адвокат так не считал. Раймонд, вопреки первому впечатлению, был человеком расчётливым и прагматичным. Иначе, не добился бы таких успехов в своем деле. И о таком клиенте как хозяин «Сезам» не мог бы даже мечтать.
— При желании, ты сможешь нанести первый удар. — Адвокат перекинул ногу за ногу и сделал глоток дорогого, но отвратительного на вкус виски. — Мошенничество.
— Наши суды затянут дело. — Лениво пожал плечами Антон. — Она будет давить, что делала это из любви.
— Запись разговора?
— Решила отомстить и сделать больно. После того, как я ее бросил. Боялась, что не сможет содержать ребенка. Ты лучше меня знаешь, на что может давить ее адвокат.
— А если, я докажу, что ребенок Камилл не должен был родиться? Независимо от того, женился бы ты на ней или нет?
— Интересно.
Антон иногда любил наблюдать за судебными процессами. Точнее за тем, как разные люди, с помощью игры слов описывают одно и то же событие.
— У меня есть доказательства, что твоей любовнице провели процедуру отсроченного аборта.
— Не понял.
Стольному было глубоко плевать на Камиллу, ее здоровье и благополучие. Особенно после ее последнего визита. Волновала судьба младенца. Ребенок не был виноват в том, что ему досталась такая мать.
— Процедура отсроченного аборта. — Повторил Раймонд. — Камилла Жаровна Аймс прошла процедуру на следующий день, после подтверждения беременности.
— Ничего не понимаю!
Раймонд не удивился такой реакции клиента, и друга. Скорее даже ждал, что она будет более бурной, нежели простое «не понимаю».
— Процедура отсроченного аборта появилась не так давно. Заключается во введении сыворотки, постепенно убивающей плод. Не буду вдаваться в медицинские подробности. На суде это все подробно расскажет приглашенный специалист.
— Продолжай.
— Сыворотка начинает убивать плод через пять — семь дней после введения. Все зависит от индивидуальных особенностей организма женщины и дозировки препарата. Процесс умерщвления длится около двенадцати недель. Плюс минус пара дней.
— Ты хочешь сказать, что Камилла планировала…
— Женить тебя на себе, получить права и привилегии госпожи Стольной и избавиться от лишних проблем.
Антон слушал, но никак не мог уложить слова адвоката в голове. Это звучало как бред. Просто как глупый, бессмысленный бред.
— Не может быть. Зачем предлагать выкупить младенца?
— А вот это могла бы быть месть. Вы расстались. Но ты согласился забрать ребенка. Думаю, в представлении госпожи Аймс, это выглядело так: вы продолжаете изображать пару, она несколько месяцев пользуется своим привилегированным положением. Или ты отправляешь ее на какой-нибудь курорт. А потом, случается трагедия. Стольный в трауре. Аймс наслаждается местью. Ну, или попробует скрасить твое горе. Вариантов много.
— Ты уверен?
— Свидетели, поддельные документы для разрешения на проведение процедуры, записи с камер.
— Зачем вообще разрешена эта процедура? — Антон потер ладонями лицо.
— Показания. Разные. Например, у плода есть генетические нарушение несовместимые с жизнью, а обычное прекращение беременности невозможно. Обычно это последствия межрасовых связей. Опять же, не буду вдаваться в подробности. Это не самая приятная информация. А у меня впереди романтический ужин. Годовщина. — Раймонд показал обручальное кольцо.
— Поздравляю
— Спасибо.
— А ее ребенок?
— Был полностью здоров.
— Документы, свидетельства?
— Обижаешь. Все готово. Ты же знаешь, я отрабатываю каждый цент.
— Придержи это. Пустишь в ход, если она рыпнется.
— Материалы переслать? Почитаешь?
Антон кивнул. Вдаваться в подробности не хотелось. Ну душе было гадко. Он не строил иллюзий на счет Камиллы. Понимал, что она не святая. Но даже представить не мог, что женщина может пойти на такое.
Чтобы отвлечься Антон поехал в офис. «Сезам» жил своей неторопливой ночной жизнью. По коридорам ездили клинеры и курьеры. Пара техников курила винтажный табак на смотровой площадке. Воняло от них так, что ни один фильтр не справлялся с горьким ароматом арабского тютюна.
Но всего этого Антон не видел. Мужчина вошел в приемную и посмотрел на пустой секретарский стол. В груди тоскливо заскреблась кошка. Он вошел в свой кабинет и подошел к окну. Старый дом стоял на своем месте. Аккуратный, горделивый, даже немножко мудрый. Света в окнах Маши не было.
Антон сел за стол. Посмотрел уже пять раз перепроверенные отчеты. Убедился в том, что все бумаги по проекту «Марс» для рассмотрения советом компании готовы. В поиске, чем бы еще заняться, мужчина наткнулся на инфокарту с пометкой «отчет по проекту межкорпоративного взаимодействия». Оставила его Рита. Антон в этом был уверен на сто процентов. Хотя найти этой уверенности какие-то обоснования он не мог.
Мужчина активировал карту. Открылся черный экран с картинками, графиками и буквами. Стольный быстро пробежал глазами по строчкам. Составляла отчет тоже Рита. Антон узнал ее стиль.
Излагала женщина красиво, не брезговала неуместными метафорами и игнорировала факты. Даже, если те кричали и просились в текст. Вот и сейчас Рита рассказывала о том, что у сотрудников «Сезам» снизился уровень агрессии, увеличилась продуктивность и вообще, все было отлично. Но откуда она взяла эти факты, на какую статистику или эксперименты опиралась, указать забыла.
Двадцать минут Антон потратил на бессмысленное чтение. Пока глаза не наткнулись на расшифровки переговоров сотрудников. Имен Антон не видел. Только сгенерированные нэймы.
Рея: ну и чего она добилась? Испортила Ромашкиной коробку с вещами? Можно подумать, у этой мыши там что-то ценное было. Я тебя умоляю.
Ирида: Рея, не скажи. Она ей считай, весь день испортила. Ты пробовала работать на испорченных мониторах? Я пробовала. То еще удовольствия. Наверняка от небожителя полущила по щам.
Деметра: мониторы ей Варс починил. Так что не обольщайтесь девочки. А за вещи обидно. Я бы Жанетт за это глаза выцарапала.
Ирида: Деметра, так ты ж не мышь, как эта блаженная. Не понимаю, что она до сих пор делает в «Сезам». Да еще и в приемной. Я скоро начну думать, что Стольный извращенец.
Рея: Деметра, ты его баб видела? Какой извращенец? Нормальный он. Жаль, что не я ему кофе подношу.
Антон читал, и не мог оторваться. Он не знал, что возмущало его больше: тупость Риты, которая вставила это в отчет, сплетни о Маше или выходка Жанетт. Тут же мужчина вспомнил коробку с «мусором», которая так и осталась в салоне его ЛТС. Отнести ее на помойку рука не поднималась.
Антон выдохнул, и продолжил читать. Теперь ему точно хотелось разобраться в нюансах «межкорпоративного общения».
Гефест: как думаешь, сколько она продержится?
Юнона: надеюсь не долго. Суток не прошло, как Машку забрали,
