Часть со спуском мощного ударного отряда осталась неизменной. Нам всё так же предстояло достичь нижнего уровня подземелья и попытаться задавить угрозу в корне. Но на случай, если, — и, судя по общему настрою, когда, — у нас ничего не выйдет, в подземелье будут подорваны сосуды с долгоиграющим жидким пламенем, размещенные всюду, докуда удастся дотянуться. Чуть позже вниз пустят со временем оседающий едкий газ, от которого ко всему живому быстро приходил северный пушной зверёк. Но даже при самом лучшем раскладе монстры все и сразу не помрут, зато выбираться на поверхность точно начнут, где и будут встречены организованными группами зачистки. Собственно, наша задача на этом этапе предельна проста: твари лезут — мы их уничтожаем, попутно собирая всё ценное, а после того, как поток сойдёт на нет, переходим к более тщательной, точечной зачистке. План был рассчитан на целый месяц, зато эвакуация не должна была продлиться дольше одного-двух дней, до тех пор, пока основной вал порождений подземелья не будет переработан на ингредиенты.
— Каков будет состав нашей группы? И кто командир?
— Семь человек, включая одного специалиста — мага-исследователя, и одного артефактора. Командовать будет экс-глава гильдии магов Рилана, Тайран. Он единственный, у кого есть реальный и обширный опыт зачисток подземелий разных видов. Но в качестве основной ударной силы выступают императоры Кэл и Золан.
— Отлично. — Кэл кивнул, удовлетворившись полученным ответом. У меня так же не было вопросов, и к этому моменту я ну очень сильно хотел перейти от обсуждений к действиям. Не такой я человек, чтобы с кем-то что-то обсуждать, планировать… Мне и моей головы хватает. — Жду распоряжений, командир Тайран.
А герои нынче быстро приспосабливаются — вон, как не него босс удивленно зыркает. А то ж, целый император в подчинении. Даже два, я себя посчитать забыл. Но что касается мага-исследователя и артефактора… Я наблюдаю в нашей палатке Гессу, которую никто не порывался выгонять, и Седрика, который, не стесняясь присутствия высоких чинов, работал с одним из своих артефактов. В принципе, такое усиление было обоснованным, так как в подземельях часто встречались элементы, которые не преодолеть одной лишь грубой силой, но то, что с нами идут именно эти двое, меня сильно удивляет. Это уже не мир тесен — это критическая нехватка кадров у людей, раз уж на то пошло. А ведёт нас их Босс, которого, как оказалось, зовут Тайраном, и словно всего вышеизложенного мало — он экс-глава гильдии магов Рилана.
— Выдвигаемся к главному входу, там пятнадцать минут на проверку снаряжения. Если кто-то не готов, ранен или устал — прошу сказать сейчас, будет проще подыскать вам замену. — Звучит-то здорово, да только менять в нашей маленькой группе некого и не на кого. — Никто не желает? Отлично.
И мы направились ко входу в подземелье. Предельно собранные, серьезные и готовые ко всему, что только мог нам предложить извращенный гений зверочеловека, вживившего в себя сердце подземелья и подчинившего пусть даже лишенную разума, но обладающую силой императора Целестию.
Меня сильно интересовало, как он это сделал, ведь только узнав, я смогу не попасться в подобную ловушку…
Глава 9. На дне. Часть I
С того момента, как мы спустились в подземелье, прошло всего полтора часа, но за это время мы проделали огромный путь. Кэл, действуя в авангарде при поддержке Малфии Эон, той самой женщины-мечницы, что хотела меня задержать, но, не успев сказать ни слова, была остановлена маркграфом, и Тайрана, руководящего нашей группой, легко уничтожали встречаемых нами порождений подземелья. Ну а если возникали проблемы, или мы попадали в окружение, — а такое в древних и опасных подземельях случалось сплошь и рядом, — в дело вступал я, обращая монстров в ничто на расстоянии. Даже напрягаться не приходилось, так как ровно до этого момента нам не встречалось ничего серьезного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот и он. Лабиринт. — Шедшая чуть впереди меня Гесса бросила взгляд в ту сторону, куда смотрели все остальные — и покачнулась, мгновенно потеряв равновесие, но её успел придержать Седрик. Артефактора тоже шатало, но было видно, что своё тело он контролирует на порядок лучше. Прямо как опытный боец… — Босс, предлагаю устроить пятиминутный привал для адаптации.
