От холодной воды захватило дух. Карик выскочил пробкой на поверхность и быстро осмотрелся.
Впереди, отдуваясь и фыркая, как тюлень, плыл профессор. Лысая голова его сверкала на солнце, как полированный бильярдный шар.
Загребая торопливо руками воду, Карик и Валя поплыли за профессором.
Но он, кажется, не видел ребят. Он вертел головой, выпрыгивал из воды, осматривался.
— Эге-ге-ге! — кричал Иван Гермогенович. — Где вы?
— Здесь!
— Здесь!
— Не отставайте!
Карик и Валя били руками по воде. Напрягая все силы, они старались догнать Ивана Гермогеновича, но он, как видно, был отличным пловцом. Расстояние между ним и ребятами увеличивалось с каждой минутой. Профессор уже подплывал к другому берегу, а Карик и Валя были еще только на середине.
Валя что-то крикнула. Тогда Иван Гермогенович повернул обратно и, поравнявшись с ребятами, поплыл рядом с ними.
— Ну как? — с беспокойством спрашивал он. — Не устали? Доплывете?
— Доплывем! — еле выдохнула Валя, пуская пузыри.
Карик повернул голову назад; он больше всего боялся, как бы красные муравьи не пустились в погоню вплавь.
На берегу суетились муравьи: они подбегали к реке, наклонялись к самой воде, осторожно вытягивали лапы, точно собираясь плыть, но тотчас же пятились назад.
Никто из них не решался войти в воду.
Измученные, усталые, путешественники добрались до другого берега и, шатаясь от усталости, побрели к полосатым камням.
Ребята сели на камни.
— Вот так война! — сказал профессор, наклоняясь над землей и выжимая воду из бороды.
Карик и Валя промолчали.
Они смотрели не отрываясь на тот берег, где взад и вперед бегали красные муравьи.
— А эти не плавают… муравьи? — спросила Валя, вытирая лицо руками.
— Нет! Эти не плавают! — успокоил девочку Иван Гермогенович.
— А я, — сказал Карик, тяжело переводя дыханье, — а я читал, что они, цепляясь друг за друга, устраивают мосты и так переходят через реки.
— Верно! — кивнул головой Иван Гермогенович. — Однако не так уж много, чтобы они могли построить такой мост… А вообще-то…
Профессор озабоченно взглянул на обложенное тяжелыми грозовыми тучами небо и круто повернулся к берегу.
— Нам, друзья мои, грозит другая опасность. Сейчас хлынет такой дождище… ай-яй-яй… Мы должны укрыться где-нибудь… И как можно скорее.
Валя засмеялась:
— Так ведь мы же все равно мокрые. Чего нам теперь бояться?
— Ты забываешь, — сказал Иван Гермогенович, — что теперь первая же капля дождя сшибет нас с ног, а следующие капли вколотят в землю. Ну-ка, друзья мои, смотрите лучше по сторонам, нет ли тут поблизости надежной крыши, где можно переждать дождик.
Не успели путешественники отойти от реки, как небо почернело, над вершинами травяных джунглей прошумел холодный ветер, и частый, крупный дождь забарабанил по листьям.
Но это были только первые капли.
— Скорей! — крикнул профессор. — За мной, друзья мои!
Он кубарем покатился вниз по крутому спуску, потом быстро вскочил и побежал дальше.
Ребята помчались за профессором.
Их голубые плащи развевались от ветра. Зонтики трепетали. Тонкие ручки зонтов выгибались дугой.
Вдруг профессор круто свернул в сторону.
— Сюда, ребята! — крикнул он, подбегая к серой высокой скале, которая вздымалась над долиной, точно силосная башня.
Вверху на скале лежала, как шляпа, огромная темно-коричневая глыба.
Издали все это было удивительно похоже на исполинский гриб.
Профессор подбежал к подножью этой странной скалы и, запрокинув голову, быстро осмотрел ее.
— Ну, право, это чудесно! — сказал он, потирая руки.
Карик и Валя подбежали к Ивану Гермогеновичу и разом крикнули:
— Что это?
— Что за скала?
— Не узнаете? — спросил профессор. — А ну-ка, взгляните на это чудо получше.
Скала уходила высоко в небо, и чем выше поднималась, тем она тоньше становилась.
Вверху, на высоте десятиэтажного дома, висела круглая пористая крыша. Она опускалась, точно поля огромной шляпы, намокшей от дождя. Черная тень падала от крыши до середины столба.
