странная голубоватая жидкость.
Монстр вновь взбрыкнул, откинув меня в сторону на десяток метров. Я бы пролетел ещё дальше, но всё-таки смог сориентироваться в пространстве и воткнул заточку в песок, за счёт чего смог остановиться.
— А-а-а-а-а! — услышал я визг из норы.
— СДОХНИ-И-И! — беззвучно заорал во всё горло, оттолкнулся четырьмя конечностями и побежал на монстра. Ещё одна попытка, я вновь прыгаю, и на этот раз мне удается запрыгнуть к нему на гребень, где проходил довольно острый плавник. — Сдохни! Сдохни! Сдохни!
Обхватив кость двумя руками, принялся наносить бесчисленные удары. Некоторые соскальзывали по хрустальной чешуе, но другие били точно в цель. К этому моменту я уже весь был залит его голубоватой кровью.
Змей, видимо, понял, что если он что-нибудь не предпримет, то рискует погибнуть в погоне за каким-то безруким зверьком.
Уперевшись пузом в землю, тварь резко подняла голову, отчего вся наша нора разлетелась обломками костей по округе. Меня также подкинуло высоко вверх, плавник больно резанул по ноге.
На какое-то мгновение я оказался на уровне утёса, даже сумел разглядеть торговые ряды, что располагались на нём, а затем полетел вниз.
Глухой удар о песок выбивает из меня весь воздух, и на какую-то секунду я выключаюсь.
«Нет-нет-нет! Не спать! Не сейчас!»
Резко открываю глаза и перекатываюсь в сторону как раз в тот момент, когда зверь, открыв пасть, обрушивается на меня.
«Наследник дома Меригольд потерял право голоса! Ха-ха-ха-ха!»
— ЗА-А-АТКНИ-И-ИСЬ! — со всей силы вбиваю кость в проносящегося мимо монстра. Чувствую удар, а следом оружие буквально вырывает у меня из руки. Змей, словно электричка сплошным составом, проносится мимо меня и, не сбавляя хода, пытается взлететь. Уж не знаю, за счёт чего он набирает высоту, но когда он попытался это сделать, голубая жидкость брызнула изо всех ран разом и во все стороны.
Чувствую, как по ноге что-то побежало. Может, кровь, может, это я обоссался от храбрости, но сейчас, во всяком случае, было не до этого. Змей закончил разворот и остановился, устремив взгляд разъярённых глаз в мою сторону. Его длинное тело медленно двигалось, образуя своеобразный знак бесконечности.
Судя по тому, как напряжено тело монстра, он готовится к броску, это смог понять даже я со своим куриным мозгом. Не отрывая глаз от этой смертоносной радуги, нащупываю рукой какую-то кость. Большой широкий хрящ с одной стороны, ломаный острый конец с другой. Кажется, такой меня хотели огреть в первую нашу встречу с дурилкой.
— Гра-а-а-а-а! — заревел монстр и, открыв пасть, рванул вниз.
Обхватив кость двумя руками, я побежал навстречу. Это чем-то напоминало корриду, в которой вместо быка оживший зубастый поезд.
«Главное — правильно рассчитать время! Давай, Хью, ты сто раз так делал!»
Прямо перед столкновением с землей, буквально за несколько сантиметров, туша изменила направление и, сохраняя скорость, устремилась ко мне.
«Три! Два! Один!» — удар сердца, и на выдохе: «SHIFT+A, сука!»
Резко ухожу в сторону, а затем втыкаю обломок прямо в бочину монстру, который по инерции продолжал нестись вперёд. Мне пришлось упереться в середину кости и крепко держаться за хрящ, чтобы его не вырвало из рук. Голубая кровь хлестала как из шланга, а адреналин долбил по венам словно в барабаны. Разлетающаяся во все стороны чешуя резала кожу, но я продолжал стоять.
Берег накрыл жуткий рёв. Мы почти разминулись, когда змей в попытке придать себе ускорения хлестнул своим хвостом. Зверюга смогла взмыть даже выше утёса, но затем неожиданно замерла и, ускоряясь, полетела вниз, где с громким чавком ударилась о землю, расплескав свои желейные внутренности. Сейчас змей скорее больше напоминал выброшенную на берег медузу, чем грозное чудовище.
Несколько секунд я просто тяжело дышал. Мне как будто не хватало воздуха, чтобы надышаться. Ещё бы… Я только что грохнул огромную летающую херню, которая чуть меня не сожрала. Нормальное такое достижение.
— Хех, не такой уж… Ты… И крутой. — усмехнувшись, сплюнул на землю.
Картинка перед глазами внезапно качнулась, а живот пронзила острая боль, а лицо с глухим ударом встретило песок. — Какого?.. Я же… Я же победил… Почему?
Последний удар монстра хвостом оказался роковым. Острый как бритва плавник распорол мне живот, да так, что я даже не заметил. Хех, надо же… Меня всегда веселили эти ребята из трешовых кинолент, которые пытались подобрать и засунуть в себя обратно свои кишки, а теперь сам стал таким же. Но вскоре понял, что это занятие глупое и бесполезное. Лучше расслабиться и получать удовольствие, насколько это возможно с выпотрошенным животом.
— Уа? — послышался напуганный голосок бесилки.
«Да, дурында, радуйся. Тебе в последнее время везёт», — подумал я, чувствуя, как сознание постепенно начинает уплывать.
— Ху-ху?
Дышать становилось тяжелее, руки и ноги холодели. Жутко захотелось спать, но, хех, я прекрасно понимал, что нихрена это не от усталости.
Раздался быстрый топот ног, а через мгновение перед моим мутным взглядом появилась перепуганная физиономия бесилки.
— Ху-ху! Ху-ху! Ху-ху-ху!
— Я тебя… не понимаю. — сказал одними губами.
Голова уже плохо соображала, но глаза по-прежнему видели, как чертёнок носится вокруг моего тела, что-то чирикает на своём смешном тарабарском и даже пытается засунуть своими культями мои внутренности обратно.
— Уа-уа-уа! — прокричала она навзрыд. Не думал, что демоны умеют плакать. — Уа-уа-уа-уа-уа!
Бесилка плакала, пыталась меня звать и помочь доступными для её мозга способами. Способов, к сожалению, было немного. Да и я, сказать по правде, не сильно надеялся на чудо.
— Ху! — внезапно до чертёнка дошло, что я умираю от потери крови, и она придумала план, который, наверное, могла придумать только она.
— Нет… Нет-нет-нет! Что ты делаешь⁈ Дура!
На моих глазах, продолжая реветь, девочка вцепилась зубами в обрубок своей руки и, ни секунды не сомневаясь, откусила и выплюнула приличных размеров кусок мяса, затем то же самое проделала со второй рукой, а после приложила их к моему вспоротому животу.
Если кто-то умирает от потери крови, значит, нужно дать ему эту кровь! Гениальное решение, только реализация подкачала.
— Ху-у-у! Ху-у-у-у! — кричала она, захлёбываясь слезами.
— Ты же со мной помрёшь… Дура…
Это было последнее, что я сказал или… Не сказал. Состояние уже было не то. Да и имеет ли это какой-то смысл, когда ты в очередной раз помер? Наверное, нет.
Что ж, прощай, жестокий мир. Ты был невкусным.
* * *
Чертёнок не знала, что с ней происходит, она
