— Издеваешься?
— Так очевидно? — впервые их общение переходит в такое непринуждённое русло, будто они и вправду нормальная пара.
Он меняется. Это ощущается. Такой обволакивающий туман, она тонет в нем, концентрируясь только в пространстве перед собой. А перед ней Он, Влад. Умело руководит ее эмоциями и мыслями.
— Рискуешь, детка! — откидывается на спинку сиденья и легонько ударяет по рулю. Переводит взгляд на обтянутые чёрным капроном колени и шумно сглатывает: — Рискуешь опоздать на работу.
Алиса прослеживает за его цепким взглядом и резко тянет подол платья вниз.
— Ещё раз? — тон, становится на удивление серьёзным. — Неужели ты не.. — сомневается в своём вопросе, но все же решается его озвучить: — не удовлетворился?
Собственные слова вызывают лёгкое возбуждение, потому что его пошлые прикосновения ещё свежи. Его поцелуи расцветают на спрятанной под одеждой коже, в внизу до сих пор саднит. Сегодня он был очень глубоко в ней.
— Я голодал четыре года.. — кривит губы и приближается. Близко. Опасно близко.
— Ни с кем? Ни разу? — медленно отодвигается.
Влад хватает ее за затылок и дергает на себя, оставляя между их губами ничтожные миллиметры:
— В отличии от тебя, — шипит ей в губы. Намеренно упускает секс с Богданой, потому что это было не то. Как трахать резиновую куклу. И сам превращаешься в пластмассу.
С Алисой все иначе. Он любит в ней все. Ее запах заставляет дуреть. Он с ней становится настоящим, а чего стоят голубые омуты — глаза, тонущие в чёрной похоти расширяющихся зрачков? Целого мира — вот чего они стоят!
Ему так сложно сдерживать ту тьму, которой нет конца, но ради неё, ее близости, ее голоса, ее глаз, он готов пойти на это пусть и в своей собственной манере. Но, ей не зачем знать, об интимном видео, которое он снял для откровенного шантажа. О выкупленной квартире, сделку, которую он намеренно подстроил, чтобы ей некуда было деваться. И, на закуску, зачем ему сейчас понадобился Карп.
— Отпусти, мне больно! — зажмуривает глаза и чувствует как хватка ослабевает.
Дура, сама спровоцировала его! Уже начинает винить себя, что поверила, что рядом с ним можно расслабиться.
— Будет тебе твой Карп! — заводит руку назад ища ручку.
Так и случилось. Влад даже не успел выкурить и сигареты, как пассажирская дверь вновь распахнулась, впуская в салон прохладу и «лучшего друга» Карпа.
Карп без стеснения разваливается на сиденьи и тянется к раскрытой пачке с сигаретами. Вытаскивает одну и вопросительно смотрит на брюнета в ожидании огонька.
Ты погляди какой сукин сын!
— У тебя имеются инструменты? — чиркает зажигалкой прямо у «наглой морды».
Тот делает глубокую затяжку и прикрыв глаза, выпускает дым вверх:
— Ручная Алиса превратилась в дикую лисицу и разнесла пол квартиры? — поворачивается к Владу, стойко выдерживая его испепеляющий взгляд.
— Ты когда таким языкатым стал, а рыба-Карп?
— Тогда, когда прокатился за рулём твоей тачки. — Гладит ладонью панель перед собой.
Владу почему-то его слова сквозят отвратительной двусмыслицей. Но, сцепив зубы он продолжает:
— И все же, касательно инструментов?
Карп лезет во внутренний карман и достаёт оттуда ключ. Кладёт его на панель:
— Поищи на балконе.
Так просто. Без лишних вопросов. Владу придётся привыкнуть к сарказму Карпа, потому что доверие выше отметки максимум. Это определённо льстит.
Найдя на балконе нужные инструменты, Влад поехал в сторону бара «Токио», чтобы убедиться, что машина хозяина припаркована там. Удача сопутствовала брюнету, поэтому, он смело вырулил по адресу, где собственно, проживал Игорь.
Поднявшись на нужный этаж, не особо беспокоясь быть замеченным, Влад принялся взламывать замок.
Продолбался добротных десять минут, пока не понял, что дверь открыта. Надавил на металическую ручку и дверь поддалась.
Заднюю давать поздно, он пришёл за вещами Алисы и уйдёт только вместе с ними, кто бы его там не встретил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В коридоре Влада встречает смутно знакомая физиономия.
