Командование войсками фронта, подвергая Зееловские высоты мощным массированным ударам артиллерии и авиации, помогало гвардейцам Чуйкова и Катукова ускорить продвижение вперед. И вот они наконец овладели этими, как выразился впоследствии Василий Иванович Чуйков, «дьявольскими высотами».
Гвардейцы-танкисты и пехотинцы, по-прежнему действуя плечом к плечу, вырвались к реке Шпрее, основными силами переправились через нее и вплотную подошли к Берлину. Жуков особо отметил действия танкистов Катукова в тех невиданных по напряжению и ожесточенности сражениях. «Следует подчеркнуть, — писал он в своих мемуарах, — значительную роль 1-й гвардейской танковой армии 1-го Белорусского фронта, которая, выйдя на юго-восточную окраину Берлина, отрезала пути отхода 9-й армии в Берлин. Это облегчило дальнейшую борьбу в самом городе».
Одними из первых начали катуковцы и боевые действия в самом Берлине. Каждое здание здесь было превращено в крепость. Танки, сопровождая пехоту, совместно с артиллерией выкорчевывали противника из этих крепостей. Они расползлись по многим улицам и медленно, но неудержимо двигались вперед. Действия армии подчас распадались на массу локальных боев. Однако нити руководства ими ни на секунду не выпускал из своих рук командарм Катуков. Он маневрировал резервами, организовывал взаимодействие войск, концентрировал силы артиллерии для расчистки проходов для танков. Армия пробилась в самый центр Берлина, когда пришло долгожданное — враг капитулировал.
— Открыть люки! — Это была уже символическая команда. Пришла Победа.
Катуков объехал соединения и части армии. На их знаменах сияли боевые ордена, почти все они имели наименования: Бердичевские, Черновицкие, Перемышленские, Висленские, Сандомирские, Лодзинские, Бранденбургские, Берлинские и другие. Надолго задержался он в родной 1-й гвардейской танковой бригаде. Теперь ее боевое знамя украшали шесть орденов: два ордена Ленина, ордена Красного Знамени, Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого. Во главе ее Катуков участвовал в битве под Москвой, в числе лучших соединений 1-й гвардейской танковой армии бригада прошла славный боевой путь вплоть до завершающих боев в столице фашистского рейха.
* * *После окончания Великой Отечественной войны Катуков командовал армией, бронетанковыми и механизированными войсками Группы советских войск в Германии. В 1951 году он окончил Высшие академические курсы при Военной академии Генерального штаба.
— Учитесь! — призывал Катуков увешанных орденскими планками друзей-однополчан. — Весь свой опыт нужно профильтровать через военную теорию. Тогда только он будет полезен для будущего.
Будущему Советских Вооруженных Сил была посвящена и вся дальнейшая деятельность Михаила Ефимовича. С 1955 года он был генеральным инспектором Главной инспекции Министерства обороны СССР, затем заместителем начальника Главного управления Сухопутных войск. В 1959 году ему было присвоено звание маршала бронетанковых войск.
Последние десять лет своей жизни Михаил Ефимович был военным инспектором-советником Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. В эти годы он много работал над обобщением и теоретическим осмыслением опыта боевых действий танковых войск в годы Великой Отечественной войны. Его статьи в военных журналах, да и мемуарные произведения содержат ценные положения для военного искусства, многие из которых и сейчас имеют большое теоретическое и практическое значение для Советских Вооруженных Сил.
8 июня 1976 года Михаила Ефимовича Катукова не стало. В комнате, где он умер, прикреплена к стене муаровая подушка. На ней ордена и медали. Их много. Среди них две Звезды Героя Советского Союза, четыре ордена Ленина, три ордена Красного Знамени, два ордена Суворова 1-й степени, орден Кутузова 1-й степени, орден Богдана Хмельницкого 1-й степени. И за каждой из этих наград — замечательные ратные свершения во имя торжества идей Октября, в защиту социализма. В Москве и других городах есть улицы и школы, носящие имя М. Е. Катукова. А на боевом пути 1-й гвардейской танковой армии во многих местах стоят на постаментах памятники воинам-танкистам — знаменитые тридцатьчетверки.
Имя Михаила Ефимовича Катукова среди тех, кого народ всегда будет чтить, окружать благодарной памятью.
Полковник в отставке
В. БЫСТРОВ
Маршал Советского Союза Кирилл МЕРЕЦКОВ
Боевые друзья, соратники называли его «маршалом северных направлений». Так уж сложилась военная судьба Кирилла Афанасьевича: будучи командующим войсками Ленинградского военного округа, он еще в советско-финляндскую войну одновременно командовал 7-й армией, на долю которой выпало прорывать линию Маннергейма на Карельском перешейке. Именно за те тяжелые бои, в результате которых пала разрекламированная «неприступной» мощная система долговременных укреплений, а затем был взят Выборг, удостоен командарм 2-го ранга Мерецков высшего отличия — звания Героя Советского Союза. И всю Великую Отечественную войну провел Кирилл Афанасьевич на северо-западном и северном участках советско-германского фронта. Он непосредственно причастен к разработке и проведению каждой операции, из которых складывалась битва за Ленинград, — Синявинских 1941 и 1942 годов, Тихвинских оборонительной и наступательной 1941 года, Любанской 1942 года, Мгинской 1943 года и операции по прорыву блокады Ленинграда того же года, Выборгско-Петрозаводской 1944 года. На заключительном этапе войны в Европе руководимые Мерецковым войска Карельского фронта осуществили Петсамо-Киркенесскую операцию, в результате которой были освобождены от гитлеровских захватчиков советское Заполярье и северная часть Норвегии… Из этих памятных вех его полководческой биографии с полным правом и основанием исложилось уважительное — «маршал северных направлений»!
7 июня 1897 года в семье крестьянина-бедняка Афанасия Павловича Мерецкова из деревни Назарьево Зарайского уезда Рязанской губернии (по современному административному делению Зарайский район Московской области) родился первенец, которого нарекли Кириллом. В свои семь лет мальчик помогал отцу пахать и боронить, с девяти участвовал во всех полевых работах наравне со взрослыми. Ни в своей, ни в соседних деревнях школы не было. С осени 1904 года ходил учиться грамоте к деревенскому грамотею-вояке, фельдфебелю времен русско-турецкой войны. В 1906 году открылась земская начальная школа в родной деревне. Четыре школьных зимы провел в ней Кирилл, и, хотя его очень тянуло к знаниям, дальше учиться было негде. А когда ему исполнилось 15 лет, отец, чтобы хоть как-то облегчить жизнь многодетной семьи, сказал: «Ты, Кирюха, уже большой. Сам видишь, как трудно прокормиться на нашей земле. Иди в люди. Учись, приглядывайся».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
