Я ведь только мешать буду. Не считай меня столь неразумной.
— Хорошо, коль так, — меня поцеловали в макушку. Даже сквозь пуховый платок почувствовала тепло от губ Валтэора.
— А вдруг вас убьют? — прошептала хрипло, не смея повернуться и взглянуть в глаза охотнику. Я понимала, что вот-вот разрыдаюсь. — Вы ведь невольники, по сути. Как решили сопротивляться рабским печатям?
— Поэтому и хотим напасть неожиданно — среди ночи. Есть шанс, что большинство из верхушки будет спать. Удастся устроить быструю зачистку.
— Не слишком ли самонадеянно? Мне кажется, вы недооцениваете противника. Если власти додумались до создания живых мертвецов, то неужто о своей безопасности не подумали?
— Мы это понимаем, но и сидеть сложа руки не вариант.
— У вас нет плана, а это может означать гибель. И как мы без вас?
— У тебя есть предложения?
— Если бы были… — вздохнула печально. — Может, других звероловов подключить? Всё же, у толпы больше шансов.
— Мы думали, но нас могут поджидать у домов братьев по несчастью.
Куда ни кинь, везде клин. Ситуация, действительно, была патовая.
— Но ты не думай, что мы в одиночку пойдём, — Валтэор развернул меня лицом к себе и улыбнулся. — Да и готовились мы к восстанию. Не думай, что не предвидели нечто подобное. На нашей стороне есть и маги, и простой люд. Мы отправляемся на битву не жалкой кучкой.
— И они не испугаются? Какой резон им идти с вами рука об руку против власти?
— Флорания, ты просто не знаешь масштабы зачисток. Каждая семья потеряла члена семьи, а то и не одного. Многие на правительство острый зуб имеют. Плохо, что всё в спешке делать приходится, многие ходы мы не успели просчитать, какие-то нюансы учесть, но уж в соратниках уверены. Ваша задача — не соваться в эпицентр войны.
— Но печати… — проговорила жалобно.
— Их невозможно снять или вырвать из магического поля, как ты уже знаешь, но есть способ заглушить приказ хозяина. Ненадолго — всего на пару секунд, но даже это отличный шанс.
— И как же?..
— Артефакт. Один сильный и очень одарённый колдун создал его пару лет назад. Мы незаметно провели испытания и убедились, что кристалл работает.
— Мне страшно. Я так привыкла бояться, но каждое новое потрясение буквально все соки выпивает.
— Поэтому мы идём на бой, Лора. Чтобы наши любимые больше не жили в страхе.
Я уставилась на Валтэора, хлопая ресницами. Мне не послышалось? Охотник улыбнулся и медленно наклонился к моему лицу, опалил кожу горячим дыханием, заставил сжаться от сладостного предвкушения. И тут его губы мягко коснулись моих. Весь мир в это мгновение замер, а внутри, напротив, будто всё ускорилось. Эмоции лавиной обрушились на дрожащую меня, норовя оглушить. Я задержала дыхание, когда язык Валтэора скользнул мне в рот, даря настолько странные ощущения, что голова шла кругом. Я не сопротивлялась, наслаждаясь каждым мгновением, ждала продолжение с замиранием сердца, предвкушая нечто особенное.
Так, вот каково это, когда тебя целует любимый мужчина. Жарко, приятно, нежно. На секунду мне показалось, что горячая волна, накрывшая нас, растопит даже снег в стылом лесу. Я не понимала, почему мне так тепло, почему по коже бегут мурашки. Наверное, так и должно быть…
Но вдруг Валтэор резко разорвал поцелуй, хватаясь за грудь и падая на колени.
— Что с тобой?! — воскликнула, опускаясь рядом с ним.
Зверолов хватал холодный воздух ртом и хрипел. На мой крик прибежали остальные. Они тоже прощались с близкими. Каждый понимал, что может не вернуться и больше не свидеться с любимыми.
— Флорания, что здесь произошло? — Одестор попытался поднять Валтэора.
— Я не знаю! — воскликнула, заламывая руки от страха. — Мы… Я… Он резко упал!
Как я могла сказать, что до этого мы страстно целовались?
Поднялся шум и кутерьма. Валтэор уже потерял сознание, и его отнесли в дом к брату, куда пригласили целителя.
— А вдруг власти нашли способ убить вас на расстоянии? — проскулила я, испуганно глядя на Одестора.
Мужчина нахмурился. Видно, что он не исключал такую возможность.
— Что с ним? — спросили мы в один голос, едва целитель вышла из комнаты.
— Рано делать выводы. Я впервые подобное вижу. Но он жив, — уверенно проговорила женщина, чем немного нас успокоила.
— И что же вы увидели при диагностике? Что вас настолько озадачило? — поинтересовался Одестор, не торопясь заходить к другу.
— Его энергетическое поле. Оно стало иным и теперь отличается от вашего. У звероловов потоки изломаны из-за рабских печатей, поэтому при использовании магии боевики часто получают лихорадку. Каждая манипуляция их истощает столь быстро, что в поединке со здоровым боевым магом им и минуты не продержаться. Но сейчас… Потоки стали целостными и ровными. Здоровыми, — закончила целитель и странно посмотрела на меня. — Он ведь с тобой был перед тем, как сознание потерять? — спросила она. Я лишь кивнула. — И что же ты, девица, сотворила?
— Я не…
Увидев мой перепуганный взгляд, целитель поспешила успокоить:
— Не думай, что кто-то виноватит тебя. Я не обвиняю в чём-то нехорошем. Напротив. Кажется, Валтэор лишился рабского клейма, и мне интересно, каким образом.
Все замерли, глядя на меня потрясённо.
— Я всего лишь хотела, чтобы его печать исчезла, — пискнула, втягивая голову в плечи.
— Хочешь сказать, тебе удалось разрушить мощную магию при помощи одного лишь желания?
— Я не знаю…
— Одарённые маги ломали голову, но так и не нашли решения. Никто не смог удалить метку из энергетического поля, а простой накопитель…
— Подождите, но у некоторых звероловов жёны тоже накопители. Хотите сказать, что они не хотели избавить мужей от рабского клейма?
— Дело не в этом, — покачала головой целитель. — Всем ведь известно, что иногда происходят мутации. Так появились поглотители. Но Флорания не показывала свойств второй волны мутации. Возможно, она первый представитель некой третьей разновидности?
Народ потрясённо молчал и глядел на меня, как на диковину. От этих взглядов хотелось убежать.
— И порталы ей подчиняются, — добавил Одестор. — Кто знает, на что Флорания ещё способна. Вдруг в наши руки попал драгоценный артефакт, способный переломить ход противостояния?
— Всё может быть, но учитывая новые вводные, переворот стоит отложить. Хотя бы до того момента, как не очнётся Валтэор.
На этом народ разошёлся по домам, а я отправилась к своему любимому мужчине. Он всё ещё был без сознания, и это напомнило мне, как я ухаживала за ним после ранения. Только тогда было понятно, что предпринять, а сейчас…
Опустившись на стул, взяла холодную руку в свои ладони и принялась перебирать шершавые пальцы, привыкшие держать оружие. И тем не менее эти пальцы могли быть нежными, несмотря
