Читаем без скачивания Вардес: Лик Бога - Олег Лукьянов

— Там тоже не поклоняются Дакрону?

— Не так давно в Ануминасе вера Дакрона тесно соседствовала с языческими культами. Мы закрывали на это глаза до тех пор, пока несколько лет назад вера в нашего бога была полностью низвержена. Большинство людей королевства стали поклоняться какому-то вымышленному божку. Культисты правят целым королевством…, — он вздохнул горестно, всем видом показывая, как ему жаль людей, поклоняющихся иному богу.

— Подожди, а что с третьим королевством?

— Варвары с севера всегда были язычниками, но свою веру они не распространяют, поэтому до них очередь дойдет, думаю, не скоро.

— То есть Империя хочет прибрать к рукам все земли, где не верят в её бога?

— Цыц, дурак! — рыкнул взъяренный Тзар. — Не тебе осуждать Империю!

— Простите, магистр, — смущенно склонил голову я. — Я неправильно выразился…

Не понимая, что делаю, я продолжал жалко оправдываться, но Тзар уже не слушал: отрешенно наклонил голову набок, внимательно изучая доску борта телеги.

Дорога изогнулась, сразу за поворотом меж деревьев вырос холм с огромным прямоугольным валуном. Камень возвышается над верхушками сосен, угрожая от порыва ветра свалиться на дорогу.

— Что это за камень?

— Не камень, а каменный страж.

— И для чего он?

— Видишь ли, он скрепляет землю…

— Что? — не понял я. — Как это?

— Этот мир не похож на другие. Твой мир — завершенный: огромный шар висит в пустоте, со всех сторон окружен другими, такими же и еще большим шаром – светилом… Ваше солнце греет поверхность земли, под ее лучами растет трава и деревья, животные растут, поедая ее…. Наш мир другой, он еще далек от совершенства. Наша земля плоская, и держится она не в пустоте, а в Великом Ничто.

Увидев мое скривленное, как от зубной боли, лицо, он заговорил быстрее:

— Не пугайся, тебя это трудно понять, но поверь все есть так, как я говорю.

На западе нашего мира простирается великий и единственный океан. Границы мира с той стороны стережет флот Светлых эльфов. Еще ни одной твари хаоса не удавалось далеко прорваться через них.

В центра мира — единственный материк. Наша империя находится прямо в его центре. Вся людская раса обитает в центре материка, на юге, севере и востоке обитают племена орков вперемешку с нежитью. Впрочем, кажется, ты их видел. Они тоже приносят пользу — защищают наш мир от воплощений хаоса, стремящихся разрушить зыбкое его существование. К сожалению, наш мир перестал строиться больше трехсот лет назад, маги Высокой скорбят, но ничего не могут сделать.

Сейчас мир находится в равновесии, но, я боюсь, очень шатком…

— Я мало, что понял магистр, — честно признался я.

— Поймешь со временем.

— Надеюсь.

Я отвернулся, стал разглядывать возвышающийся четырехгранный столб.

Интересно, каким образом, кусок камня может помочь этому миру?

— Он только на дороге?

— Нет, он опоясывает значительные и густонаселенные земли Империи. Люди под защитой камней могут спать спокойно, даже не держа в доме оружия. А вот на землях, где таких камней нет, творится безобразие…

— А откуда они тут взялись?

— Кто, Стражи? Они были поставлены богами, потом боги объяснили магам Высокой их устройство. И теперь мы сами создаем и раздаем всем желающим… разумеется, за плату.

— Погоди, так мы сейчас въезжаем на защищенные Стражами земли?

— Нет, стражи друг от друга находятся на определенном расстоянии и покрывают большие зоны. Короче говоря, они почти везде. В любом случае, не беспокойся — на свете нет столь безумных существ, которые осмелятся напасть на магистра Высокой, да еще с солдатами …, — он запнулся на середине фразы.

Я остро ощутил надвигающуюся угрозу, а по лицу Тзара понял, что он тоже.

В глазах потемнело, кровь ударила в голову, почувствовал, как со всех сторон нарастает давление. Еще несколько секунд, и невиданная сила расплющит, с легкостью ломая ребра, сдавливая в труху череп и все кости.

— Тревога! — гаркнули рядом, кажется, не только я понял, что нас ждет смерть.

— Поднимите щиты вверх!!!

Тзар — безмозглый глупец, думает, что от этой силы можно защититься. С трудом поднял налившуюся свинцом голову. И оторопел: небо над головой словно разверзлось, розовые облака в страхе брызнули в стороны, освобождая место оранжевому зареву. Оно быстро расширялось, разрастаясь до размеров в полнеба и отбрасывая на лица перепуганных, неуклюже копошащихся внизу людей желтые блики.

