мы с вами из разным миров, и вряд ли когда-либо друг друга поймем.
– Почему? – замирает на месте.
– Вы относитесь ко мне как к человеку более низкого порядка, причем основываясь исключительно на своем финансовом благополучии. Вы искренне считаете, что человек, у которого много денег, он априори лучше остальных. А я так не думаю. И мне рядом с вами некомфортно. Вы себя ведете как павлин с постоянно распушенными перьями.
Молчит. А я думаю о том, что наверно зря выдала эту неприятную правду. Но, с другой стороны, лучше один раз сказать все как есть, и не пытаться юлить, не пытаться из квадрата сделать круг, а из ромба – многоугольник. Феликс не понимает почему я им никак не впечатляюсь. Вот я и объясняю. Чтобы он свои планы строил исходя из этой истины.
– Ну хорошо, – вздыхает, – Допустим мы из разных кругов, миров… И что, тебя совсем не жмет если я, например, найду себе жену?
– Я не понимаю что вас в этом смущает. Если говорить об отношениях между мною и вами, то они никак не поменяются. Хоть у вас восемь жен. Для меня, да и, думаю, для вас важнее всего чтобы ребенок считал что у него есть мама и папа. И если ваша жена не будет обижать Рому, то почему я должна быть против нее?
– Ты даже не ревнуешь…
– Ревнуют в отношениях, – пожимаю плечами.
– Ты и правда далека от моего круга, – неожиданно смеется, а я едва заметно вздрагиваю. Будто бы я сказала какую-то глупость. Феликс же продолжает, – Любая девушка, оказавшись на твоем месте, приложила бы все усилия, какие только можно, чтобы закрепиться рядом со мной в официальном статусе. Потому что это деньги, это возможности… К тому же, ты даже не представляешь, какие горизонты в будущем откроются перед Ромой.
– Я не разделяю восторга относительно сына. Вы его будете баловать. И я боюсь что он вырастет в мажора или что похуже. Мне думается что там где большие деньги, там много соблазнов… И далеко не всегда деньги приносят счастье. Пресыщение, вседозволенность, да… Но счастье… Я не знаю как надо будет воспитывать Рому, чтобы избежать всего этого, – очистив ребенка, смазав все складочки, я пеленаю его, – Вы его попросту избалуете. Так что я опасаюсь не того, что вы женитесь. А что ваше влияние на ребенка будет отрицательным.
– Нет, я таких как ты еще ни разу не встречал! И знаешь, что, Даша! Это не комплимент!
– Ничего страшного, я переживу, – не выдерживаю и начинаю смеяться. А Феликс не смеется, он смотрит на меня мрачный. Сейчас точно досмеюсь до того, что он меня выпрет. Скажет, раз деньги человека не делают лучше, езжай к маме. Это будет логично. Но как ни странно этого не происходит:
– Мой юрист подготовит все необходимые документы на Рому… Теперь о деньгах. Ты должна одеваться, что-то есть, ну в ресторанах я не знаю… Иметь личные деньги. Вот та карта, что я тебе давал ранее, это безлимит. Ты что угодно и сколько угодно можешь купить на нее…
– Ладно, – пожимаю плечами.
– Только пользуйся ею. И пожалуйста, не надо чтобы отец привозил твои старые вещи. Я чуть со стыда не сгорел.
Глава 25. Феликс
С ума сойти! Вот же пигалица из панельного дома! То есть я мужик, я имею деньги, возможности, я практически спас эту мадам от бесчестья… И что в итоге? Я должен перед ней едва ли не извиняться! То есть она ставит условия! Возмутительно!
Что самое интересное, мне никто никогда не возражал. Все мои женщины были как шелковые! Ласково смотрели в глаза, при одном только намеке бежали в постель… Одна даже пластику сделала, чтобы быть похожей на мою бывшую, потому что считала что такой типаж мне нравится больше всего.
А эта самая Даша… Кстати именно Даша! Не Снежана, не Изабелла, не Анжелика… А, мать его, Даша! Так вот, эта самая Даша живет как хочет и даже не думает меняться, подстраиваться. И сидит довольная! У нее нет ни больших губ, ни выразительных скул, она не колола в себя ботокс… Нет! Я не хочу сказать что это плохо. По нашим временам это круто! Но я совершенно отвык от женщин, которые не пытаются «показать товар лицом». В моем окружении таких не осталось! Даже мои горничные, и те все после пластики.
Самое забавное что Даша просто красивая. Родилась такой! Причем красота у нее… Пшеничная что ли. Я этот тип так называю. Светлая кожа, русые волосы, светло-карие глаза. Вот только характер. Характер мне нравится и не нравится.
С другой стороны, еще посмотрим, как она себя поведет когда осознает сколько денег на карте. А там больше чем стоимость квартиры ее родителей. И как только она выяснит что может потратить все… Вот тогда и посмотрим, насколько она благородная. Это все от бедности, это псевдоблагородство!
На следующее утро я решаю заглянуть к красотке. До работы. Думаю минут десять хватит. Включаю камеру на телефоне. Ага, проснулась. Сидит в кресле, ребенка кормит. Первая мысль – тут же запереться к Даше, но… Она мне пока что не жена. Так что надо бы соблюдать дистанцию. Хотя это возмутительно! Живет в моем доме, да еще и мать моего ребенка! А ведет себя как будто мы никто друг другу.
«Доброе утро, Даша, я сейчас зайду».
Пишу ей и снова включаю камеру. Она прочитывает сообщение, кивает, скорее сама себе, затем кусает губу. И печатает ответ.
«Доброе утро. Я кормлю Рому. Через двадцать минут пожалуйста»
Ладно, не буду наблюдать. Мне конечно интересно, но я чувствую себя немного школьником. Эх, жалко Рома еще такой мелкий! Что с ним делать? Как с ним взаимодействовать? Вот учился бы он уже в классе втором… Ну ладно, пусть не во втором. Пусть ему было бы лет пять. Это было бы интересно. А сейчас ему только мамка и нужна! Он же ничего не понимает, кроме того что хочет или есть, или спать, или какать.
Я подхожу через двадцать минут. Рома уже лежит в своей колыбельке, разглядывает подвешенные игрушки. А Даша, переодетая в спортивный костюм, что-то читает в телефоне.
– Привет, – оглядываю ее. Она убирает сотовый и кивает:
– Доброе утро, – и смотрит на меня. А в глазах читается: «Что приперся?». Ну да, а с другой стороны… Карточку с деньгами дал, и могу быть свободен.
– Какие у тебя планы на сегодня?