— Ты ещё кто такой? — Эд, отец Игоря, с ног до головы рассматривает нежданного гостя.
— Влад. — Без заминки отвечает брюнет.
Проходит вглубь квартиры, взглядом цепляя комнаты. Ориентируется в пространстве. Ищет спальню или гардеробную.
— А Игорь точно в курсе, что ты зайдёшь?
Оценивающе скользит по брюнету, пытаясь вспомнить всех друзей сына.
— А Игорь точно в курсе, что ты уже зашёл?
Эд.. ушлый старикашка. Остыть Влад, не время борзеть!
Он помнит его. Как тот пускал слюни на его девочку. Помнит как один раз хотел пробить шины его тачки, видя ее припаркованную у бара, где раньше пела Алиса. Помня как на кануне, она прыгнула в эту самую тачку.
А Эд, судя по всему не помнит Влада, а ещё в его глазах проскользнуло что-то «эдакое», и оно дало понять Владу, что его отпрыск не в курсе, что папаша заглянул в гости.
Вот тут-то я тебя и прижму!
Играть с чужими эмоциями, как дышать свежим воздухом — жизненно необходимо. А если удасться ещё и кулаками помахать, чего он долгое время желает, день пройдет не зря.
— Я пришёл забрать вещи Алисы, — сует руку в карман и выуживает оттуда связку ключей Карпа. Звенит ею, демонстрируя. — Они поцапались, что ли, и Алиса попросила забрать вещи.
Прячет ключи и интуитивно идёт вперёд, к спальне, будто знает путь.
— А ты кто ей?
— Брат! — пожимает плечами и сворачивает в дверной проем.
Спальня.
Бинго. Здесь и гардеробная.
Сваливает на кровать все женские тряпки, насмехаясь забавному выражению лица Эда.
Лох! Разве можно быть таким идиомом?
— Алиса такая злая.. — подливает масло в огонь. Смакуя каждым произнесенным словом. Спектакль одного актера, ему срочно нужно поступать в театральный. Либо это дар, прилетевший ему вместе с безумием. Дар видеть людей насквозь. — Ваш сынок ударил ее, похоже.
Имея скудное прошлое с девчонкой, мужчина был не частым гостем в этой квартире, да и вообще не желанным персонажем в жизни Игоря.
Отношения с сыном были натянутые, но до сих пор их удавалось поддерживать за счёт долга, который Игорь взял у отца для открытия собственного бара.
Но Эдуарду мало верилось, что его сын мог поднять на девушку руку.
— Вы спросите у сыночка как все было. А то Алиса на эмоциях, я так и не понял что, да как, но понимаете, отказать сестре в просьбе не мог.
— Я спрошу у него, можешь не сомневаться!
Влад оборачивается к мужчине, окончательно добивая его зрительным контактом невинных глаз:
— А у вас имеются пакеты, огромные! Я как-то не под рассчитал, что у сестры столько вещей.
— Они четыре года вместе живут, конечно много! Погоди, на кухне посмотрю.
Вот лошара!!!
***
— Привет! — посылает очаровательную улыбку баристе, — Мне как обычно!
— Двойной, с солью? — улыбается в ответ.
Парень редко видел, чтобы у этой грустной девочки играла улыбка на губах. Это завораживало. В такие моменты, для него она становилась ещё красивее. До невозможности красивее.
— С двойной солью! — подчёркивает.
— Как всегда, — отворачивается от неё приступая к процессу приготовления лате. — Ты сегодня хорошо выглядишь! — кидает через плечо, вырисовывая на стаканчике ее имя.
— Спасибо, — отвечает застенчиво. Так и не привыкла к комплиментам.
Берет свой лате с двойным сиропом солёной карамели и занимает свой любимый столик.
Ноябрь разочаровывает серостью за окном. Огромными лужами и тяжелыми облаками, давящих сверху. А внутри разливается необычное тепло, брюнетка не может обьяснить с чем это связано, но в голову почему-то врезается утренний секс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Господи..
Прикрывает глаза и тут же открывает их. За закрытыми глазами воспоминания становятся красочными картинками, заставляя щеки розоветь. И хоть он был груб, невыносим и неуправляем, его взгляды, жадные прикосновения проникали в самую душу, по кусочкам забирая ее себе.
