в красной воде.
«Сейчас, сейчас.» Пошатываясь побрёл он в убежище. Завалившись на камни, он подложил зажатый кулак под голову и закрыв глаза, редко и шумно, страдальчески задышал.
«И что же это было? А это долбанная твоя спешка как всегда, была. Ни предохранителя, ни зажимов, тетива годна только для игры на гитаре, "прощание с Титаником", или в "каморке папы Карло" исполнять. Только на это ты и годишься, рукожоп чёртов. Это ж надо, чуть без пальцев не остался кретин, хорошо что в голову ничего не прилетело. Но ведь тетива не такая уж и тонкая, чтоб так отрезать, может оторвало? Через пару часов надо поглядеть что там, кровь должна остановится и перемотать же нечем.» Мысленно ругался Сашка, чувствуя как боль толчками набирает обороты. Он подумал над тем, чтобы прижать пальцы к каменной пластине, но отказался от этой идеи:
«А вдруг, эта непонятная хрень, прирастёт к пальцам. Так что, ну его нафиг, он потерпит и подержит.» Ситуация с каждым днём, становилась всё лучше и лучше. Сейчас к основным проблемам, добавилась инвалидность, да ещё какая.
Основная рабочая рука, можно сказать отвалилась на неопределённое время. А руки для Сашки, это всё. Как он схватил лопату этими руками в семь лет, так он её и таскал всю жизнь, особенно правой. Можно конечно временно воспользоваться пальцами ног, но эффект будет весьма не эффективный.
«Так что, делайте Александр Виталич ремешочек, подвешивайте больную ручку и развивайте ваши сенестральные навыки.»
Долго провалявшись и покрутясь с боку на бок, Сашка очень сильно захотел есть. Вся жижа в костре испарилась и угольки стали крошечными.
«Осталось без огня тут куковать, чёрт знает сколько и всё будет по высшему классу.» Принялся Сашка кидать осколки от валуна на угольки. Вовремя вспомнив то, что сейчас он очень лёгкая добыча, пристроил шит на правую руку и схватив копьё здоровой рукой, выбрался из укрытия. Оглядевшись вокруг, подошёл к арбалету и осмотрев, закинул его в лазейку жилища. На месте реабилитации Сашка заприметил нескольких крабов, сидящих на останках некрупных рыбок. Видимо эти морские разбойники были весьма неплохими охотниками, раз сумели поймать проворную рыбку. Наблюдение за пирующими членистоногими, навеяло одну идею, когда то срисованную с телевизора. Надо выложить из валунов лабиринт, поближе к берегу и кидать в центр лабиринта объедки и траву, может что то да клюнет на приманку. Легонько попробовав разжать уже затёкшие пальцы Сашка почувствовал, что они прилипли к ладони. Пришлось присесть и опустить руку в воду, через несколько секунд к ноющей боли, добавилось сильное жжение.
«Рановато, пока, пальцами двигать. Сами потом отойдут.» Решил Сашка держать ладонь пока что сжатой. Немного побродив по месту аварии, он пытался найти отрезанные куски своих пальцев, но видимо их кто то уволок, либо они улетели вдогонку болту. Сашка, загарпунил трех средних крабов на копьё и с шевелящимся шампуром, отправился в жилище. Там добил добычу, разложил её подальше от огня и стал изучать стрелковый инструмент. Побренчав на струне, убедился в её округлой форме.
«Неужели оторвало от силы хода? Ведь пальцы у меня находились в самом начале. Там силы той, должно быть немного.» Вспомнив как он пару дней назад, рабочим ножом брил бороду и резался от любого неосторожного прикосновения решил, что с острыми углами, тем более обработанного водой материала, надо быть очень осторожным. И тетиву на арбалет, надо делать толщиной минимум в мизинец, но придется пожертвовать отрезками от брони, для изготовки этой самой тетивы.
«Да, тут надо то, наскребем. Тут много чего надо помимо тетивы, защиту какую думать, пару пружин, стремя, прицел настраивать. Но должно получится, времени у меня сейчас уйма.» Прокомментировал мысли Сашка, переворачивая крабов.
С отвращением, невкусно пожевав надоевшую в конец крабятину, он снарядил больную руку щитом и пока светло, отправился сооружать ловушку для рыбы. Пробултыхавшись до темноты в воде, выложил из валунов подобие круглого лабиринта. Заткнул дыры в запруде камнями поменьше и накидал в центр ловушки внутренности, и остатки крабов.
«О, на такой балабасик, много трески сбежится.» Помечтал рыболов и с чувством удовлетворения, сильной жажды, и боли в руке, побрел к убежищу. Завалившись к костру пожевал клешню, поплевался, отвязал бронированные шорты от куртки и верёвкой перевязал кулак, дабы ночью случайно не истечь кровью. Саня вспомнил, что он давно уже не вспоминал родных, заброшенные домашние дела, и много чего прочего. Новая жизнь, потихоньку вытесняла из памяти былое. Так всегда, уезжаешь надолго и первое время звонишь, пишешь, а потом звонки и письма всё реже, реже и забыл.
Глава 16
Пробудившись от чувства сильного дискомфорта, Сашка при свете угольков осмотрел раненую руку. От сильной ломоты в суставах ему показалось, что ещё немного и рука навсегда останется сжатой в кулак. Надо срочно, не смотря ни на что, поработать пальцами и разогнать кровь. Он развязал верёвку, сходил к морю и недолго подержав руку в воде, вернулся к огню. С трудом, не полностью разжав задубевшие суставы, Саня осмотрел ужасные, но поразительно ровные срезы, на подушечках пальцев.
«Ахренеть, почти до кости сорвало! Это ж надо, так подставился балбес! Опасная штука получилась.» Радовало лишь то, что кожа по краям ран стянулась, после того как обсохла морская вода и сами раны обсохнув стали коричневого цвета. Это ещё раз доказало, что регенерация в этом волшебном месте и правда бешенная. Остаётся только обезопасить раны от попадания грязи и обеспечить пальцам покой. Сашка очень сильно хотел пить, горло и язык, были сухими и шершавыми как наждачная бумага. Скорей всего, сильное обезвоживание это последствие от потери крови. Вон её сколько на камне, под головой накапало, да и в море немало утекло. Но, с водичкой пока придется потерпеть, на водопой придется идти с рассветом. Рассвет самое хорошее время для безопасных прогулок, всё плохое прячется в тёмные места, а хорошее просыпается и радуется наступившему свету, порхая в солнечных лучах. А пока ещё темень, Сашка принялся отрезать тонкие лоскутики материала от своей походной сумки.
«Станет мала выкину чашку, перчатки сейчас важней. А чашу, всё равно надо делать другую, немного уже и поглубже.» Сашка решил привести в порядок свой походный инвентарь, параллельно с этим добыть необходимого эластичного материала, на свои новые потребности. Левая рука, неумело орудовала ножом, а правая служила тисками, зажимая заготовки либо ребром ладони, либо между большим и указательным пальцами. Конечно движение пальцами причиняли боль, но терпеть можно, уже не смертельно.
