знаешь, крепче спишь.
Скинув жилет вместе с сорочкой, повесила одежду в шкаф, стянула с вешалки пуловер, и по закону подлости, когда надевала, протискивая голову через темно-синюю ткань, дверь отворилась, и в помещение зашел Дин, застывая на пороге. В том, что вернулся именно мой оборотень, я не сомневалась, запах мне об этом сказал. Оголенных сосков коснулся прохладный воздух, собирая их в тугие горошинки. Сглотнула, рванув на себя жалобно затрещавшую ткань.
...Бесшумные осторожно-мягкие шаги.
Резко оборачиваюсь, сдувая с лица прядь волос, вскидываю голову к лицу, искаженному звериными чертами, ноздри трепещут. Медленно протянув руки, Дин поправляет на мне сбившуюся из-за поспешности ткань, ненавязчиво касаясь груди. Сдвигаю бедра от томительного жара внизу живота, он отводит назад растрепавшиеся косы.
— Ты прекрасна. Рад, что могу теперь тебе об этом говорить не мысленно, твоё откровение истинных ко мне чувств, маленькая снежная девочка, развязало мне руки.
— А ты, оказывается, ещё тот горячий парень, Дин Картен, никогда бы не подумала, — скрываю за фырчанием дикое смущение.
Дин улыбается уголком рта. Подмечаю: на нём сорочка навыпуск, подпоясанная широким телесным ремнем, что дико идет этому несносному оборотню, впрочем, на нём и мешок из-под картошки будет смотреться весьма мужественно.
Между нами вновь трещит и жарит вены, поджигая пучки оголенных нервов. Прочищаю горло и отворачиваюсь, беру в руки расческу, принимаясь укладывать волосы.
— Что слышно в доме?
— Ульяна очнулась, — под моё недоумение забирает у меня расческу, ведет на постель за руку, переплетя наши пальцы, и усаживает ласково, осторожно расчесывает пряди в то время, как я озадаченно хлопаю ресницами. — Ведьма ещё немного слаба, по её заверениям, чувствует себя вполне сносно.
Облегченно выдыхаю.
— Слава предкам.
Дин ловко и споро сплетает из моих волос продольный колосок ото лба, распушает пряди, завязывает кончик лентой и перекидывает вместе с оставшимися прядями свободных волос на грудь. Изумленная до глубины души, тереблю прядки волос, бегу к зеркалу и кручусь, пораженно ахая: это не совсем колос, хитро сплетенная прическа из нескольких косичек, соединяющихся с основной на манер рыбьего хвоста.
— Ты… Ты где этому научился? — оборачиваюсь к невозмутимому Картену, четко ощущая его удовлетворение и довольство тем, что мне очень понравилось деяние его умелых рук.
Дин прищуривается.
— У меня не всегда были короткие волосы, Снеж, — обескураживает признанием. У Дина когда-то были длинные волосы?! Я бы хотела на это посмотреть! — И у меня была младшая сестра.
— ЧТО?! Как? Ты никогда не говорил, — ворчу недовольно, упирая кулаки в бока. — Ты вообще о себе мало говорил! Ты сказал «была»? А что с ней стало?
— Бегает где-то, — глядит в пустоту и обращает на меня непроницаемый взор, как и обычно, черт возьми. — Когда-нибудь ты узнаешь больше. Обязательно. А сейчас нам пора присоединиться к ужину.
Ла-а-адно-о-о-о.
Закатила глаза и безропотно последовала за самым загадочным оборотнем во всех мирах.
В прямоугольной, достаточно просторной столовой ждали только нас. Не замечая гнетущего настроения домашних рода Лисовых, кинулась к бледноватой ведьме, стискивая её под ворчание дяди Адриана в крепких объятиях.
— Как ты, дорогая? Сильно досталось, да? — ворковала, поглаживая замершую напряженную ведьму по голове. Отстранившись, заглянула в лицо, слегка отшатываясь: не ожидала увидеть так близко ведьмин лик, а он — тот ещё подарочек для бедных неподготовленных нервов.
Хмыкнула:
— Красавица. Очень бледная красавица. Постой, — стиснула обеспокоенно её плечи. — Ребенок?!
Ульяна неловко кашлянула, возвращая себе привычный вид, и похлопала по моей руке.
— С ним пока всё хорошо. Не волнуйся.
— Падай, Снежа, не стой, — бурчит Адриан.
Как бы мне ни хотелось сесть рядом с подругой, но места уже были заняты её находящимся не в духе супругом, что совсем не мудрено, и братом. Последний мне вяло подмигнул, чем заслужил хмурый взгляд Дина. Мы с ним устроились напротив нашумевшей своим появлением парочки. Дядя Драго сидел во главе стола, а Хинис — с противоположной, как хозяева дома.
Погруженный в свои думы Драгомир жестом пригласил наслаждаться едой, мрачно буркнув: все разговоры потом. Как по команде, схватились за столовые приборы. Поедая салат с уткой и апельсинами, ловила на себе задумчивые тоскливые взгляды Ульяны и не могла понять, в чём дело и в чём перед ней успела провиниться. Решив поговорить с ведьмой после ужина, в ответ просто улыбалась. Главное, с малышом всё хорошо, с остальным справимся, с играми времени и реальности — тоже.
Дин
Зверь бесновался, ревнуя снежную к мальчишке Лисову, уж слишком часто и долго с таинственной раздражающей улыбочкой поглядывал на мою девочку. Та не замечала взоров юного ведьмака, поглощенная едой и пристальным вниманием ведьмы. Надо бы узнать, в чём дело, в голову закрадывалась нехорошая догадка на этот счет.
Перехватив взгляд Ульяны, спокойно вскинул брови: в чём дело? Льяна отрицательно качнула головой. Прищурился: кого ты обманываешь, ведьма? Ульяна отвела взгляд, украдкой глянув на Снежану. Сжал вилку, стараясь контролировать силу. Хмуро покосился на ведьмака, тот вскинулся с вызовом: ну, и что ты мне сделаешь?
Насмешливо хекнул. Мальчишка.
Драгомир обеспокоенно нахмурился, переводя взгляд с сына на меня и на Снежу, помрачнел, угрожающе сверкнули магией зрачки. Златан притих и отвернулся, Драгомир поджал губы, глядя на меня из-под густых бровей. Пожал плечами, посылая встревоженному отцу: ничего я твоему щенку не сделаю, брат. Он не конкурент нам.
Зверь думал иначе, искренне желая выдрать наглецу глотку. Отмахнулся от гремящего цепями животного, ему бы только глотки рвать. Столько лет прошло, уже бы смирился, что в кольце этих миров никому не позволено просто потому, что хочется, убивать. Поймав очередной заинтересованный взгляд мальчишки на Снежу, про себя ощерил клыки. Ладно, мне тоже жаль, зверь.
Глава 24
Снежана
После ужина переговорить с Ульяной мне так и не удалось, её сразу же взял в оборот Адриан и утащил к ним в комнату отдыхать. Хинис тоже откланялась, ссылаясь на усталость и желание пораньше лечь спать, а дядя Драго с Дином и Златом перешли в соседнюю комнату, собираясь обговорить ситуацию со звездецом по имени «альтернативные ветки реальности и всё такое». Златан вопросительно выгнул брови: мол, идешь? Дин застыл в дверях полубоком, непроницаемо поглядывая на нас с парнем.
Отрицательно качнула головой и вернулась в комнату Льяны, мне и без того было о чём подумать, например, о совращении Дина Картена, хех.
Ополоснувшись
