Она внезапно умолкла. Улыбка сошла с ее лица. Она едва притронулась к заказанной ею небольшой порции салата. Хэл же с удивлением обнаружил, что его тарелка совершенно пуста, хотя он не помнил, чтобы, слушая ее, что-нибудь ел.
— Значит, вы до сих пор остаетесь здесь из-за Тама? — нарушил молчание Хэл, убедившись, что она не собирается продолжать. Аджела, уже начавшая было ковырять вилкой свой салат, отложила ее в сторону с первыми словами Хэла и подняла на него глаза.
— Я появилась на станции из-за него, это верно, — ответила она. — Но я уже давно научилась видеть Энциклопедию его глазами, так, как должен был бы видеть ее и ты. И теперь, даже если бы здесь не стало никакого Тама Олина, я все равно бы осталась.
Она взглянула на свою прозрачную мисочку с салатом и отодвинула ее прочь от себя. Потом снова пристально посмотрела на Хэла.
— Энциклопедия — это надежда всего человечества, — проговорила она. — Ее единственная надежда. Я больше не верю, что решение проблемы может быть найдено в нашей экзотской среде или где-либо еще. Оно здесь. Здесь! И больше нигде. И только Там мог поддерживать эту надежду живой. Ты нужен ему.
Тон, которым она произнесла эти последние слова, резанул его. Он взглянул на нее и окончательно понял, что не может сказать ей бездушное «нет», во всяком случае, здесь и сейчас. Он глубоко и тяжело вздохнул.
— Дайте мне подумать еще немного, — сказал Хэл. Ему необходимо было как можно скорее уйти отсюда, пока у него не сорвалось с языка какое-нибудь нелепое обещание, которое он все равно не сможет выполнить. Он оттолкнул свое кресло от стола, по-прежнему не отрывая взгляда от ее лица. Он сообщит ей позже, уговаривал он себя. Позвонит из своей комнаты по видеотелефону и скажет, что потом непременно вернется сюда. Ведь даже видя друг друга на экранах, они будут находиться на большом расстоянии друг от друга, а это уменьшит ту огромную эмоциональную силу убеждения, которая сейчас исходит от нее и противостоять которой он пытается из последних сил. И тогда он сможет успокоить ее, пообещав когда-нибудь вернуться на Энциклопедию.
— Сейчас я пойду в свою комнату и хорошенько все обдумаю еще раз.
— Хорошо, — сказала она, не двигаясь с места. — Но только помни — ты слышал голоса. Теперь ты тоже все понимаешь. Не забывай, что таких всего трое — ты, Там и я. Подумай, чем ты рискуешь, покидая сейчас Энциклопедию. Если ты улетишь надолго, то за время твоего отсутствия состояние Тама ухудшится и он уже не сможет больше оставаться на посту руководителя. А к моменту твоего возвращения управление станцией окажется в руках Совета, который не захочет передавать его кому бы то ни было. Если ты сейчас улетишь, то, по всей видимости, упустишь свой шанс здесь. Навсегда!
Хэл кивнул и поднялся. Аджела также встала из-за стола, только очень медленно, и они вместе молча направились к выходу. Выйдя из столовой, Аджела нажала несколько клавиш на расположенной в стене панели управления, и снова перед ними возник тот же самый коротенький коридор, в дальнем конце которого находилась дверь, ведущая в комнату Хэла.
— Спасибо. Я позвоню вам сразу же, как только у меня будет что сказать, — проговорил он, стараясь не смотреть на нее.
Через секунду их глаза все же встретились. Ее открытый, обезоруживающий взгляд, казалось, пронзил его насквозь без малейшего усилия.
— Я буду ждать твоего звонка, — сказала Аджела.
Хэл шел по коридору, чувствуя спиной сверхъестественную силу ее взгляда. И лишь после того, как дверь комнаты за ним закрылась, он ощутил, что освободился от его магического воздействия. Хэл опустился в кресло рядом с кроватью.
Он был совершенно опустошен. Крайне необходимо, говорил он себе, найти способ посмотреть со стороны на ту ситуацию, в которой он оказался, трезво оценить свое положение и те надежды, что возлагали на него Аджела и Там. Разумеется, она не видит никакого смысла в его стремлении улететь отсюда. С ее точки зрения, возможности, которые открывает перед ним Энциклопедия, столь грандиозны, что сравнивать пребывание здесь и на Коби было бы просто нелепо. На Коби он сумеет найти лишь одно — место, где можно спрятаться.
Энциклопедия же предлагает ему, помимо этого, еще и надежное укрытие под защитой силовых панелей, покровительство обитателей научной станции — единственного объекта, который Иные, вероятно, никогда не смогут взять под свой контроль, а возможно, и вовсе не захотят брать. И потом, если Хэл останется и начнет работать на Энциклопедии, разве он будет представлять собой угрозу Иным? Он сможет стать для них угрозой, только находясь на их территории, на Молодых Мирах. Поэтому вполне вероятно, что, обнаружив его на станции. Иные просто оставят его в покое.
Между тем все возможности Энциклопедии были в его распоряжении. Уолтер любил повторять: погоня за знаниями — величайшее из всех приключений, когда-либо открытых человеческой расой. А воздействие на него Аджелы, особенно во время последней встречи, приобрело такую силу, что он уже почти потерял способность сделать самостоятельный выбор. Даже непродолжительный сеанс работы с Энциклопедией произвел на него огромное впечатление — словно ему дали поиграть со всей Вселенной...
Внезапно ему в голову пришло другое сравнение. Словно ему дали сыграть роль самого Господа Бога.
На Коби он будет чужим среди чужих — среди отбросов общества всех четырнадцати миров, ибо кто же отправится работать на шахты Коби, если можно найти себе дело где-то в другом месте? А здесь — Аджела... и Там.
Последние слова Аджелы подействовали на него особенно сильно. Она, конечно, права: если он сейчас покинет Энциклопедию, а Там умрет или уйдет с поста руководителя, то все шансы когда-нибудь занять его место будут потеряны им навсегда. Об огромной ответственности, связанной с пребыванием на этом посту, Хэл пока не думал. Но сам этот факт — оказаться в роли человека, кандидатура которого рассматривается на роль преемника руководителя Энциклопедии! Там Олин, похоже, был крепкий орешек — то ли от природы, то ли годы сделали его таким. Тем не менее Аджела, вне всякого сомнения, считала его достойным уважения и любви, да и сам Хэл, несмотря на непродолжительность их встречи, начал испытывать к старику теплые чувства.
Может, отчасти потому, что он напомнил ему Авдия. Наверное, Хэл сознательно искал черты своего учителя в облике руководителя Энциклопедии, и это вызвало в нем ощущение большей близости к Таму, чем предполагала сложившаяся ситуация. Но не это имело значение. Гораздо более важным представлялась сама Энциклопедия, а также то обстоятельство, что на ней существовала последовательность смены руководителей. И если у Хэла действительно имелись серьезные шансы с течением времени принять бразды правления из рук Тама, тогда...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
