– Нет, не буду, – зло оборвал ее Хьюстон. – Езжай одна. Я вспомнил о важном деле.
И пошел прочь. Совершенно не заботясь, что в этом районе его дорогие ботинки и модные часы делают его первоклассным кандидатом на роль жертвы ограбления.
Хотя… То, как он шел, говорило, что он не жертва. Нет, только не он.
Молли никак не могла решить, окликнуть его или нет, ведь у них были и другие планы на остаток дня. В конце концов, решила, что не стоит. Хьюстон что-то почувствовал и тут же попытался восстановить защитные барьеры.
Но почему? Что такое ужасное произошло с ним в детстве, раз он решил, что лучше жить в одиночестве, чем подпустить к себе другого человека?
– Подожди, – все же позвала она Уитфорда. – Я прогуляюсь с тобой.
Хьюстон обернулся, и девушке показалось, что он наблюдает за ее приближением с таким облегчением, словно не мог поверить, что кто-то готов разделить с ним тяжесть этого мира.
Глава 7
Хьюстон заметил, что Молли почти бежит, лишь бы не отставать от него. На самом деле ему сейчас хотелось провести часок наедине с боксерской грушей. Хотя, может, прогулка тоже сойдет, ведь надо освободиться от закипающего в нем гнева.
Как только Уитфорд услышал смех Молли, скрытой от него в клубке маленьких тел, он сразу почувствовал сильное желание испытать нечто, что всегда от него ускользало.
Человеку может казаться, что он оставил самое сокровенное желание в прошлом. Но это неправда. Желание продолжает жить в его сердце. Хьюстон очень хотел, чтобы мама его полюбила. Любовь матери. Его мама давно умерла. Уитфорд несколько лет назад нанял частного детектива, чтобы найти ее. К тому моменту он уже был уверен, что ее нет среди живых. Ведь в противном случае она рано или поздно разыскала бы его. Он тут же ушел бы от Биби. Он даже почувствовал легкое облегчение, когда детектив доложил о результатах расследования. Передозировка наркотиков. Смерть. Вот почему мама так никогда и не вернулась. С другой стороны, умерла она всего за пару лет до начала расследования, так что у нее было достаточно времени, чтобы наладить отношения с единственным сыном. Она не захотела. И Хьюстон оказался бессильным что-то изменить.
Ничто в этом мире не раздражало Хьюстона, который привык держать любую ситуацию под контролем, сильнее, чем это слово. Бессилие.
Хьюстон чувствовал, что его гнев потихоньку утихает. Они покинули район Нижнего Ист-Сайда и направились к офису «Второго шанса» в Ист-Виллидж.
– А я тут живу, – сказала Молли, когда они проходили мимо пятиэтажного кирпичного здания. – Не хочешь зайти на минутку? Познакомишься с Лысиком, кофе выпьешь.
Ну конечно. Она явно не собиралась спускать все на тормозах. Ей хотелось докопаться до его чувств. Нет уж. Не будет он брататься с ее лысой птицей, не зайдет на ее личную территорию, пусть даже ради чашечки кофе! С другой стороны, боксерская груша перестала справляться со своей ролью. Хьюстон никак не мог решить, что же ему делать дальше. А Молли восприняла его замешательство как знак согласия и уже отпирала дверь. У Хьюстона все еще была возможность отказаться, но он почему-то этого не сделал, хотя уже придумал нейтральную фразу «Как-нибудь в другой раз», но… Просто не смог.
Вместо этого он последовал за девушкой, чувствуя странное оцепенение, будто надеясь, что Молли именно та, кого он так долго ждал. Так, не задумываясь о последствиях своего поступка, он поднялся на третий этаж и подошел к дверям ее квартиры.
– Закрывай быстрее, – резко приказала Молли, когда он вошел вслед за ней. – Лысик.
И конечно же именно в этот момент из сумрака квартиры вылетел живой комочек с голыми крыльями. Он приземлился на плечо Молли, прикусил ее ухо и кинул на Хьюстона раздраженный взгляд.
– Боже милостивый, – вырвалось у Хьюстона. Но он понял, что не зря согласился зайти. Птица была уродливой – и при этом симпатичной. При виде очевидного обожания, с которым птенец смотрел на Молли, у Уитфорда немного поднялось настроение. – Прямо инопланетянин какой-то!
Было в этом летающем недоразумении что-то, что говорило: он встанет в любой момент на защиту своей хозяйки и будет сражаться за нее не на жизнь, а на смерть.
Молли провела Хьюстона по квартире, а попугай все это время оставался на ее плече. Он клевал девушку в шею и издавал хныкающие звуки, похожие на человеческие. Молли совершенно бессознательно гладила его лишенное перьев тельце, отчего птенец поглядывал на Хьюстона с нескрываемым самодовольством.
– Садись, – предложила девушка. – Я пойду приготовлю кофе.
Но Хьюстон остался стоять. Он никак не мог понять, является ли его согласие на этот визит одним из признаков надвигающегося слабоумия. Он внимательно рассмотрел постер с изображением летящего над долиной Наппа воздушного шара. Как у Молли получилось сделать эту маленькую квартирку такой уютной? Его жилище всегда было холодным и неприветливым. Наверное, все дело в букете свежих цветов, стоящем на кофейном столике между двумя креслами.
– Милый букетик, – с удивлением, услышал Хьюстон собственный голос.
– А? Это я себя балую! – прокричала Молли с кухни. – По дороге с работы я каждый вечер прохожу мимо цветочной палатки.
Хьюстон встал в дверях кухни, наблюдая за действиями девушки.
– А что, твой парень не покупает тебе цветов?
Вот почему приходить сюда было ошибкой. Их отношения становились слишком личными. Сначала эта беготня с червяком. Потом вальс. Когда Хьюстон кормил Молли из своих рук, он почувствовал пальцами нежность ее губ. Теперь он в ее доме.
Если бы они были старшеклассниками, то происходящее уже можно было бы назвать настоящими любовными отношениями. Но он же взрослый мужчина.
– Поверь, – пробормотала девушка, – мой парень никогда не дарил мне цветов.
– Правда? – И в его голосе прозвучало недоверие. Каким козлом надо быть, чтобы не купить Молли даже маленького букетика?! Если бы ее парнем был он, Хьюстон, она бы купалась в цветах.
Молли ставила на поднос кофе, чашки, вазочки с печеньем. Она так старалась сделать все красиво и аккуратно, что даже прикусила кончик языка. Потом девушка протиснулась с подносом мимо Хьюстона в гостиную, где поставила его на кофейный столик. Все было очень уютно и по-домашнему. Уитфорд прошел к дивану и сел, Молли в это время разливала по чашкам кофе.
– Он был не просто парнем. Мы собирались пожениться.
– Да? – Хьюстон сделал большой глоток и, обжегшись, поставил чашку на стол.
– Его звали Чак. Мы должны были обвенчаться и жить долго и счастливо. Знаешь, «пока смерть не разлучит нас». Вместо этого он обчистил мой банковский счет и уехал на Коста-Рику. А я распрощалась со всякой романтической чепухой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
