— Разве у тебя нет свадьбы, чтобы сводить людей с ума? Ты уже и так сделала всё, что могла. Что ещё тебе нужно от меня?
Бэйли вздохнула, с трудом сдерживаясь.
— Я ничего от тебя не хочу.
— Тогда почему ты выходишь замуж за моего бывшего жениха? Почему ты переезжаешь в мой дом? Зачем тебе понадобилось забирать маму, папу и Джейсона?
— Почему ты вообще должна была забрать всё в первую очередь? Боже, Кэссиди, ты потеряла одного парня, а потом ушла и забрала его более успешного старшего брата. Бабушка оставила тебе свой дом, чтобы ты заботилась о нём, пока одна из нас не выйдет замуж. Почему ты? Что в тебе такого замечательного?
— Бейли! Дом не достался тебе потому, что ты хотела жить в городе. А Джейсон? Не имеет к тебе никакого отношения. Я знаю, ты думаешь, что это был способ вернуть Джонатана, но уверяю тебя, я не хочу иметь с ним ничего общего. Он изменил мне, Бейли, с моей младшей сестрой. Я даже не знаю, как ты можешь доверять ему, чтобы он не поступил так же с тобой.
— Потому что он любит меня.
Мы обе замолчали, когда её последние слова дошли до нас. Он изменил мне, потому что не любил меня. Ауч. Если бы мне было ещё больнее, я могла бы истечь кровью, но синяков уже не осталось, и я была слишком измучена, чтобы бороться с ней дальше.
— Хорошо, Бейли. Ты победила. Он любит тебя. Иди, уезжай в закат.
— Я пришла сюда не для того, чтобы ссориться с тобой, Кас. Я не знаю, почему, когда я пытаюсь поговорить с тобой, мы переходим к препирательствам и обзываниям. Так было всегда, не так ли?
— Да, так и было.
— Правда в том, что я не хотела тебя обидеть. И не знала, что люблю его, пока просто… не полюбила. Было уже слишком поздно. Мы должны были сделать всё по-другому. Мы не хотели быть злодеями, а хотели только любви. Но не было ни одного хорошего способа добиться этого.
Она говорила серьезно. Её слова словно бальзам на все открытые раны. Я откинула голову назад и уставилась на деревья.
— Спасибо. За то, что ты это сказала.
— Мне жаль, Кас.
Мы замолчали и слушали птиц, насекомых, лягушку-быка, спускавшуюся с холма, где ручей протекал по камням рядом с парковкой. Казалось, мы сидели там вместе так долго, что я уже не слышал её из-за всех остальных звуков, которые проникали между нами.
— Я должна идти. У меня последняя примерка платья, а сегодня днем мы вешаем последние украшения. — Бейли встала на ноги и подошла ко мне. Я никуда не спешила, но было приятно, что она здесь.
— Удачи.
— Джейсон будет там, я имею в виду, если ты хочешь прийти.
Я покраснела.
— Мы не… всё кончено.
— О. — Бейли покраснела и сунула руки в карманы. — Хотя этого не должно было быть. Ты ему действительно небезразлична. Я это заметила. И он не выглядит очень счастливым в последние пару дней.
— Этот разговор по душам был приятным, Бэйл, но я не думаю, что пока готова слушать твои советы по поводу отношений.
Она улыбнулась и кивнула.
— Вполне справедливо. Увидимся?
— Мы же сестры, не так ли? Подозреваю, что мама не оставит нам выбора.
— Тогда ладно.
— Хорошо.
Она повернулась и направилась обратно вниз по склону. Я смотрела, как она уходила, такая непохожая на меня, но, может быть, не совсем.
Глава 14
В день свадьбы небо было цвета пролитых чернил, которые бежали и пропитывали серые облака, перекатываясь и злясь во все стороны. Дождя ещё не было, но мы все не сводили глаз с неба.
Гром, даже без дождя, держал Бейли в напряжении. При каждом раскате она поднималась на ноги и бежала к открытому окну, чтобы посмотреть, не упали ли капли. Были собраны зонтики, а отцы и дяди поклялись, что доставят всех нас в церковь сухими и невредимыми.
