросим.
Пусть наш звездочет
Сияньем звезд костер сейчас зажжет!
Аяр уступил место звездочету, в котором трудно было признать Юлдаша. Тот был в мантии, в остроконечном колпаке с изображением планет. В правой руке звездочет держал незажженный факел. Он поднял руки и голосом прорицателя воскликнул:
— Чтоб стало на празднике веселее,
Сюда направляйся, комета Галлея!
Считать начинаю я до десяти!
Зажги этот факел и дальше лети.
Один!..
Звездочет прислушался, поднял над головой указательный палец. И тут все до одного участника уловили отдаленный свистящий звук. С каждой секундой звук нарастал, и вот уже почти над головами у ребят что-то проносится с оглушающим грохотом. А звездочет продолжает считать, шевеля губами. Вдруг он пронзительно крикнул:
— Закройте уши и глаза и спрячьте головы!
Мгновенно все повиновались приказу. Гул стих, и тут в затылки ребят пахнуло горячим воздухом.
— А теперь смотрите и слушайте! — сказал уже торжественно-спокойным голосом зведочет.
Когда все последовали этому совету, то увидели звездочета с горящим факелом в руке. Он сделал магический жест и прикоснулся факелом к пирамиде из сухих веток.
Костер вспыхнул, раздалось оглушительное «Ура!» В воздух взметнулась красная ракета, пущенная Вундергаем.
Праздник начался. Пламя огненным джинном взметнулось к небу, распахнуло сумерки и, разбросав золотые блики на изумрудной глади озера, вдруг начало извиваться в таинственном танце. Сухие ветки потрескивали, словно кастаньеты. И в этом ритме пританцовывали тени на карнизе отвесной скалы.
Звездочет снова взмахнул руками:
— Скажу такие вам слова. Сегодня родилась в созвездье Льва прекрасная подруга утром рано. Зовут ее… Кто скажет, как?
Конечно же, все вместе выкрикнули:
— Цветана! — да так громко, что с отвесной скалы сорвалось несколько камней и полетело в озеро.
— Она звездой сияет яркой, — продолжал декламировать звездочет. — Давайте вручим ей подарки.
На середину вышли Лола с Настей, держа на весу какую-то накидку из горных цветов.
Звездочет, приложив руки к груди, жестом пригласил Цветану на середину круга. Она выходит, ей надевают чудесное «платье».
— Наш друг с Сейшельских островов, — произнес звездочет, не меняя тона, — нам на трубе сыграть готов.
Джонни Старт вышел на середину круга, поклонился зрителям, вскочил на плоский камень, поставил ноги на ширину плеч для лучшей устойчивости, поднял глаза к небу, в котором алмазами поблескивали звезды, улыбнулся и сказал:
— Эта песня очень любит мой папа, мама и дядя. Песня про космос, имя ему «Звездный пыль».
Плавная мелодия поплыла вдоль ущелья, оттолкнулась от одной из вершин, поднялась в бездонную высь, там, растянувшись невидимой сетью, прихватила мириады звезд и потом медленной каруселью закружилась в бескрайнем пространстве. Что-то загадочное и щемящее несла эта мелодия. Невольно взгляд каждого, кто внимал ей, обращался к звездам, вместе с ними начинал плыть по гигантской космической спирали. Джонни Старт взял заключительную ноту — тонкую, как шелковая нить, пронзительную, как игла, яркую, как радость. Раздались продолжительные аплодисменты. Трубач спрыгнул с камня, как и вначале, раскланялся, а Цветана поспешно отделила от своего букета цветок и поднесла ему.
— Спасибо тебе, Джонни, за музыкальный сюрприз, — сияя от счастья, сказала она. — Ты играл не хуже знаменитого Луи Армстронга.
— Спасибо, Цветана, — поблагодарил Джонни Старт и, старательно подбирая слова, добавил: — Луи Армстронг один на планета, Джонни Старт много есть.
Доктор Фарадж воскликнул:
— Браво, Джонни, другого ответа и быть не могло. Однако, ребята, температура воздуха по Цельсию предлагает вам натянуть куртки. Кроме именинницы!
Все с интересом посмотрели в сторону виновницы торжества, ибо каждый понимал, что за этим «кроме» что-то таится. Так оно и было. Аяр объявил:
— Справа друг и слева друг! Мы попросим Эльзу в круг!
Эльза вышла на середину с каким-то свертком.
— У меня есть три сестры и три брата, — начала она. — Я их очень люблю. Когда они собираются вместе, получается, что собрались месяцы. А дело в том, что имена у моих сестер и братьев такие: Януарис, Марта, Мая, Юлиас, Августинас и Октябрина. Когда я уезжала, Августинас сказал: «Ко дню моего рождения ты не успеешь вернуться и подарок останется у тебя, поэтому, если встретишь в пионерском лагере мальчика или девочку, родившихся летом, подари
