Читаем без скачивания Бюро расследований Квина - Эллери Квин

Трое мужчин представились как Чарлз Ван Уайн, Корнелиус Луис и Горман Фитч. Ван Уайн был худощавым и с синеватым лицом, Луис — массивным и загорелым, а Фитч — розовощеким коротышкой. Если Ван Уайн выглядел как редкий крошащийся сыр в витрине магазина деликатесов на Парк-авеню, то Луис напоминал ростбиф, подаваемый к столу на Уолл-стрит. Что же касается Фитча, то он в точности соответствовал воспоминаниям Эллери о поедаемых в детстве сладостях под названием «Хитрый дедушка», — Фитч, как он сразу объявил, сделал деньги на бюстгальтерах.

«Клуб игроков», как они объяснили Эллери, был ассоциацией семнадцати бизнесменов на покое, обладающих страстью к игре и средствами для ее удовлетворения. Вдобавок к традиционным групповым азартным играм, происходившим в клубных помещениях, члены ассоциации предлагали разного рода необычные игровые авантюры друг другу на индивидуальной основе, позволяющие проявить изобретательность и воображение. Предложения присылались по почте, анонимно и на специальном бланке «Клуба игроков», доступном только его членам.

— Почему анонимно? — спросил заинтригованный Эллери.

— Ну, если кто-то пострадает, — пискнул маленький розовый мистер Фитч, — мы не хотим, чтобы он затаил злобу на приславшего предложение.

— Конечно, мы все — люди надежные, — добавил Ван Уайн, теребя набалдашник трости, — иначе такое не было бы возможно.

— Очевидно, кто-то утратил надежность, — заметил Эллери, — иначе, джентльмены, вас бы здесь не было.

Трио обменялось взглядом.

— Расскажите вы, Ван Уайн, — пробасил массивный мистер Луис.

— Луис зашел ко мне этим утром, — начал Ван Уайн, — спросить, не участвовал ли я в одной из индивидуальных игр клуба, которой он наслаждался, и когда мы сравнили письма, то обнаружили, что оба принимали в ней участие. Мы заинтересовались, не было ли у нас и других компаньонов, а так как мистер Фитч живет по соседству, заглянули к нему и выяснили, что он тоже был вовлечен в игру. Ровно три недели назад каждый из нас получил с утренней почтой продолговатый конверт с отпечатанным на машинке сообщением на клубном бланке, предлагавшим купить определенные акции. Они считались крайне нестабильными — поднимались в цене в один день и падали в другой, — так что это походило на азартную игру, и мы трое купили акции. Вскоре они подскочили в цене, и мы сорвали большой куш. Две недели назад мы получили второе письмо, предлагающее покупку других, столь же нестабильных акций. Через два дня цена на них взлетела, и мы снова получили кучу денег. А ровно неделю назад…

— Повторилось то же самое, — нетерпеливо прервал Корнелиус Луис.

— Вы хотите знать, — осведомился Эллери, — как он это проделывает?

— Мы и так это знаем, — раздраженно отозвался пухлый мистер Фитч. — У него есть внутренняя информация. Дело не в том…

— Значит, в письме, которое вы все получили сегодня утром?

Массивный экс-банкир сердито уставился на него:

— Откуда, черт возьми, вы знаете, что мы получили письма и сегодня?

— Давайте назовем автора «мистер Икс», — сказал Эллери, невольно проникаясь духом игры. — Первое письмо мистера Икс пришло ровно три недели тому назад, второе — две недели, а третье — неделю. Логично предположить, мистер Луис, что четвертое письмо пришло сегодня. Что в нем беспокоит вас, джентльмены?

Чарлз Ван Уайн извлек длинный конверт.

— Прочтите его, мистер Квин, и судите сами.

Конверт был отличного качества, без обратного адреса. Имя и адрес Ван Уайна были отпечатаны на машинке, а судя по почтовому штемпелю, письмо отправили вчера вечером.

Эллери извлек из конверта лист бумаги с выгравированной наверху золотыми буквами надписью «Клуб игроков»:

«Дорогой член клуба! Как Вам понравились мои три биржевые информации? Теперь появилось кое-что новое, причем оно выглядит лучше предыдущих. Но необходима строгая секретность — я должен провернуть это лично, иначе все отменяется. Если Вы согласны рискнуть 25000 долларов, воспользовавшись шансом удвоить их за семь дней и не задавая вопросов, заверните деньги в водонепроницаемый пакет и оставьте их у подножия гробницы Доминикуса Пайка на кладбище церкви Троицы завтра ровно в половине четвертого утра. Не пытайтесь подглядывать, не то испортите все дело».

