пошла волной. Он не отступил. Дом тоже.
– В этом и смысл того, чтобы быть домом, да? – спросил он, впиваясь ногтями в ладони. – Чтобы в тебе жили. Последний жилец здесь был в 1730-х, верно? Так разве тебе не одиноко?
Пятна света и тьмы заплясали по стене, когда тени поползли по окну.
– Мне вот одиноко. – Голос его был тих, но Мерритт знал, что дом его услышал. – Мне уже очень давно одиноко. Конечно, у меня есть друзья, коллеги, так что я не в полной изоляции. Но все равно это чувствую. Это глубокое, непроходящее одиночество. Такое, которое пустотой поселяется в костях.
Его мышцы настолько задеревенели, что рука дернулась, когда он двинул ею. Он осторожно приложил подушечки пальцев, сами пальцы, а затем и всю ладонь к стене – суставы ныли от того, как крепко он их сжимал.
– Я буду хорошо с тобой обращаться, если ты так же будешь обращаться со мной, – пообещал Мерритт. – Может… Может, нам обоим не помешает новое начало.
Комната затихла.
Он подождал. Сглотнул. Еще подождал.
– Должен признать, – хриплый смешок вырвался из его горла, – что крысы были весьма выразительны.
Комната скрипнула. Пульс Мерритта подскочил, но стена отодвинулась назад, за пределы досягаемости. Она двигалась все дальше, дальше и дальше, пока с щелчком не вернулась на место. Мебель встала по местам, хотя ковер остался перевернутым. Осторожно Мерритт ухватился за его край и расправил. Подняв голову, он увидел разноцветный шарф, лежащий на полу.
Тени исчезли.
Глава 9
29 октября 1833, Ливерпуль, Англия
Сайлас почувствовал, что наконец-то может дышать.
Он оставил все позади. Дом, прислугу, город, воспоминания. Сделка прошла мягко, почти без конфликтов. На этих стенах не висело портретов бывших лордов или почивших родных. Никакие нарисованные глаза не следили за ним, а стены пели от магии, которую он скоро вберет в себя. Да, он все оставил позади, кроме тел. Они сейчас были надежно укрыты там, где никто и никогда их не найдет.
Никто, включая персонал, который ему навязал Лондонский институт хранителей очарованных комнат. Он согласился на самый минимальный штат, потому что отказ от помощи выглядел бы странно. Горс Энд был примечательным особняком, зарегистрированным в ЛИХОКе, так что лучше ему будет играть по их правилам. Пока что.
Он прошел по коридору, окна которого выходили на восток, любуясь морозным осенним утром, ярко-белым небом. Сцепив руки за спиной, Сайлас улыбнулся, вдыхая холодный воздух, проникавший в дом через открытые рамы.
Здесь он был дома.
Звук приближающихся шагов заставил его замереть. Обернувшись, Сайлас увидел, что к нему подходит Стэнли Лиджетт, его управляющий. Лиджетт был единственным из всей прислуги, кого он взял с собой из Хенспика, – остальных юноша рассчитал и отправил в город. Здесь ему нужен был лишь самый основной штат: только те, чье присутствие было абсолютно необходимо. И Лиджетт – управляющему он всегда доверял. Он понимал больше, чем другие.
Когда Сайлас подошел к нему, Лиджетт поклонился.
– Прощу прощения за беспокойство, но экономка из Бостона прибыла раньше.
– Неужели? – Сайлас сделал знак рукой, и двое мужчин пошли назад тем же путем, по которому прибыл Лиджетт. Он знал, что у ЛИХОКа есть дочерняя компания в Штатах – наверное, у них совсем не хватает персонала, раз пришлось приглашать кого-то из Бостона. Сайлас спрятал улыбку – для его целей даже лучше, если экономка будет не местная. И то, что ее ему навязали, даже не очень мешало; некоторые аспекты Горс Энда были ему все еще незнакомы. Когда Сайлас полностью поймет природу магии этого дома и проживет тут требуемое время, которое предписывали правила ЛИХОКа, он аккуратненько уволит их сотрудницу. Не нужно ему, чтобы всякие любопытные псевдомаги обнаружили, что чары внезапно исчезли из дома и обосновались в теле Сайласа.
Они спустились в утреннюю гостиную. Здесь возле дверей не торчали вечные лакеи, и Сайлас внутренне улыбнулся. Войдя в комнату, обставленную бело-зеленой мебелью, он тут же заметил молодую женщину, сидящую на кушетке.
Она немедленно встала, но еще до того, как Лиджетт успел ее представить, Сайлас сказал:
– А вы несколько молоды для экономки, не так ли? – ей было чуть за двадцать, максимум двадцать пять. Еще один повод радоваться – она была неопытна.
Женщина одарила его терпеливой улыбкой.
– Уверяю вас, я хорошо обучена как ведению хозяйства, так и чарам, лорд Хогвуд.
Лиджетт прочистил горло.
– Экономка, лорд Хогвуд. Миссис Хюльда Ларкин.
Сайлас кивнул, изучая женщину. Она была несколько высоковата, волосы стянуты в аккуратный пучок. У нее были острый взгляд и квадратная челюсть, а на слишком большом носу сидели очки.
Совершенно непримечательная.
– Прошу прощения за бестактность, – добавил Сайлас, – но, учитывая, кто ваш работодатель, полагаю, вы и сами владеете магией?
Ее щеки окрасил нежный румянец. Она расправила плечи.
– Раз я буду на вас работать, лорд Хогвуд, вопрос резонный. Я провидица.
Ему потребовалось сделать огромное усилие, чтобы лицо не дрогнуло. С провидицей может быть нелегко, если только у нее не какие-нибудь простые чары вроде удачи, как у него самого.
– Как интересно! И какой у вас аспект?
Все так же краснея, она ответила:
– Не стоит ждать от меня слишком многого, милорд. Мои навыки по меньшей мере слабы, у меня есть лишь чары предсказания.
Он секунду подумал об этом. Предсказания были привязаны к узорам – чайные листья, кости, даже обрезки ногтей. Пусть она и слабая, но, если эта женщина увидит что-то, что принадлежит ему, и заглянет в его будущее, все может пойти крахом.
Однако отказать ей – значило навести на себя подозрения, а учитывая исчезновение матери и брата, Сайлас не мог позволить себе лишних подозрений.
Кроме того… если она будет рядом, эффект ведь будет обратный, верно? Лишь человек ни в чем не повинный стал бы держать в доме провидицу. Если он мягко запустит слушок о своей новой прислуге, его репутации это только пойдет на пользу.
По крайней мере, она не психометрист, иначе его бы уже раскрыли.
– Что ж, добро пожаловать, миссис Ларкин, – он улыбнулся. – Мой управляющий покажет вам дом.
Повернувшись, Сайлас сжал плечо Лиджетта и наклонился к его уху:
– Передай горничным, что я хочу переговорить с ними с своем кабинете. Как можно быстрее.
Управляющий кивнул, и Сайлас вышел из комнаты. Да, горничные станут его защитой. Он будет содержать Горс Энд в безупречной чистоте, ни волоска, ни пылинки будет не видно. Ничего, что могло бы дать хватающейся за ниточки прорицательнице шанс заглянуть в его будущее.
