Ярл Воислав подъехал ко рву в сопровождении Лихаря Урса. Со стен Дакса в их сторону полетели стрелы, но викинги не стали дразнить неприятеля и через мгновение уже покинули опасное место. Граф Бернард с интересом наблюдал за их маневрами и от души желал успеха лучникам капитана Ингоберта. Но, к сожалению, викинги оставались неуязвимы.
– Дьявол им, что ли, ворожит?! – с досадой воскликнул Эд Орлеанский.
– Скорее, Чернобог, – не удержался Бернард Септиманский. – По слухам, Лихарь Урс – оборотень.
– Шутить изволишь, благородный Бернард, – обиделся на старого знакомого граф Орлеанский. – Кстати, катапульты у викинга все-таки есть. Так же как и таран, впрочем.
– Быть того не может! – удивился Септиманский. – Мы ведь пришли налегке.
– Видимо, капитан Ингоберт тоже так думает, – усмехнулся граф Эд. – Либо этот варяг действительно колдун, либо он подтянул катапульты к крепости заранее и спрятал их вон в том лесочке.
Подъехав к зарослям, граф Бернард смог собственными глазами убедиться в правоте слов Эда Орлеанского. Катапульты было две, причем совсем не большие. Против мощных стен крепости Дакс они явно не годились, о чем Бернард и сказал графу. Чуть поодаль мечники ярла Драгутина сматывали веревки с железными крючьями и осматривали арбалеты. Закинуть такой крюк на десятиметровую стену голыми руками было довольно затруднительно, но с помощью арбалетов эта задача вполне могла быть выполнена.
– Вы собираетесь лезть на стену? – спросил любопытный Эд у капитана Драгутина.
– Как видишь, – довольно нелюбезно буркнул тот.
– Бог в помощь, – усмехнулся граф Орлеанский.
Слуги уже успели раскинуть шатер вдали от крепостной стены, и оба графа поспешили укрыться в нем, дабы окончательно не замерзнуть на ветру. Погода к вечеру испортилась, пошел снег, довольно редкое явление в этих местах даже в зимнюю пору. Граф Бернард протянул руки к полыхающей жаровне.
– Как ты думаешь, благородный Эд, можно пройти по горящим углям босиком, не повредив при этом кожу?
– Разумеется, нет, – пожал плечами Орлеанский. – А почему ты об этом спрашиваешь?
– Просто я знаю женщину, которой удалось это сделать. А в конце странной прогулки она обрела счастье в лапах волосатого чудовища.
Граф Эд засмеялся. Прежде ему не доводилось выслушивать сказки из уст благородного Бернарда.
– Я тоже не поверил, Эд, но если ты сегодня ночью увидишь нечто необычное – не удивляйся.
– Ты говоришь загадками, Бернард. А как зовут эту странную женщину?
– Ее зовут Тинберга.
– Если бы тебя услышал Герард Вьенский, то не сносить тебе головы. Кстати, а как зовут волосатого кавалера прекрасной Тинберги?
– Его зовут Лихарь Урс, благородный Эд.
– Ты опять за свое, Бернард. Извини, но я слишком устал, чтобы слушать сказки.
– Хочешь пари, Эд? Я поставлю своего коня против твоего.
– И о чем будет наш спор, Бернард?
– Воислав Рерик сегодня ночью возьмет крепость Дакс.
Граф Орлеанский засмеялся. Бернард то ли много выпил сегодня, то ли решил подарить старому знакомому прекрасного боевого коня, дабы добиться его расположения. Наверняка этот авантюрист опять что-то затеял и теперь ищет союзников.
– Можно сказать и так, – не стал спорить граф Бернард. – Мне предложили за голову варяга десять тысяч денариев, но я отказался.
Эд Орлеанский, прилегший было на лавку, приподнялся на локте, на лицо его набежала тень.
– Я тебе в этом не помощник, Бернард.
– Ты не расслышал, Эд. Я отказался. Во всяком случае, счел смерть Рерика преждевременной. Но если этот человек с помощью прекрасной Юдифи подомнет под себя Карла, то нам придется что-то делать.
– А что, для этого есть предпосылки?
– Юдифь к нему не равнодушна.
– Я знаю немало сеньоров, дорогой Бернард, к которым ведьма благоволила, но это еще не повод, чтобы отправлять их на тот свет.
– Ты сам назвал ее ведьмой, Эд. Но имей в виду, если ведьма обретет своего колдуна, то нам всем не поздоровится. Так ты принимаешь пари?
– Если тебе не жалко коня, Бернард, то да. Спокойной ночи.
Ночь уже действительно вступила в свои права, когда граф Септиманский вышел из шатра на свежий воздух. Снег прекратился, небо очистилось от туч, и он мог вдоволь налюбоваться целой россыпью звезд, засиявших над его головой замерзшими светлячками. Ущербная в эту пору луна давала мало света, но Бернард все-таки уловил в лагере шевеление. От моста до него донесся скрип деревянных колес. Похоже, это была катапульта, которую неугомонный ярл Воислав зачем-то подтаскивал к крепости. Неужели этот безумец действительно решился на штурм? Предлагая Эду Орлеанскому пари, Бернард рассчитывал всего лишь раззадорить задремавшего графа, но он никак не предполагал, что его слова окажутся пророческими.
Граф Септиманский сел в седло и хотел было окликнуть своих мечников, гревшихся у костров, но в последний момент передумал. Незачем привлекать к себе внимание людей посреди лагеря, впавшего в дрему. Впрочем, лагерь только казался спящим. Граф Бернард с удивлением обнаружил, что викинги снялись с места и растворились в темноте, а у костров остались лишь коноводы, приглядывающие за расседланными лошадьми. Неужели эти безумцы решили лезть сначала в ледяную воду, а потом на стены? Но ведь это бессмысленно. Капитан Ингоберт не настолько глуп, чтобы прозевать неприятеля даже в морозную погоду. Конечно, большую часть людей он отвел внутрь крепости, но у дозорных будет достаточно времени, чтобы призвать их обратно, как только викинги начнут штурм.
Огонь на мосту вспыхнул столь внезапно, что Септиманский невольно закрыл глаза. А когда он открыл их вновь, то едва не вскрикнул от испуга. Огромный огнедышащий дракон, распластав перепончатые крылья, навис над приворотной башней. Казалось, еще мгновение, и он обрушится на нее всей своей массой, мерцающей потусторонним зеленоватым светом. А потом раздался громкий рев, от которого у Бернарда Септиманского кровь заледенела в жилах. На миг ему показалось, что либо он сходит с ума, либо пришел конец света и все силы ада устремились в этот миг на несчастную крепость Дакс.
Драгутин долго ждал сигнала, повиснув над пропастью на веревке. Но, как только на мосту вспыхнул огонь, он, легко подтянувшись на руках, бросил свое сильное тело на стену. Дозорный франк икнул от испуга, увидев в двух шагах от себя абсолютно голого человека с мечом в правой руке и кинжалом в левой. На громкий крик ему уже не достало времени. Зато громко завопили защитники приворотной башни, увидев в десяти шагах от себя огнедышащего дракона. Нельзя было дать им опомниться, и Драгутин первым ринулся по галерее, криком подбадривая своих мечников, взбирающихся на стены, и сметая со своего пути перепуганных дозорных. С другой стороны приворотную башню атаковали мечники Лихаря.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