Непереносимо яркий свет стал собираться в пылающий шар. Перед тем, как тяжеленная голова окончательно перестала слушаться и упала на грудь, я увидел полыхающий огнем гигантский столп, с безграничной скоростью метящий в жалкую телегу, на которой мне хватило ума оказаться.

Огонь загорелся повсюду. Я видел, как несколько, раскинувших в ужасе руки воинов, сгорели в секунду до белых костей, лошади успели в последний раз истошно заржать прежде, чем от них остался голый костяк. Остов телеги не выдержал, она с треском подломилась, швырнув меня спиной о землю. Еще мгновенье, и остатки телеги превратились в черную труху, рассыпавшись на выжженной на метры вокруг земле.

Меня рывком подняли. Я впервые видел Тзара в таком состоянии: бледный с красными пятнами по всему лицу, в глазах видится паника. Отрешенно я бросил взгляд вокруг: повсюду труха и зола, кучки из костей и железа, бывшие когда-то доспехами.

Из всего каравана остались только мы вдвоем. Я с отстраненным удивлением заметил, что телега с боеголовкой вовсе не тронута огнем. Может, ее на этот случай маги успели зачаровать? Однако, судьба ее возничих не отличалась от прочих солдат — две кучки золы, несколько белых костей и черные, искореженные доспехи.

— Что это было? — хрипло выдавил я.

— Магический удар. Я спас твою жизнь, и теперь ты мой должник, — Тзар говорил обыденно, но видно, что внутри напряжен и сжат как пружина.

Я не успел расслабленно выдохнуть, как на нас со всех сторон бросились люди… Только что вокруг не было ни души, и вот в двадцати метрах, размахивая всеми конечностями, словно из воздуха материализовались уродливые твари. Не люди, а именно твари: жилистые, худые, с длиннющими, словно деревянными, руками бежали на нас прыжками.

— Гомунускулы! — вскрикнул Тзар, как показалось, в страхе перемешанном с удивлением.

Дальше события понеслись с небывалой скоростью. Ничего больше не видя, я судорожно ухватился за пистолет. Как будто крик Тзара разбил сковывающие меня оковы отрешенности. Краем глаза видел, как из его рук срывались пламенные стрелы. Один из гомунускулов лихим прыжком оказался рядом. Прежде, чем я испугался, невидимый удар Тзара отшвырнул его в сторону, второму — размозжил голову, словно вместо нее был гнилой орех. Что-то выкрикнул, но за грохотом выстрела я не расслышал.

Отдача пистолета чуть не вырвала его из рук. Гомунускул нисколько не озаботился взглянуть на дырку в груди, продолжил бежать на меня, как паровоз по рельсам. Удар мага оказался более действенным, сжатый в комок воздух, получив свободу рядом с гомунускулом, разорвал магическое существо на части. Я судорожно оглядывался, еще не веря в исчезновение угрозы для жизни.

— Кажется, все, — с облегчением выдохнул я, медленно сползая на землю.

Тзар, посмотрев на меня бараньим взором, открыл было рот, как где-то рядом зазвучал рог. На холме показались похожие на людей существа, в доспехах и с мечами, но я не мог точно рассмотреть: у них была собачья, либо волчья голова. В уме пронесся образ с фресок из египетского музея, такие же существа были изображены на них…

— Это псоглавцы! — закричал я в страхе. Ожившие чудовища из Древнего Египта сожрут нас в два счета! Оглянулся, ожидая увидеть бледность и страх на лице мага, но его кривая усмешка немного меня приободрила.

— Они нападают волнами, аколит, — спокойно сказал он. — Это значит…

— Что это значит?! — вскрикнул я.

— Это значит, БЕЖИМ! — крикнул он, едва не оглушив. Его рука схватила мой локоть, увлекая меня в бегство.

Его крик прозвучал так властно и безапелляционно, что я, не пытаясь более понять происходящее, подчинился, как безвольная кукла, и бросился вслед за Тзаром. Не знаю, осмысленно ли он выбрал направление, но мы побежали в сторону далекой гряды гор. Я старался бежать так, чтобы не отставать от не очень выносливого с виду мага.

Магов похоже тут любят далеко не все, — думал я на бегу. — Надо будет потом расспросить об этом Тзара…

Сколько продолжался бешеный бег, не имел даже представления. Жгучая боль в боку едва давала возможность волочить ноги. А Тзар, несмотря на кажущуюся худобу, выглядит, как будто бешенный забег начался пару минут назад. Уверен, что лучший спортсмен нашего мира, будь он сейчас здесь, уже валился бы от усталости.