мне этого сделать. Лоркан хотел меня, по какой-то нелепой причине, и единственной целью этого шоу было запугать меня, чтобы я согласилась.
Лоркан что-то сказал своим людям и направился к нам, стальная цепь в его руке волочилась по шершавому камню, оставляя за собой кровавый след. От звона металла меня пробрала дрожь. На моей коже не было ни одного места, которое не покрылось бы мурашками. На полпути к нам он бесцеремонно бросил цепь, но не потрудился убрать следы своей расправы с тела.
Я боялась, что он потребует поцелуя, но, к счастью, он остановился на расстоянии. Он кивнул моему дяде и одарил меня улыбкой, которая казалась угрозой. Она не скрывала хищника, скрывающегося за грубой привлекательностью Лоркана.
— Я рад, что ты смогла прийти, — проговорил он. Как будто это было приятным приглашением, как будто все было моим выбором. — Ты уже приняла решение по поводу моего предложения?
Я сглотнула. Я не хотела принимать решения из-за страха, но речь шла не только о моей собственной безопасности. Девани без труда завладели бы мамой и причинили бы ей боль. И я даже не была уверена, что Имоджен не находится в их руках. Финн нуждался в маме сейчас, как никогда раньше, когда я была далеко в Нью-Йорке, а Имоджен, возможно, уехала навсегда.
Лоркан Девани был моим единственным билетом к Имоджен. Как только найду ее, я смогу придумать способ сбежать с мамой, Финном и Имоджен и спрятаться от Девани. Должно быть место, где у них нет никаких контактов.
Мой взгляд остановился на брызгах крови на свитере и руках Лоркана. Кровь была даже на лбу и на веках. На правом бицепсе у него была татуировка клана Девани — пятилистный клевер. У каждого мужчины на этом складе была такая же татуировка.
Я боролась со своим отвращением. Взгляд дяди Гулливера практически просвечивал меня рентгеном.
— Эйслинн, молчание тебе не идет, — пробурчал Лоркан, сверкнув на меня своими белыми зубами. На них не было крови, хотя я бы не удивилась, если бы Лоркан позже полакомился своей жертвой.
— Я говорю «да»… твоему предложению. — Последнее слово оставило горький привкус на моем языке, и мне показалось, что я только что расписалась в своей жизни. Брак не входил в мои планы на ближайшие пару лет, даже до измены Патрика. Я всегда знала, что Патрик слишком незрел для таких уз, и никогда не была настолько влюблена в него, чтобы видеть себя рядом с ним бесконечно долго, но это я поняла только после его признания. Лоркан был далеко не незрелым, но брак с ним бросил бы мне вызов, о котором я даже не хотела думать в данный момент.
Ответная улыбка Лоркана была торжествующей и собственнической, а когда его глаза пробежались по моему телу, задержавшись на бедрах, словно он все еще мог видеть их разведенными в стороны, как прошлой ночью, по мне пробежала волна жара.
— Это требует тоста, — сказал Лоркан, затем громче. — У нас есть повод для праздника. Эйслинн Киллин согласилась стать моей женой.
Вопли и хлопки эхом разнеслись по складу, посылая новый холодок по моему телу. Шеймус подошел с бутылкой ирландского виски «Тилинг» и стопкой рюмок. Он протянул одну мне, затем Лоркану и мужчинам, собравшимся вокруг нас. Никого из них не беспокоил тот факт, что мы отпраздновали нашу помолвку вскоре после того, как Лоркан зверски избил кого-то до смерти. Для них это был обычный бизнес.
Шеймус щедро наполнил наши бокалы, и хотя я не любила крепкий алкоголь, я выпила виски одним глотком еще до того, как Лоркан поднял свой бокал для тоста. Несколько мужчин захихикали.
— Жаждущая баба, — сказал кто-то. Я заставила себя натянуто улыбнуться, подыгрывая, насколько это позволяло мое извилистое нутро. Если я хотела собрать информацию, а не просто ждать от Лоркана любезных лакомых кусочков об Имоджен, то его люди, которым я нравлюсь, мне пригодятся.
Шеймус снова наполнил мой бокал, и на этот раз я подождала, пока Лоркан поднимет свой бокал. — За мою пылкую ирландскую невесту, Эйслинн Киллин. Пусть наша связь принесет удачу нашим семьям.
Я не могла разобрать его голос, но на какое-то безумное мгновение я подумала, что, возможно, не все причины Лоркана жениться на мне были плохими.
Все опустошили свои бокалы, и я тоже, хотя мое горло все еще яростно горело от первого бокала. Мои глаза слезились, а тело пылало жаром, пока алкоголь распространялся по организму.
Лоркан наблюдал за мной с легким весельем.
Один за другим люди Лоркана уходили, оставляя нас наедине. Лоркан подошел очень близко, так близко, что я почувствовала металлический запах крови на нем. — Тебе стоит начать искать платье. Я не намерен ждать и не дам тебе времени убежать.
— Я не убегу, — твердо сказала я, что даже не было ложью. По крайней мере, пока не узнаю, что Имоджен в безопасности.
— Как разумно с твоей стороны, — сказал он, его темные глаза впились в мои с такой силой, что я на мгновение забыла обо всем вокруг. К счастью, запах крови был настолько сильным, что вернул меня в настоящее, напомнив о кровавом характере моего будущего мужа.
Еще несколько минут назад я относилась к Лоркану настороженно, может быть, даже немного испуганно, но после того зрелища, которое только что наблюдала, я была в полном ужасе от того, что снова оказалась с ним наедине. Я не могла представить, что у него есть планы стать достойным мужем.
Когда мы возвращались на машине домой к Гулливеру — Лоркан отказался взять такси, — мой дядя своим самым успокаивающим голосом сказал: — Ты сделала единственно возможный выбор, Эйслинн.
— Если есть только один выбор, то это не совсем выбор.
ГЛАВА 10
Когда мой телефон зазвонил со знакомым ирландским номером, я подавил ухмылку. Старик. Конечно, он уже все узнал. Мои люди были преданы мне, но многие из них также были преданы моему отцу. Один из них, очевидно, взял на себя обязанность сообщить моему отцу о предстоящей свадьбе. Вряд ли была другая причина для его звонка, особенно учитывая время.
— Отец, — сказал я. — Должно быть, поместье горит, раз ты звонишь.
— Я бы вызвал пожарных, если бы горела усадьба, или Балор. Он не уезжал из страны, — пробурчал он.
Балор был не единственным, кто не уехал, но упоминать об этом отцу было бессмысленно. Его старший сын,