Фермерский дом Кингов был превращен в утопию из розового тюля. Каждое зеркало в доме было перенесено в гостиную жены Гартона, где подружки невесты завивали волосы и застегивали лифы. Никто не упоминал ни о ночи в баре, ни о Джейсоне, ни о печальной реальности Джонатана, Бейли и моего прошлого. Девушки, как ни странно, были в приподнятом настроении и делали мне комплименты по поводу платья и прически. Я пыталась отмахнуться от них, как от ничего не значащих, но внутри у меня было какое-то облегчение.
В то время, как все подружки невесты были одеты в длинные желтые и антично-белые платья, мне подобрали розовое платье с корсетным лифом и мягкими волнами из румяного розового атласа. Шнурки на корсете были черными, и втайне я думала, что выгляжу потрясающе. Платье подчеркивало мои широкие бедра, делало их изогнутыми и прекрасными, а не неуклюжими и громоздкими. И забудем, как здорово корсет подчеркивал мою грудь. Слава богу, что есть бретельки и кружевная отделка для скромности, иначе свадьба была бы на волосок от получения рейтинга R.
Мне удалось избежать всех упоминаний о Джейсоне, за исключением одного момента, когда мама сказала, что надеялась увидеть, как я танцую в этот вечер. Она подмигнула, Бейли покраснела и пожала плечами, а я ничего не ответила. Всё, чего я хотела, — это пройти через церемонию и прием целой и невредимой, без пьяных комментариев со стороны тети Кэти или кого-либо ещё о моем неудачном походе к алтарю.
Однако мне не удалось избежать Джейсона. Я отправилась на поиски булавок, когда одна из подружек невесты решила, что её декольте не может быть слишком откровенным, и, когда я свернула в спальню для гостей, там был он.
В обтягивающих джинсах и мокрой футболке он был великолепен, но, стоя в смокинге и застегивая манжеты, я почувствовала, что всё мое тело реагировало на него. Мое сердце, больше не пустое, с шумом ударилось о грудную клетку. Сначала он меня не заметил, и какое-то время я могла просто наблюдать за его движениями, за его сильным телом, за его глазами, отражающимися в зеркале.
А потом этот взгляд его голубых глаз встретился с моим, и он удивленно обернулся. Его рот открылся, глаза опустились на мое тело, и я почувствовала, что покраснела.
— Кэссиди. Вау, ты выглядишь…
— Булавки, — перебила я. — Я ищу несколько.
— Вот. — Он отошел в сторону и указал на комод. Это означало, что мне придется пересечь комнату и встать рядом с ним, что было практически невозможно, но, когда он подошел ближе, я не думала, что смогу продолжать дышать.
— Ты прекрасно выглядишь, — тихо признал он.
Я открывала один маленький ящичек за другим, пока не нашла пригоршню рассыпанных булавок. Я сжала их в руке и повернулась, чтобы уйти, но он поймал мои пальцы и удержал меня.
— Пожалуйста, не надо, — взмолилась я.
— Я только хотел сказать, что последовал твоему совету. Я сказал дедушке, что, по моему мнению, он должен сделать. И он прислушался. Дедушка продаёт ферму и переезжает к моей маме. Мало того, он собирается преподавать в средней школе несколько специализированных уроков по сельскому хозяйству.
— Ох, это замечательная новость. У него всё получится. — Я улыбнулась, или попыталась, но то, что он не отпускал меня, не помогало.
— Я также хотел сказать тебе, что завтра уезжаю.
Смерть. Медленная мучительная смерть. Я отвернулась, чтобы он не видел, как это происходит. Я приказала себе не плакать. Поскольку знала, что он уедет после свадьбы, но слышать это было не лучше.
— Хорошо, — пробормотала я. — Я рада это слышать.
— А ты?
— А это имеет значение?
— Посмотри на это. — Он потянулся к пиджаку и достал из внутреннего кармана что-то длинное и узкое. Протянул его мне. Это был билет на самолет до Нью-Йорка.
— И что? — я пожала плечами, но мои пальцы слегка дрожали.
— Посмотри на дату. — Я так и сделала. Билет был датирован двумя неделями назад.
— Я не понимаю. — Я подняла на него глаза и встретила его взгляд.
— Я должен был вернуться домой две недели назад, но не смог. Не смог. Я ещё не был готов оставить тебя. И думал, может, это… что-то.
