больше не существует.
Устав с ним спорить, я решаю что буду делать то что он хочет. Это тот случай когда проще согласиться, нежели объяснять что не так. Он не понимает! А самое главное, понимать не хочет.
Поэтому, когда Феликс уходит, я вытаскиваю из шкафа все купленные тряпки и еще раз их перебираю. Затем оглядываю квартиру, снова обращая внимание на ее вызывающую роскошь. Понять Феликса можно. Дом этот элитный, для миллиардеров. Конечно же он хочет, чтобы его женщина, или гостья… Не знаю как правильно себя обозначить, в общем чтобы я выглядела, не привлекая внимания со стороны соседей. Очевидно что все остальные одеваются в самые дорогие наряды… И если я выйду «в свет» в обычной одежде, это может вызвать вопросы, неприятную для Феликса ситуацию.
Следом у меня возникает вопрос: а какая разница между платьем стоимостью в пять тысяч рублей и пятьсот? Я не вижу… Но скорее всего остальные видят.
Поэтому, на следующее утро, собрав волю в кулак и мысленно перекрестившись, я надеваю это супер дорогое платье. Что ж. Оно мне идет, уже неплохо. А еще радует, что я знаю куда мне в нем идти – пить кофе в кафе во дворе этого дома. Прогуляюсь с Ромой. Уже впечатления.
Надо еще квартиру запомнить и этаж. А то так и останусь плутать, пока не хватятся.
Когда я собранная и одетая иду к прихожей, мне преграждает дорогу охранник. Видимо у них распоряжение, никуда меня не пускать. Боятся что или сбегу, или потеряюсь.
– Дарья, куда вы собрались? – вид у мужчины крайне серьезный, – Я могу сопроводить вас?
Пару секунд подумав, я уверенно киваю:
– Можете. Я тут ничего не знаю, а Феликс сказал мне исследовать двор дома. И заглянуть в кафе.
Мужчина тут же расплывается в улыбке:
– Тут не сложно, идемте.
Мы направляемся в тому же лифту, только нам надо не на минус второй этаж, а на первый. И когда двери открываются, то я вижу необыкновенной красоты фойе. Это не подъезд… Это что-то типа янтарной комнаты! Даже не знаю с чем еще сравнить обстановку.
Сидящая за стойкой из зеленого камня девушка-администратор вежливо здоровается, и охранник, представившийся Петром, сопровождает меня во внутренний двор. Тут и правда другой мир. Я вижу несколько гуляющих с колясками мамочек, детскую площадку, сквер. А вон и красивая вывеска, кафе.
Я без приключений добираюсь до него, где и заказываю раф. Есть мне не хочется. Ребенок дремлет, а значит можно немного посидеть за столиком. Петр остается на улице.
Однако все счастье и покой заканчиваются из-за звонка матери. В первый момент я думаю что она хочет поинтересоваться как я и Рома, но…
– Привет, Даша, что делаешь?
– Привет, мам, – улыбаюсь, – Я гуляю с Ромой, мы в кафе зашли.
Очень быстро выясняется, что я сообщила об этом совершенно напрасно.
– То есть ты наслаждаешься жизнью, пока мать тут на работе надрывается? А я может тоже хочу в кафе!
Эта претензия меня выбивает из колеи. Я вдруг чувствую себя виноватой, но, с другой стороны, а как я помогу матери? Карточка-то она конечно вот. Но я не могу снимать или переводить с нее деньги. Только оплачивать те или иные покупки. Да и как оно будет выглядеть, если Феликс мне ее дал для определенных целей?
– Мам, это не на мои деньги кафе. Да и я первый раз из квартиры вышла…
– А на чьи деньги?
– На деньги Феликса, на чьи ж еще?
– Так он твой любовник! Ты что, не можешь сказать ему что родители нуждаются? Ты такая эгоистка! А я знала, я чувствовала, что ты та еще… – мать из меня практически никогда не тянула деньги. Но у меня их и не было раньше… А теперь, видимо, она считает что я стала богачкой. Только это не так. – Ты жадина. Только все под себя гребешь!
– Мам, у меня карточка, которая полностью контролируется Феликсом!
– Значит заведи свою! Потребуй!
– Я не могу, – кусаю губы. От такого неожиданного напора мне становится жарко. Я не знаю как помочь маме. Просто не знаю! Да и раньше помощь ей была не нужна…
– Ты не женщина! Ты половая тряпка! Вот кто ты! Ни ума, ни чести, ни гордости!
Обвинения матери звучат так обидно, что у меня появляется в горле комок. И что самое обидное, она знает как был зачат Рома. Только не верит.
– Он мне не любовник, – говорю едва слышно, чтобы не смущать других посетителей. Все-таки это кафе, где сидят такие же мамочки как и я.
– Значит ты еще большая дура, нежели я думала!
– Хорошо, я дура, – спорить бесполезно. А успокоить мать очень бы хотелось. Но кажется она звонит не для того чтобы скандалить. Ее цель – выбить деньги. О чем она честно и сообщает:
– Переведи мне хотя бы пятьдесят тысяч рублей.
Хотя бы…
– Но у меня нет ни копейки… Да и как я попрошу, мам?
– Как? Словами! А еще лучше, не выделывайся, а покажи что могут приличные девушки! В конце концов, ты сколько была замужем, так ничему и не научилась? Дуреха!
От слов матери я краснею. Сжимая в потной ладони трубку, я растерянно смотрю по сторонам, боясь, что кто-то услышит разговор.
– Мама…
– Не зря от тебя Максим ушел. Ты дура и лентяйка. И этот уйдет, помяни мое слово!
– Мам, хватит! – шепчу.
– Не хватит! Я жду деньги. И сегодня же!
Глава 32. Феликс
Ну мамаша у Дашки и крыса! Давно таких не видел. А что самое прекрасное, с трудом ноги унес. Вроде бы и достиг всего в жизни, и охрана, и прислуга… Но чтобы от бабок сбегать – это что-то новое.
Кивнув охраннику, быстро направляюсь к лифту. Слава богу он стоит на этом же этаже, так что через пару минут мы уже запрыгиваем в автомобиль, который уносит нас от этого безумного панельного дома.
Разговор с матерью крутится у меня в голове. Что я могу сказать? Во-первых, она редкостная дура. А может и не дура, а вредительница. Такие мне тоже на жизненном пути попадались. Когда человек не хочет счастья своей дочери, завидует и делает все возможное, чтобы рассорить с женихом или мужем.
Но тут еще примешаны деньги. Мамаша мечтает крупно заработать. Только я таких стерв содержать не собираюсь. Была бы нормальной, другое дело. И зачем она вообще на Дашу наговаривала? Нет у нее никаких «женихов», да и в пляски