— Гриб! — закричала Валя.
— Ну, конечно, гриб! — рассмеялся Иван Гермогенович.
— А интересно, какой гриб? — спросил Карик. — Белый, подберезовик, мухомор, сыроежка?
Иван Гермогенович открыл рот, собираясь ответить, но тут хлынул проливной дождь. Голос профессора потонул в громовом шуме ливня.
Такого дождя ни профессор, ни ребята не видели еще никогда в своей жизни.
В воздухе со свистом и воем проносились тяжелые водяные шары и с грохотом падали на землю. Комья земли взлетали вверх, точно от взрывов снарядов. Еще не успевала грязь осесть на землю, как сотни новых водяных шаров, грохоча и воя, врезывались в почву, взрывая ее, разбрасывая, разбрызгивая.
Потоки воды обрушились на землю. И скоро мутная водяная завеса закрыла от путешественников весь мир.
Воздух внезапно похолодел.
Поеживаясь и поджимая ноги, профессор и ребята стояли, как гуси на льду.
Леденящий ветер поддувал сбоку, обдавая путешественников холодными брызгами.
— Хол-л-лодно! — лязгнул зубами Карик.
— Скверно, друзья мои, — сказал Иван Гермогенович и зябко передернул плечами. — Этак мы совсем окоченеем. Надо найти подветренную сторону гриба. Вот что… Ты, Карик, иди направо, а ты, Валя, — налево. Сборный пункт здесь. Взгляните, нет ли тут где получше местечка… Ну, марш!
Выбивая зубами барабанную дробь, ребята побежали вокруг гигантского гриба.
Валя обогнула толстый выступ грибной скалы. Ветер дохнул ей в спину и пропал.
За выступом было тихо.
Тут под ногами лежали сухие жерди и бревна. Земля была теплая. Ступая по ней озябшими ногами, Валя почувствовала, как она сразу же стала согреваться.
Это было самое сухое и самое теплое место под грибом, только здесь было немного темновато. Невысоко над землей толстая кожа гриба лопнула и свешивалась, точно навес над крыльцом, затемняя землю.
Валя забралась под навес.
— Сюда! Ко мне! — закричала она. — Палатку нашла! Здесь палатка! Идите ко мне!
С разных сторон гриба подбежали к Вале профессор и Карик.
![]()
Укромный уголок под навесом им сразу понравился.
— Очень неплохо! — сказал Иван Гермогенович, осматриваясь. — В этом павильоне можно вполне сносно переждать дождик.
Он подкатил под навес толстые, короткие стволы сухой травы, и путешественники удобно расселись.
— Я предлагаю, — сказал повеселевший Карте, — назвать этот приют путешественников «Гриб имени Вали».
— Я не протестую! — сказала Валя, очень довольная предложением Карика.
— Ну вот, — сказал профессор, — сейчас бы нам сюда по стакану горячего чая и…
Но он не договорил. На крышу беседки упало что-то тяжелое и с грохотом прокатилось над головами.
В воздухе мелькнула, свиваясь и скручиваясь в кольца, белая толстая змея с черной головкой. Она шлепнулась на землю, завертелась, заюлила у самых ног путешественников, точно собираясь напасть на них.
Ребята бросились к профессору и поспешно скрылись за его широкой спиной.
Но и профессор тоже испуганно попятился.
Змея была почти вдвое больше Ивана Гермогеновича и значительно толще его. Воткнув черную голову в землю и работая ею как буравом, она крутилась, извивалась и наконец ушла под землю.
— Ах, вот что! — пробормотал профессор.
Не успели путешественники опомниться от испуга, как сверху посыпался дождь белых змей, которые также быстро скрывались под землей.
Ребята бросились бежать.
— Куда? Куда? — закричал профессор. — Стойте!
Он схватил их за руки.
— Змеи! — захныкала Валя.
— Какие змеи! Чепуха! Это не змеи, друг мой, это самые обыкновенные личинки комариков.
— Комаров?
— Ну да! Личинки грибного комарика. Видите, — показал профессор рукой на шляпу, крышу гриба, — видите, как источили они гриб?.. Да вы не бойтесь, друзья мои! Они на вас даже и не посмотрят. У них сейчас своя забота… Пока земля мокрая, рыхлая, они спешат забраться поглубже в землю, чтобы превратиться там в куколок.
