Ее взгляд погрустнел, и она пожала плечами.
— Я знаю, ты здесь, чтобы сбежать от всех, и не собираюсь разрушать это, размещая фотографии с тобой в социальных сетях. — Она подняла руки вверх. — Ну, я не скажу, что у меня много подписчиков, но, если об этом узнают, это может просочиться не к тем людям.
Я молча кивнула.
— Ты права, вполне возможно. — Я еще не очень хорошо знала Брианну, но уже понимала, что мы близки по духу. Я притянула ее к себе и обняла. — Спасибо тебе за это. Ты даже не представляешь, как я переживаю, потому что не хочу, чтобы меня не нашли журналисты. Все, чего хочу – быть обычной.
Брианна обхватила меня и погладила по спине.
— Но ты не такая. Хотя думаю, ты будешь удивлена нашим городом. Многие люди знают, почему ты здесь, и уважают это. Они не собираются использовать тебя.
Я отпустила ее, жалея, что не могу в это поверить.
— Ну что ж, посмотрим.
В дверь постучали, и Брианна открыла ее Колину. Он уже успел переодеться: сменил клетчатую рубашку на красивый серый свитер и серое шерстяное пальто. Даже лицо его было свежевыбрито. Мое сердце пропустило удар, и я улыбнулась. Он выглядел совсем по-другому.
Брови Колина нахмурились, когда он увидел, Брианну.
— Все еще здесь? — спросил он ее.
Брианна открыла дверь полностью, и тогда он увидел меня.
— Я как раз собиралась уходить, — ответила Брианна. — Лайле нужна была моя помощь.
Колин вошел внутрь и откашлялся, его внимание было сосредоточено исключительно на мне.
— Ого, ты выглядишь …
— Красиво? — добавила Брианна, лукаво подмигнув мне. — Да, это так.
Колин потер затылок – черта, которую я замечала, когда мужчины нервничали.
— Вообще-то я хотел сказать иначе, но определенно красиво.
Мои щеки горели.
— То же самое я могу сказать и о тебе, — ответила я.
Брианна хихикнула и вышла на крыльцо.
— Ладно, вы двое, я ухожу. Увидимся на церемонии.
Колин повернулся к ней.
— Ты не хочешь ехать с нами?
Блеснув глазами, она покачала головой.
— Нет. Я еду с мамой. Увидимся на месте. — Она подмигнула ему и направилась в гостиницу.
Колин посмотрел на меня через плечо.
— Уверен, она что-то задумала.
Я усмехнулась.
— Я тоже так думаю. — И мы оба знали, что.
— Ты готова идти? — спросил он.
— Да.
Брианна одолжила мне одно из своих пальто. Надев его, я засунула деньги и телефон в один из карманов. Колин запер за нами дверь, и мы медленно пошли к его внедорожнику. В воздухе стоял запах снега, который хрустел под нашими ногами. Ботинки Брианны согревали мои ноги, не то, что дизайнерские на каблуках.
Мы остановились у машины, и Колин открыл мне пассажирскую дверцу. Я расставила руки в стороны.
— Так что ты думаешь? Могу я сойти за местного жителя?
Улыбка Колина заставила мое сердце растаять.
— Вообще-то можешь. Иногда трудно представить себе такую знаменитость, как ты, нормальной.
— Но это так, — пробормотала я. — Надеюсь, ты это поймешь.
Он снова улыбнулся.
— Работаю над этим. Ты неплохо справляешься, заставляя меня поверить в это, особенно учитывая, как хорошо ты обращалась с Брианной. Она восхищается тобой.
— И я восхищаюсь ею. Она была очень добра ко мне. Я в большом долгу перед ней за одежду. Позже хочу посмотреть, не согласится ли она пойти со мной на компромисс. Моя одежда за ее.
Колин расхохотался и помог мне сесть в машину.
— Для этого тебе не придется выкручивать ей руки. Половина ее гардероба – это ни что иное, как твои работы.
— Я знаю, — захихикала я. — Она сказала, это все, что носит, когда уезжает в колледж.
Я устроилась на сидении, и Колин захлопнул дверцу. Мои ладони вспотели, а сердце бешено колотилось. Прошло так много времени, с тех пор как я встречалась с кем-то, кто ничего не хотел от меня. Но все же, в глубине души, я хотела чего-то от Колина, чего-то настоящего.
