вряд ли можно заинтересовать девушку.
Здесь мы видим, что стеснение приобретает критическое значение и мешает человеку добиваться его целей, блокирует его поведение даже на соматическом уровне. Все это означает, что у человека уже не просто стеснение, а настоящий страх. И тут с помощью тренинга от этого психического состояния не отделаешься. Ведь люди, у которых есть такой блокирующий страх, ходят по замкнутому кругу. Они пытаются многократным повторением различных действий или обстоятельств убрать страх, но страх мешает им совершать эти действия снова и снова. Очень важно запомнить, что если вы чего-то стесняетесь, пробуете делать то, что стесняетесь, но у вас не получается. Это означает, что у вас не простое стеснение, а вполне себе сильный страх. Для работы со своими страхами требуется специальный подход, литература или помощь психолога.
Еще тяжелее тем, у кого страх прогрессирует и переходит в состояние фобии. В этих случаях без профессиональной, часто медицинской помощи уже не обойтись!
Поэтому очевидно, что в дальнейшем вы получите советы, которые помогают бороться именно с блокирующим страхом социального осуждения. Так как со стеснением вы и сами справитесь.
Давайте попробуем разобраться, откуда этот страх берется. Почему одни люди гораздо больше зависимы от мнения окружающих, чем другие? Как и во многих других случаях, ноги растут из детства. Какие нам убеждения передали родительские фигуры, такими мы и пользуемся зачастую всю жизнь:
• над тобой все будут смеяться;
• ты должен быть сильным;
• настоящие мужчины не плачут;
• не высовывайся;
• ты меня подводишь;
• все на тебя смотрят;
• хорошие девочки так себя не ведут;
• что про тебя люди скажут;
• мне за тебя стыдно.
Эти и многие другие фразы, которые родители произносят по привычке, на автомате и с самыми благими намерениями, приводят в той или иной степени к формированию страха социального осуждения. Кому-то везет, и страх остается на уровне стеснения, а кто-то погружается в пучину этого негативного психического состояния. Ведь перечисленные убеждения имеют высококатегоричную форму. Они очень сужают вариативность нашего мышления, допуская только один вариант развития событий, и полностью отрицают все остальные. Так формируется страх этих сценариев.
Или вот, например, строки, на которых росли миллионы представителей сегодняшнего старшего поколения:
«От вороны карапуз убежал, заохав. Мальчик этот просто трус. Это очень плохо».
Товарищ Маяковский решил научить других людей тому, «Что такое хорошо и что такое плохо». А позвольте спросить: почему бояться большую и горластую черную птицу маленькому мальчику – это очень плохо? Кто это решил? Поэт, который «настругал» от разных женщин двоих детей и видел их счетное количество раз за всю свою жизнь? Его экспертиза в вопросах воспитания детей для меня лично не очевидна.
Но сколько маленьких мальчиков почувствовали стыд и недовольство собой, когда испытывали совершенно нормальный страх каких-либо событий, происходящих с ними. Сколько миллионов раз эти мальчики думали, что их испуг осуждается взрослыми и любимыми людьми, мамами и папами, которые не задумываясь, без применения критического мышления, читали эти строки своим чадам?
Что же делать? Поощрять страхи своих детей? Конечно нет. Важно понимать, что страх – это норма. Страх – это природный инструмент, который дан нам для обеспечения безопасности. Важно разрешить себе и своим близким бояться. Но, если страх становится системным, хронически мешая нам жить, с ним нужно работать, снижая его эффективность.
Расскажу вам об одном интересном групповом психологическом эксперименте, который проводила советский психолог, а ныне профессор и д. псих. наук Валерия Сергеевна Мухина (список литературы – 22). Она предлагала детям попробовать сладкую кашу из одной тарелки и просила их описать вкус этой каши. Но в этом во всем была хитрость. Ведь Валерия Сергеевна знала, в каком месте тарелки каша соленая. Четверым детям она давала сладкую кашу и спрашивала, сладкая она или нет. А последнему ребенку в группе она давала из той же самой тарелки кашу соленую и задавала аналогичный вопрос.
В этом эксперименте ребенок вставал в позицию, когда ему нужно противоречить мнению большинства, когда его органы чувств говорили ему совсем не то, что говорили его друзья, принимающие участие в эксперименте.
И только двадцать пять процентов детей, попробовавших соленую кашу, готовы были противоречить мнению окружающих. Страх социального осуждения их не блокировал, они были достаточно самостоятельны для того, чтобы выражать свое мнение. Остальные 75 % соглашались с группой, но при этом отказывались снова пробовать невкусную кашу.
Важно понимать, что страх социального осуждения преодолим. Для этого важно изменить свои когнитивные привычки-убеждения. Которые звучат примерно следующим образом:
• большинство не может ошибаться;
• я не должен ошибиться при других;
• если другие будут надо мной смеяться – это плохо;
• надо мной не должны смеяться;
• я знаю, что обо мне подумают, если я допущу ошибку;
• ошибка и слабость – это плохо;
• я должен быть сильным всегда и во всем.
Все эти убеждения травматичны. Они завышают значимость непогрешимости. Создают у человека неоправданную веру, что можно быть всемогущим Богом, который никогда не ошибается. Они приводят к мнению, что слабости и ошибки – это часть жизни, которую необходимо избежать. И что это осуществимо, жить без ошибок и слабостей.
Очевидно, что человек, имеющий такие убеждения и не подвергающий их критическому мышлению, будет иметь ментальные и социальные трудности, которые будут сказываться на его психическом состоянии, а значит, и здоровье. Чтобы хотя бы частично избавиться от страха социального осуждения и стать более жизнеспособным, важно приучить себя к новым формулировкам, более реалистичным, соответствующим миру, в котором мы живем:
• большинство может ошибаться;
• я могу противоречить большинству, это не хорошо и не плохо;
• даже если надо мной будут смеяться или критиковать меня, я даю такое право другим людям и постараюсь отказаться от мнения, что все и всегда должны относиться ко мне так, как я хочу;
• я могу совершать ошибки, в том числе и прилюдно;
• ошибки и слабость – это не хорошо и не плохо. Это статистическая нормальность. На свете нет ни одного человека, который прожил бы безошибочную жизнь;
• другие люди имеют право надо мной смеяться, и
