банальными кирпичами в стене мироздания? Сам ошибался, сам кори себя за последствия.
Поговорить бы со своей забитой коллегой, вот что Яша задумывал на будущее. Если к ней приведут пути Господни. Агафьюшка тоже православная, общий язык они вполне нашли бы. Горничной с 6-й Тверской-Ямской некогда, она вытирает вечную пыль. Зато Василию Леонтьевичу после того эксцесса в чужом доме не нужно было извиняться перед любимой, которая никогда не отвечала взаимностью.
Работодатель между делом вспомнил, что руку Фотиевой передвинул не без труда, а в вестибюле приметил лук, стрелы и мишени. Согласно логическому выводу, ей был не чужд конкретный вид спорта.
В кабинете между бариновыми бакенбардами пролегла хмурость. Его зубы нервно покусывали кончик не раскуренной сигары. В корзине для бумаг сиротливо белело письмо из комптаря. Всё ещё полагая, что благородный не может читать чужую корреспонденцию, Вишнин сжал губы.
Долго ли, коротко ли, практичность возобладала над честью. Он понял, что постороннее послание адресовано недавнему знакомому.
Уважаемый Тимофей Игоревич Сыромятин!
Начну с небольшого примечания. В случае, если Вы знакомы с Небесным миром (где хронологически XXI век), Вам легче будет понять письмо. Если не осведомлены, на нет и суда нет.
В реальности, странным образом похожей на Вашу родную, после нашего нормального 1909 года прошло 116 лет (да не утяжелим письмо научными деталями). Отправитель письма — прямой потомок и правнук Вашего двойника из непохожего начала XX века. Не буду гордо называть себя научным сотрудником, материала для хвастовства кот наплакал.
Ваш внук воротит капиталами, но в бестолковку сразу приходит не совсем приличная подробность: от Вашей несостоявшейся невесты этот мышиный жеребчик без ума. (Справедливости ради, не от родной бабушки; альтернативную Софью Викторовну он не воспринимает как родственницу. Меня, аскета, тоже сильно впечатлила Ваша профурсетка, извините за выражение. Еле успокоился.) Ваша жизнь очень интересует меня в качестве объекта для изучения, и в нашем узком кругу многие наслышаны о вопиющей красотке (я не биолог, но подозреваю, что она мутант). В нашей истории Вы не выпускали её из дома одну. Не только из ревности, но и из-за жадности Софьи Викторовны: деньги от множества мужчин она бы точно прикарманила. О карьере светской красавицы не шло и речи, Софи Фотиева была ею только в мечтах. Условной куртизанкой она тоже не стала. И замечу, что Виктор Фотиев тратил на благотворительность половину заработанного на дочкиных фотокарточках. В Нашей истории православная мораль не одобряла богатство, нажитое нетрудовым путём.
Буду краток. В число моих прадедов по отцовской линии входит фатербургский адвокат Цудечкис, но Вы не обязаны знать о нём. Коршунов в нашем мире доподлинно мой прадед (через два поколения младших детей, отсюда значительная разница в возрасте между родителями). Добровольский до самой смерти остался в статусе одинокого вдовца и не занимался никакими откупами (иное — анахронично для XX века), а с Фотиевой никогда не встречался. И Зайцев-сын не влюблялся в неё, и Зайцев-отец не присваивал приоритет в авиации; если быть точным, в Небесном мире они оба отсутствовали. Фотиева не назначала горничную камеристкой (опять-таки речь не об Агафье, а о другой). Лично вас в 1920-х защищал некий коммунист Лозин, как «жертву капитала», и невзирая на Ваши политические взгляды (нашлась область, в которой он проявил благородство). Вспомните раннесавельевы времена, и Вы поймёте, о какой ситуации речь.
Знали бы Вы, насколько я Вам сочувствую. От отца ваш покорный слуга тоже настрадался. «Деньги вертят шар земной», как пели в одной старой фильме из нашей действительности. Сами по себе они не зло. Вся суть в подвижности. Один знаменитый капиталист нырял в монеты, если не учитывать его происхождение из лубок-фильмы. И то он лучше моего отца, Вашего внука.
Лично я не могу помочь. Познакомимся мы в крайне неопределённую и неизвестную дату.
Ваш покорный слуга Родион Сыромятин.
Опоздали, ничего здесь не попишешь. Василий Леонтьевич рассудил, что со своими любимыми фомкой и отмычками он мало отличался от легиона тех, с кем боролся.
— Есть над чем поразмыслить. А чифирь вылей от греха подальше.
Грустная улыбка нарисовалась на лице слуги. Унтер-Пинкертон наконец-то раскинул мозгами. Только поздно спохватился.
Провинция и агитация
Как часто мы грустим, как часто мы страдаем,
Порою всё прошло, не стоит вспоминать.
Но что там впереди, мы не знаем,
И прошлое хотим всё ещё догнать.
Сосо Павлиашвили
Нашёл растяпа, депутатский сынок, подходящее время, чтобы тщательно причесаться. Раньше Валерий Созонов жил в пресловутом Царском мире под видом рабочего кондитерской фабрики Ореста. Не где-нибудь, а в отечественной столице.
Сейчас-то куда занёс чёрт? Лето наступило, оживлённый ритм жизни надоел, отсюда мысли о смене обстановки. По привычке схватился за макушку и затрясся в смехе. Когда вернулся, он не замечал в себе охоту к перемене мест. Посоветовали малоизвестный райцентр в Поволжье, пришлось бывшему мажору ехать туда. Вместе с племянницей.
После прошедших несчастий он привык к экономии на вкусностях. Знала ли юная родственница, из какой книги фраза «три корочки хлеба»? Или Маша, которая призывала медведя не садиться на пенёк и не есть пирожок. Племянница спросила, в какой это серии. Оказывается, есть целый мультсериал по мотивам. Валерий молча развёл руками. А уж мультяшную Шамаханскую царицу они представляли совершенно по-разному.
В сознательном возрасте он застал вариант полиции, который в Царском мире назывался «фелиция», в просторечии «финты». Будет неудобно, если Валерий встретит в конце пути что-нибудь подобное. В новую квартиру он не взял радиоприёмник и телевизор. Недавно старший брат прожужжал все уши на тему Британской конфедерации и престарелого британского премьер-министра Питкина. Пора сменить пластинку. (Что этот политик по совместительству джентльмен, спортсмен и любитель велосипедной езды… кто из наших знает тонкости?).
Приплыли. Созонов живёт на Ложкарской набережной, дом 3, и видит в подъезде грустную надпись «Превратим лестницу в гадюшник!». Мало того, в конце улицы праздник. Наконец-то вывезли мусор, горожане думали, не доживут. О чём очередная надпись на доске объявлений напротив. «Имеем мусорные горы, в них есть, что есть, в них есть, что пить. Но красим, красим мы заборы, чтоб дикарями не прослыть». Куда смотрит «народный» мэр? Называть себя губернатором — совсем другое дело, это мы можем.
Созонов только что предложил племяннице сыграть в карты. Ответ был краток: она по компьютерным пасьянсам. Дядей Валерий стал ещё в школе, а Варя не застала прошлый век. Её немного было жалко. Глаза
