первыми встречают трудности и последними получают блага». Эта фраза также характеризует и самого Фань Чжунъяня. Ведь он сам такой человек, не так ли?
Непреклонный Бао
В тот год, когда Фань Чжунъянь покинул дворец Кайфэн, прибыл другой известный человек, не менее великий чиновник, Бао Чжэн. Люди называли его Бао Гун. Поскольку в Кайфэне было два хороших чиновника, и оба служили в павильоне Лунту, многие люди называли и Фань Чжунъяня, и Бао Чжэна «Бао Фань», и часто путали их достижения. Например, после смерти Фань Чжунъяня император Сун Жэнь-цзун посмертно присвоил ему прекрасный титул «Вэньчжэн». В народе Бао Чжэну тоже некоторые стали называть его Бао Вэньчжэн. Хотя на самом деле Бао Чжэну присвоен посмертный титул «Сяосу». Однажды вдовствующая императрица Лю поссорилась с наложницей по имени Ли Чэнь из-за своего сына, а Фань Чжунъянь вступился за Ли Чэнь и хотел восстановить справедливость. В народе говорят, что именно Бао Чжэн помог решить это дело. Откуда это взялось? Бао Чжэн был моложе Фань Чжунъяня более чем на десять лет и только начинал работать в качестве чиновника, когда Фань Чжунъянь уже занимал ответственную должность.
Бао Чжэн родился в уезде Хэфэй области Лучжоу (сейчас эти места относятся к провинции Аньхой), как и Фань Чжунъянь, имел хороший послужной список как в местном, так и в императорском правительстве. Однажды он отправился в Дуаньчжоу (ныне город Чжаоцин, провинция Гуандун), чтобы стать наместником. Чернильный камень, добытый в этом месте, — Дуаньси, был известен на всю страну. Императорский двор приказал Дуаньчжоу ежегодно передавать определенное количество чернильных камней. Но предыдущие наместники завышали налоги, и на самом деле взимали гораздо больше, чем требовалось. Не стоит и спрашивать, куда делись чернильные камни, собранные в Дуаньчжоу. Именно так несколько наместников сколотили состояние и уехали с мешками полными денег. Бао Чжэн этого не делал, он брал ровно столько, сколько требовал императорский двор. Когда он покидал свой пост, его сопровождала свита. Они спрашивали его: «Возьмите с собой несколько чернильниц, никто не будет возмущаться?». Бао Чжэн сказал: «Если я даже одну возьму, как объяснить, что не присвоил государственного?». Бао Чжэн славился своей честностью.
Позже он отправился к императорскому двору, чтобы поговорить о налоговых тяготах народа. Зная их трудности, он считал, что императорский двор взимает с народа слишком много денег и товаров, и это было тяжелым бременем. Он сказал другим чиновникам: «Основой страны и источником финансов является народ. Императорский двор должен заботиться о людях, нельзя давить на них слишком сильно». В ответ он услышал: «Вы должны сообщить императору об этом». Он сразу же написал императору Сун Жэнь-цзуну и предложил уменьшить налоги. Вскоре после этого Чэньчжоу (ныне Хуайян, провинция Хунань) пострадал от стихийного бедствия, и настали тяжелые времена. Но вместо того, чтобы помочь, местные власти попытались ввести дополнительные налоги. В предыдущие годы люди могли рассчитаться зерном, но в этом году вместо этого им пришлось платить деньгами по рыночной цене зерна. Цена также сильно выросла. Например, первоначальная рыночная цена пшеницы составляла 50 монет за ведро, в этот раз она выросла до 100 монет. К этой цене еще добавляли стоимость перевозки и других расходов. В конечном итоге она стоила 140 монет, что больше чем в два раза от первоначальной цены. Как в таких условиях народ мог не возмущаться? Начало поступать много жалоб. Когда Бао Чжэн узнал об этом, он провел тщательное расследование, выяснил причину и немедленно доложил императору: «Чиновники в Чэньчжоу воспользовались годом бедствия для повышения цен. Разве должны власти усугублять и без того тяжелое положение народа? Нужно отменить оплату в деньгах и полностью отменить повышение налогов». Император Сун Жэнь-цзун дал свое согласие, и жителям Чэньчжоу стало легче жить.
Император Сун Жэнь-цзун оценил смелость Бао Чжэн, поэтому сделал его своим императорским цензором, главным советником. Бао Чжэн всегда восхищался цензором императора Тан Тай-цзуна, Вэй Чжэном. Теперь, когда он сам стал императорским цензором, он нашел три докладных записки, написанные Вэй Чжэном, переписал их и показал императору. В них советовалось не доверять всему, что говорят, и не сближаться с малодушными людьми. Читая это, император Сун Жэнь-цзун кивал головой и соглашался. Он не ожидал, что в вопросе назначения чиновников, Бао Чжэн будет упорствовать даже больше, чем Вэй Чжэн.
У любимой наложницы императора Сун Жэнь-цзуна, по фамилии Чжан, был дядя Чжан Яоцзуо. Чжан Яоцзуо не обладал никакими талантами, но ему нравилась работа чиновника, и он очень хотел им стать. Когда наложница Чжан сказала императору Сун Жэнь-цзуну об этом, он сказал: «Это легко уладить, пусть он займет какой-нибудь пост». Чжан Яоцзуо был назначен на высокий пост — уполномоченным трех учреждений (чиновник, отвечающий за финансы). Все чиновники, расстроенные этой несправедливостью, переговаривались между собой: «Император назначил Чжан Яоцзуо на эту должность только потому, что он является родственником». Бао Чжэн тоже был с этим согласен. Он написал императору: «Чжан Яоцзуо не разбирается в финансах. Если он будет управлять, то все министры разочаруются. Вам следует отменить свой указ».
Бао Чжэн брызнул слюной на лицо императора Сун Жэнь-цзуна
Император Сун Жэнь-цзун не послушал его, но и сказал, что назначит Чжан Яоцзуо на несколько других должностей, сделает его наместником. Бао Чжэн не на шутку забеспокоился и попросил нескольких императорских советников и чиновников прийти к императору и обсудить с ним это лично. В тот день, когда император Сун Жэнь-цзун собирался на аудиенцию, наложница Чжан коснулась его спины и сказала: «Не забудьте о том, что сегодня вы должны назначить моего дядю чиновником». Сун Жэнь-цзун ответил, что прекрасно помнит об этом. На аудиенции он сказал о том, что собирается назначить новую должность Чжан Яоцзуо. Бао Чжэн сказал: «Чжан Яоцзуо очень неприятный человек. Если вы позволите ему быть высокопоставленным чиновником, вы нарушите правила и предписания императорского двора и подорвете свое достоинство!». Сун Жэнь-цзун покраснел и воскликнул: «Все высокопоставленные чиновники знают об этом, у них нет возражений!». Бао Чжэн сделал шаг вперед и громко сказал: «Единственное, что они знают — как польстить Вам, они не скажут Вам правду!». Остальные в один голос заявили, что Чжан Яоцзуо не сможет справиться с управлением, именно поэтому его нельзя назначать. Бао Чжэн тут же продолжил: «Если вы прислушаетесь к словам наложницы и назначите на должность такого человека, правители других стран будут смеяться над нами!». Он говорил так разгорячено, что капли слюны попали
