А еще ты мне скажешь спасибо!
– Спасибо, – цедит сквозь зубы.
– Нет, искренне скажешь спасибо. Когда ты поймешь эту новую жизнь. Поймешь меня! Понимаешь?
– Феликс, у меня к вам вопрос… – кладет ребенка обратно в кроватку, – Вы хотите гармоничного общения, так ведь?
– Разумеется. Иначе я бы вокруг тебя не плясал.
– Вы пляшете? – мотает головой, да еще и глаза закатывает, – Вы только от меня требуете понимания! При этом сами не делаете ничего! Вы не ищите точек соприкосновения!
Эта претензия меня выбивает из колеи. Как так ничего не делаю? Что за бред?
– Я же тебе денег дал!
– А что кроме денег и кучи претензий? Или у вас все исключительно в деньгах измеряется?
Глава 28. Феликс
Я не могу понять эту женщину! Что ей вообще надо? Самое обидное, я опытный, умный, видавший жизнь человек. И впервые наталкиваюсь на подобное!
И обсудить это не с кем… Кроме брата конечно. Хотя на самом деле я его не то чтобы не считал никогда шибко умным… Нет, он умный. Только ум у него какой-то другой. Он смотрит на мир менее цинично, не так как я. И не настолько потребительски.
На следующий день я встречаюсь за обедом с Вовой. Он парень тонко чувствующий, весь такой в искусстве, может что интересного все-таки скажет…
– Хочу поговорить с тобой кое о чем, что меня волнует, – мы сидим в ресторане, на высоте птичьего полета. Я смотрю на облака, которые едва ли не на моем уровне.
– Кое о чем? – брат вскидывает брови, – Когда ты так начинаешь, то значит речь идет о чем-то, что не касается дел. Неужели проблемы с женщиной?
– Угу, – киваю. Знает меня как облупленного, – Ухаживаю за девушкой, а она… Она какая-то избалованная! Чего-то хочет, а чего – непонятно! Я уже устал за ней бегать. Предлагал ей все…
– Погоди, – Вова показывает мне жестом, чтобы я замолчал, – Давай начнем сначала. Имя у этой девушки есть?
– Есть. Даша.
– И где ты выкопал эту избалованную Дашу? – нам приносят меню. Я машинально забираю его из рук официантки и кладу перед собой.
– Это мать Ромы, та самая девушка из панельного дома, – ядовито отвечаю, а Вова аж замирает с меню в руках.
– А когда ты за ней ухаживаешь, ты так к ней и обращаешься?
– Как обращаюсь? – мрачнею.
– Ну, намекаешь что она не во дворце родилась, – в голосе Вовы проскальзывает осуждение, а я открываю меню и начинаю его листать, стараясь делать вид, что не замечаю этих ноток.
– Слов из песни не выкинешь, – пожимаю плечами, – Я наверно закажу суп из гребешков.
– Заказывай, – кивает.
– Ну что ты на меня так смотришь? – нет, нервы у меня не канаты, – Хочешь сказать что я с женщинами общаться не умею? Да я вообще сделал ей одолжение!
– Какое?
– Я ее пустил к себе жить! – звучит конечно так себе. Но должен же я привести хоть один аргумент! Только Вову он не впечатляет.
– Она просила тебя об этом? – улыбается. С издевкой улыбается.
– Не просила, – откашливаюсь, – Но я ей купил шмоток на два миллиона, а она…
– А ей они нафиг не нужны, о чем она тебе и сообщила.
– Да. Я думал после подобного шопинга она станет… Мягче, – пожимаю плечами, – Но она не стала мягче. Она несет какую-то околесицу, что-то там про аморальность!
Я снова начинаю злиться. Только теперь, слушая рассуждения самого себя, я начинаю чувствовать, что кажется дело не только в том что Даша странная или вредная… Кажется я тоже косячу.
– То есть ты ей покупаешь то, что ей не нужно и требуешь при этом благодарности и понимания?
– Я не знаю что ей нужно. Я даю ей то, на что у меня имеются ресурсы.
– Ну смотри, билет на мой концерт стоит пятьдесят тысяч рублей. Но так как я тебя очень люблю и уважаю, я буду играть тебе аж сутки совершенно бесплатно. Согласен? – смеется, а я не смеюсь.
– Извини, но мне твои «ля минор» осточертели еще в детстве. Так что, будь другом, не предлагай такое даже в теории, – и я говорю это совершенно искренне. Потому что может мне бы и нравилась инструментальная музыка, если бы Вова не репетировал практически круглосуточно все мое детство и юность. Да еще и с таким рвением что иногда даже соседи по батарее стучали. А мне хотелось стукнуть его. Только мама не разрешала, верила что он станет настоящим талантом и завоюет большую сцену. А то что у меня может крыша поехать, так это ничего.
– Параллель провел?
– Это не параллель. Ты меня в свое время задолбал своим пианино. А я человеку дорогие вещи предлагаю!
– Человеку нужны эти вещи, как тебе – мое пианино! – у Вовы кажется терпение тоже начинает заканчиваться. Бесится что я не особо понятливый, – Даришь всякую чушь, да еще и унижаешь при этом, демонстрируя, что ты круче, богаче. Делаешь одолжение что опускаешься до нее. А она тебя не заказывала.
– Ну хорошо, – в целом Вова прав, другой вопрос что мне не приходилось общаться такими девушками, кто оскорбился бы подобным. – Допустим Даша не такая. Но как с ней общий язык найти?
– Зачем тебе находить с ней общий язык?
– Она мать моего ребенка! – вспыхиваю. – Это между прочим долгосрочный проект. А ребенок у меня один.
– Ну и что? Она же не отказывается сотрудничать с тобой.
– Это не то сотрудничество!
– Ты либо ей предложи зарплату, ну не знаю, на оклад посади. Либо ищи подход. Узнай что она любит, поговори по душам. И поменьше выделывайся. Это твои «прости господи» ведутся на шелест купюр, им больше ничего не нужно. А приличные женщины… Это совсем другая история. В конце концов без взаимного уважения с ней вряд ли что-то получится.
Разговор с братом заставляет меня всерьез задуматься. Я представления не имею, как поступать в подобных ситуациях. Последние лет десять общение с девушками у меня было легким и ненапряжный. Они сами шли на уступки, сами сближались… А тут я должен искать подход.
У меня нет идей. Я не знаю что мне делать. Хотя… Мне в голову приходит единственная более-менее светлая мысль. Что, если навестить Дашиного отца? Самый простой способ понять что хочет девушка и чего она ждет от кавалера, это поближе познакомиться с ее родителями.
Правда, если следовать этой логике, а я ей чаще всего и следую, то как раз-таки я все делаю правильно. Мать только почувствовала отдаленный запах денег,
