тех, кто изучал английский, уровень знаний, как правило, не позволял читать оригинальные тексты или статьи.
На помощь пришел «Ровесник»[45].
В «Ровеснике», советском (позже – российском) молодежном журнале, очень любили Кинга и знали, что его хотят читать в СССР. Уже в 1984 году там впервые был напечатан рассказ «Корпорация "Бросайте курить"» (Quitters, Inc.). За ним последовали другие рассказы Кинга: в январском номере за 1991 год – «Грузовики» (Trucks), позднее – «На посошок» (One for the Road) и «Детоубийца» (The Boogeyman).
«Ровесник» в конце 1980-х, в годы Перестройки, был уникальным изданием: молодежный, яркий, живой, пестрый, им зачитывались, и он часто становился проводником Запада в советскую культурную среду. Только там можно было почитать рок-энциклопедию (проект Сергея Кастальского).
Особо следует отметить 12-й номер «Ровесника» за 1990 год, где впервые для советских читателей была опубликована краткая биография Стивена Кинга, авторства Пьера Ассулина. Эта статья называлась «Ужасы Стивена Кинга» и стала первым опытом знакомства читательской аудитории СССР с личностью американского писателя и его путем к мировому успеху.
Несмотря на то, что статья журналиста Ассулина, переведенная с французского, содержала, как потом выяснилось, небольшие неточности, она стала настоящим откровением, глотком свежего воздуха и «окном в Европу» (точнее, в дом Кинга).
Вот что можно было узнать из этой публикации:
1. Происхождение Кинга: он родился 21 сентября 1947 года «по ошибке», вопреки ожиданиям родителей, которые уже усыновили ребенка, считая, что своих детей не будет. Его отец бросил семью, когда Стивену было два года, и это предательство повлияло на все творчество писателя. Кинг вырос в бедности, и семья часто переезжала, спасаясь от долгов и нужды.
2. Травматический опыт детства – смерть друга, раздавленного поездом, тяжелое детство, одиночество, издевательства и насмешки со стороны сверстников.
3. Происхождение литературного таланта: первые тексты он начал писать в подростковом возрасте, находя вдохновение в ужасах повседневности, в страхе, в боли. Отец, уходя, оставил чемодан с дешевыми книжками фантастики, что тоже оказало огромное влияние на будущего писателя. Кинга с детства тянуло к рассказам ужасов, монстрам, страху и темной стороне человеческой психики.
4. Работа ради выживания – Кинг трудился кем угодно и где угодно: на заправке, в прачечной (за 1 доллар 75 центов в час, имея на руках диплом филолога!), писал на обратной стороне неоплаченных счетов – не ради славы, а потому что иначе не мог.
5. Путь к успеху – его первая книга «Кэрри» вышла почти случайно, и только после экранизации Брайана Де Пальмы он стал знаменит, стал «мэтром литературы ужасов». Слава пришла не сразу и не просто, успех не был мгновенным, а стал результатом упорного труда, настойчивости и стечения обстоятельств. Кинг работает ежедневно, кроме 25 декабря, 4 июля и 21 сентября.
6. Отношение к деньгам и успеху – несмотря на богатство, Кинг остался в родном Бангоре и не поддался искушению Голливуда и Нью-Йорка.
7. Музыкальные вкусы и социальная позиция – он не выносит диско и купил радиостанцию, чтобы транслировать рок, избегает инвестиций в химическую, оборонную и табачную промышленность – это многое говорит о его взглядах.
8. Фобии и страхи – он боится темноты, кошек, самолетов, числа 13, но больше всего – боится перестать писать. Этот страх сильнее всех его литературных кошмаров.
9. Источник сюжетов – он не выдумывает, он наблюдает. Кинг живет в повседневности и вытягивает из нее то, что пугает всех нас («Было бы интересно, если бы…»). Например, история «Кладбища домашних животных» возникла из опыта гибели семейной кошки.
10. Феномен успеха – Ассулин задается вопросом: случайность ли успех Кинга? Ответ очевиден: Кинг появился вовремя.
11. Критика – Кинга обвиняют в том (помимо щедрых упреков, что «это – не литература»), что по его романам совершаются преступления. Например, во Флориде убийцы врача оставили на стене надпись «redrum», анаграмму «murder» («убийство»), в точности, как в «Сиянии».
Статья Ассулина показала советскому читателю Кинга как живого человека – со страхами, травмами, непростой судьбой и непреодолимой тягой к письму. Его литература ужасов – это не коммерческое чтиво, а своего рода форма исповеди, акт самоисцеления и способ рассказать о страхах современного человека.
Кинг в моей жизни
Мое знакомство со Стивеном Кингом состоялось в отрочестве, в далеком 1990 году. В тот период страну заполонили так называемые «книжки-минутки». Напечатанные на дешевой бумаге, они продавались повсюду: в киосках «Союзпечати», в аэропортах и на вокзалах. Надо же было как-то коротать время в ожидании самолета или поезда, а мобильников тогда еще не существовало. Это были тонкие брошюры, обычно на 16 страниц. Стоили такие книжицы сущие копейки, и я скупал их десятками. Эти небольшие издания стали неожиданным проводником в мир зарубежной литературы.
«Книжки-минутки» предлагали то, что раньше было труднодоступно советскому читателю: фантастику, детективы, ужасы и «прочую нелитературу», как с усмешкой любил говорить мой учитель по русскому языку и литературе в 90-х, Михаил Зиновьевич Шейнин, но меня его мнение никогда особо не волновало.
В 1990 году мне в руки попалась такая «книжка-минутка» с рассказом Стивена Кинга «…Это последний шанс». Уже потом я узнал, что точное название рассказа – «Карниз» (The Ledge).
Читать этот рассказ было как открыть дверь в новый и завораживающий мир. История человека, балансирующего на краю жизни и смерти, держала в напряжении до последней строки. Этот момент стал отправной точкой – я открыл для себя Стивена Кинга и, как выяснится позже, никогда с ним не расставался.
В конце 1991 года мое увлечение Кингом стало настоящей одержимостью. Один из одноклассников прожужжал мне все уши про Кинга, постоянно рассказывая, какой это невероятный писатель, и советовал немедленно найти его книги. Я, помня тот замечательный, запоминающийся рассказ из книжки-минутки, внял его совету и отправился в местную библиотеку. Согласно картотеке, на абонементе должна была быть «Мертвая зона» (издание 1987 года), но мистическим образом и к моему глубочайшему разочарованию, ее на месте не оказалось. И самое странное: книга до сих пор числится в картотеке, как будто застряла во временной петле.
Не оставляя попыток, я принялся искать рассказы Кинга в журналах и газетах. Порой мне удавалось достать заветный номер, только чтобы с разочарованием Вселенского масштаба обнаружить, что страницы с рассказами аккуратно вырезаны. Да, страницы были даже не вырваны, а аккуратненько вырезаны бритвочкой (видимо, чтобы не производить шума в гробовой тишине библиотеки и не привлекать излишнего внимания). Такова была огромная тяга к писателю, что заставляла людей идти на преступления. Это были настоящие охотники за Кингом – люди, которые, вооружившись лезвием, вырезали его рассказы для