— Принято. — Тайран и сам заметил, какое влияние оказывало это творение чьего-то жуткого гения на людей. Особенно — на Гессу и Мефиса, закреплённого за нами алхимика. Ровно семь человек, но никого лишнего, будто операция планировалась не второпях за какие-то часы, начиная от момента нашего столкновения со зверолюдом и последующим походом в город за пополнением расходников, и заканчивая возвращением. При этом какое-то время можно было смело отбрасывать, так как маркграф прибыл точно не в тот момент, когда мы выдвинулись в сторону Рилана. — Золан, проверь пол.
Кивнув, я отошёл в сторону и, опустившись на колено, принялся прожигать плоть подземелья, которое, ко всеобщему сожалению, регенерировало так же быстро, как и полтора часа назад. Быстрый спуск? Увы и ах — сейчас мне пришлось бы потратить половину резерва лишь для того, чтобы прорыть тоннель длиной в десяток метров и поддерживать его хотя бы в течении минуты. Скорее всего, это наш общий враг внёс какие-то изменения в схему защиты своих владений, когда понял, что мне межэтажные перекрытия пробить гораздо проще, чем кому-либо ещё.
— Ничего не поменялось.
— Плохо. Но у нас всё ещё есть время…
В лучшем случае — семь с половиной часов при условии, что поднимемся на поверхность мы так же быстро, как спустимся. А если учитывать возможные сюрпризы, то на спуск у нас осталось часов шесть, не больше. Жить-то всем хотелось больше, чем исследовать непонятно что. Кроме, разве что, Гессы, на протяжении всего пути упоённо изучающей кусочек плоти подземелья, которое я отколол по её просьбе.
Оставшиеся минуты я потратил на пристальное изучение входа в лабиринт, представляющий из себя изогнутый, многогранный тоннель, сплошь покрытый зеркальной плотью подземелья. Изображение в нём отражалось не столь чёткое, как даже в неспокойной луже, но эффект всё равно был — непривычный к скоростному пространственному бою человек мог даже потерять сознание, а я, например, просто чувствовал себя некомфортно. А потом догадался закрыть глаза и распространить вокруг свою ману, «ощупав» тоннель впереди и определив, где вход. Что б вы понимали, несмотря на то, что глазами я видел, что дорога идёт прямо, настоящий тоннель тянулся куда-то влево, и петлял, словно до полусмерти перепуганный заяц.
— Зол, плохая идея. Там встречаются ловушки, замаскированные серебром. Как минимум, держи глаза открытыми.
— Я и серебро увижу. — Пожал плечами, решив сразу сообщить очевидное. Это новичок, который никогда не пытался «в сенсорику», мог бы пропустить пустоты, которые мана обтекает по широкой дуге, но я честно пытался добиться возможности видеть сокрытое без использования глаз. Честно — и неудачно, так как сенсорные способности не зря считались чем-то невозможным и уникальным. Пространство в радиусе пяти-шести метров от себя я в бою «видел» прекрасно, да и отголоски далёкой мощной магии мог ощутить, но не более. И ведь это при том, что мой контроль неуклонно рос с самого пятилетия. — Что ещё нас там ждёт?
— Ловушки, основная особенность которых — незаметность из-за всего этого. Ну и хитрая система порталов, ключ к которой мы подобрали ещё в первый поход.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я бы не сказал, что ключ — обнадёживающее заявление. Если наш враг там, внизу, то с него станется изменить систему.
Я бы так и сделал, если бы заполучил в свои руки разумное управляемое подземелье — и задачу не допустить противника вниз. Или поступил бы ещё проще, просто изолировав несколько последних этажей. Нет входов — нет и проблем, но тут вызывал некоторую неуверенность тот факт, что среди авантюристов ходили слухи, будто разумные подземелья не могут полностью исключить возможность добраться до своего сердца. Толстый такой намёк на тонкие обстоятельства в виде неестественного происхождения подземелий, но…