Это было так волшебно – ехать по снежной аллее и смотреть на мерцающие огоньки. Я чувствовала себя ребенком на Рождество, зачарованным его красотой.
— Бьюсь об заклад, каждое Рождество в детстве было потрясающим, не так ли? — спросила я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Колин посмотрел в окно своей машины, а затем на меня.
— По большей части. Требуется много работы, чтобы поддерживать все эти рождественские огоньки. Когда я был маленьким, бабушка и дедушка заставляли меня менять все перегоревшие лампочки.
— Жаль, что мои родители не украшали наш дом снаружи. Раньше я так завидовала нашим соседям. У них всегда были такие милые рождественские украшения.
Мы свернули с аллеи на темную улицу. Непривычно видеть все вокруг в кромешной тьме. Живя в большом городе, почти везде, куда бы вы ни пошли, горел уличный свет. А тут, если отключить фары машину, у вас могли возникнуть серьезные проблемы.
— Почему твои родители никогда не украшали дом? — спросил Колин.
Я пожала плечами.
— Наверное потому, что нас никогда не было дома. Они любят путешествовать. Наверное, думали, что все время таскать меня по разным местам – это то, чего я хочу.
— А что хотела ты?
Вздохнув, я выглянула в окно, в поле зрения появились еще более нарядные дома.
— Я хотела быть нормальным ребенком и просыпаться рождественским утром в своей постели. Почувствовать запах нашей свежесрезанной елки, которую я до этого помогла украсить, открыть подарки. — Я посмотрела на Колина. — Дело не в том, что я неблагодарна. Я знаю, ты, вероятно, думаешь, что мне не на что жаловаться, потому что я увидела мир.
Колин покачал головой.
— Это совсем не то, о чем я думаю. Путешествия по миру не сделало бы меня счастливым. Быть здесь и иметь свои семейные традиции – вот что мне нравилось больше всего.
— Именно этого я и хотела, — пробормотала я.
Я видела много рождественских фильмов, и какими удивительными они делали праздники. Никогда не забуду воспоминания и приключения, которые пережила с родителями во время каникул, но это было не то, что я хотела бы передать своей семье – если у меня когда-нибудь будет своя собственная. Я хотела нормальных рождественских традиций с Санта-Клаусом и миллионом подарков под елкой, которую помогли мне украсить мои дети.
Мы медленно приближались к центру Френдшипа, и все вокруг было похоже на зимнюю страну чудес. Вдоль улицы тянулись кованые фонарные столбы, увитые гирляндами и белыми фонарями с красными лентами. Группа мужчин и женщин, одетых в старомодную одежду, прогуливалась взад и вперед по улице, распевая гимны. Я опустила стекло, чтобы слышать их.
— Мы почти на месте, — сказал Колин, и указал на одну из боковых улиц. — Там дальше есть пруд, где все катаются на коньках. Если хочешь, я могу отвезти тебя туда. Это даст тебе шанс познакомиться с новыми людьми.
Я ахнула.
— Определенно нет. Я уже много лет не каталась на коньках. Меньше всего мне хочется выставлять себя дурой.
Он расхохотался.
— Не беспокойся. Если ты не хочешь, чтобы кто-нибудь наблюдал за тобой, ты можешь покататься на коньках на пруду у гостиницы. Некоторые из наших гостей любят тот пруд за его уединение.
Это звучало лучше. Я не хотела, чтобы фотографии меня, падающей на задницу, разлетелись по всему интернету.
— Я пойду туда только в том случае, если мне кто-то поможет. Может быть, Брианна присоединится ко мне. Я бы с удовольствием попробовала еще раз. — Я быстро взглянула на Колина, а затем обратила свое внимание на дорогу, молча надеясь.
— Если она не сможет покататься с тобой на коньках, я с удовольствием составлю тебе компанию. Я не хочу, чтобы ты поломала себе кости.
Миссия выполнена. Широко улыбаясь, я повернулась к нему.
— Отлично.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы прибыли в центр города — парк с большим фонтаном посередине. Было много людей, большая часть окружила огромную рождественскую елку.
Колин припарковался, и я медленно открыла дверь, стараясь не смотреть на всех тех, кто с любопытством уставился на нас. Когда Колин закрыл за мной дверь, я откашлялась.