Подпись отсутствовала.

— Я говорил Луису, — сказал Ван Уайн, — что это отличная игра. Человек проявил себя надежным партнером. Я — за.

— Я не говорю, что я — против, — проворчал Корнелиус Луис. — Единственное, что меня смущает…

— Разве мы не для этого здесь? — осведомился Горман Фитч. — Что вы об этом думаете, Квин? Это кажется вам убедительным?

— Вы подвергаете сомнению честность товарища по клубу, — холодно произнес Ван Уайн.

— Я просто задаю вопрос!

— Все может быть, Ван Уайн, — заметил Луис. — А если кто-то окажется мошенником, клубу конец, и вы это знаете. Каково ваше мнение, Квин?

— Звучит привлекательно, — пробормотал Эллери. — Но я хотел бы копнуть поглубже, прежде чем высказывать окончательно мнение. Кто-нибудь еще принес с собой сегодняшнее письмо?

— Свое я оставил дома, — заявил Луис.

— Они практически идентичны письму Ван Уайна, — сказал Фитч.

— Тем не менее я хотел бы их видеть — вместе с конвертами. Что, если вы сразу пришлете мне письма с посыльным? Я позвоню вам троим до полудня.

Как только закрылась входная дверь, дверь кабинета открылась, и появился инспектор Квин.

— Неужели я расслышал правильно? — недоверчиво осведомился он. — Ты сказал этой троице, что это звучит привлекательно? Что же привлекательного в афере?

— Твоя беда в том, — поморщился Эллери, — что в тебе не течет кровь игрока. Почему бы не подождать развития событий?

Выйдя из кабинета незадолго до полудня, инспектор Квин застал своего знаменитого сына исследующим два конверта и их содержимое. Конверт Корнелиуса Луиса, отправленный вчера вечером, в точности походил на конверт, полученный Чарлзом Ван Уайном, и текст на клубном бланке был таким же, за исключением того, что Луису предлагалось положить у гробницы на кладбище церкви Троицы двадцать пять тысяч не в половине четвертого, а без четверти четыре утра. Маленький простой конверт Гормана Фитча, также отправленный вчера вечером, содержал такое же послание на бланке клуба, но Фитч должен был положить пакет с деньгами ровно в четыре утра.

— Полагаю, — сказал инспектор, — ты собираешься рекомендовать этим помешавшимся на играх субъектам следовать полученным инструкциям?

— Разумеется, — весело отозвался Эллери. К удивлению отца, он позвонил по очереди Ван Уайну, Луису и Фитчу, информировав каждого, что, по его профессиональному мнению, игра надежна, как Форт-Нокс,[54] и он сожалеет об отсутствии права — и двадцати пяти тысяч, — не позволяющем ему присоединиться к ним.

— Ты выжил из ума, Эллери? — проворчал инспектор, когда его сын в третий раз положил трубку. — Единственная надежная вещь в этом рэкете — то, что каждого из трех простофиль собираются облапошить на двадцать пять тысяч баксов!

— Рэкете? — пробормотал Эллери.

Старый джентльмен с трудом сдерживался.

— Этот ловкач вымогает деньги у целой группы простаков…

— Мистер Икс? И что ты подразумеваешь под «группой»?

— В клубе семнадцать членов! Один из них за что-то обозлился — может, проигрался в пух и прах — и разработал схему, в основе которой — слив биржевой информации шестнадцати другим членам. Он скупает неустойчивые акции и пишет половине членов клуба, чтобы они играли на повышение, а другой половине — чтобы играли на понижение. Повысятся акции в цене или понизятся, одна половина проигрывает, а другая выигрывает, и для выигравших он гений. После этого он игнорирует проигравших и посылает вторую информацию о других нестабильных акциях только выигравшим…

— Цифры! — прервал Эллери. — Сколько человек должны получить вторую информацию?

— Половина первых шестнадцати — восемь первых выигравших! Половине этих восьми он советует играть на повышение, а другой половине — понижение. И снова половина должна выиграть…

— Точное число, пожалуйста, — опять перебил Эллери.

— Неужели ты не способен даже к детсадовской арифметике? Половина восьми — четыре! Теперь у него есть четверо дважды выигравших. Он опять приобретает нестабильные акции и посылает третье письмо, предлагая половине четверых играть на повышение, а второй половине — на понижение. В итоге у него остаются двое выигравших уже трижды, которые абсолютно уверены в надежности его информации, поэтому он готов хапнуть большой куш и посылает четвертое письмо двум простофилям…

— Скольким? — переспросил Эллери.