— Не будь идиоткой! — прошипел Корифей. — Это наверняка ловушка!
— Тогда они пожалеют, что устроили ее. Они не знают, на что я способна! — она резко обернулась, пламя затанцевало вокруг кончика посоха. — Даже не представляют!
Она убежала вперед, следом Хоук, и Корифею пришлось ринуться за ними. Эльфов оказалось не так много, как он предполагал. На пределе сил Адаар вступила в бой со всеми сразу, выжигая огнем квадратные метры леса. Корифей сам не заметил, как они начали действовать заодно. Он зачаровал оружие Хоук, а она прикрывала ему спину, пока он плел особенно сильное заклинание. Инквизитор окружила всех барьером. Битва закончилась не так быстро, как хотелось бы, но обошлось без ранений.
— Последний! — выкрикнула Хоук, спуская тетиву.
Корифей остановил ее стрелу движением руки и прижал недобитую эльфийку к земле телекинезом.
— Мы должны узнать, как они нас нашли.
— Ты прав. — кончик посоха Адаар снова воспламенился. — Я заставлю ее все рассказать.
— Нет, я сам. Ты нетерпелива. Убьешь ее слишком быстро.
Узкие ноздри эльфийки раздувались. Сжатые губы побелели. Она смотрела полным ненависти взглядом, но не на кого-то конкретного, а за спины им троим. В один миг она зажмурилась, кривя лицо.
— Стой! — прошипел Корифей, мгновенно перехватывая контроль над всеми действиями девушки.
— Попыталась откусить себе язык? — поморщилась Инквизитор. — В начале войны мало кто из них на такое решался.
— Хиира! — девчонка Хоук вновь подала голос, похожий на возмущенный лай. — Так нельзя!
Корифей наклонился к пленнице. Ее взгляд затуманился, но на глубине глаз трепетал ужас. Она лежала, парализованная, как мешок.
— Он, наверное, учил вас сопротивляться, — Корифей вгляделся в лицо эльфийки, — Хоть ты и не магесса, но Фен’Харел — сильнейший из живущих магов. И его магия течет внутри каждого из его слуг. Расскажи мне, что он знает о нас.
Та зажмурилась. Корифей по-прежнему не мог заставить ее мысли раскрыться. Он присел рядом с ней.
— Как думаешь, что причиняет большую боль? Быть может, сдирание кожи? Да, пожалуй, я выберу именно это. Но не думай, что я собрался и вправду сдирать с тебя плоть, пока ты вскоре не умрешь от болевого шока. Я всего лишь заставлю твой мозг так думать. Ты будешь ощущать невероятную боль, но я не дам твоему сердцу остановиться.
— Дай ей немного подумать, — нависла над плечом Инквизитор.
— Да что ты думаешь, она нам скажет?! Не выложит же все планы Фен’Харела! Она просто солдат! — Хоук продолжала неистово вопить за спиной.
— Время вышло, — спокойно произнес Корифей и чуть сжал пальцы, сосредотачиваясь.
Эльфийка завизжала. Ее фарфоровое личико мгновенно превратилось в уродливую маску, будто слепленную из теплого теста. Глаза выкатились из орбит, слезы смешались со слюной и соплями. Спустя несколько секунд Корифей прекратил пытку. Девушка тяжело дышала. В обоих ее глазах расплывались алые пятна, похожие на раны, от которых медленно разбухала белая ткань одежды.
— Так, хватит, — Хоук тоже отчего-то тяжело дышала.
— Опусти лук, — на сей раз вместо пламенной ярости в голосе кунари послышалась ледяная угроза.
Корифей чуть повернул голову и увидел наставленное на себя оружие взбалмошной девчонки. Снова перевел взгляд на эльфийку.
— Я приказываю. Как леди Инквизитор, — в голосе Адаар сквозил такой холод, что Корифей невольно забеспокоился — она не должна была навредить Хоук ни в коем случае. — Если помешаешь любым моим и так же его, одобренным мной, действиям на этой миссии, я расценю это как предательство!
— Ты не можешь одобрять это!
— Они наши враги, как ты не понимаешь!
Эльфийка заорала, давясь слюнями. Корифей пинком перевернул ее на бок. Он почти видел, как с трудом сходят с нее пласты кожи.
— Все видел через эльфа в деревне! — простонала эльфийка. — Только нужно было… увидеть.
— Увидеть? Зачем? Чтобы помешать творить столпы? — Корифей надавил сильнее, так, что через секунду она уже не могла кричать, а хрипела.
— Одна из нас, — эльфийка мелко затряслась, — Сомниари.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— По-моему, она повредилась умом, — фыркнула Адаар.
— Будут еще… — эльфийка шептала, и что-то гасло в ее глазах, будто затухающий маяк. — Заберет ее.
— Нет!
Страдания эльфийки прервала стрела.
— Какого демона, Хоук!
Корифей резко обернулся. Хоук пятилась от них с расширенными глазами, сжимая в руках лук. Он нахмурился. Эльфийка не лишилась ума в последние минуты жизни. Она говорила о Хоук.
Дитя Тени.
Слова зажглись в разуме взрывающимися солнцами. Нет, никто больше не должен узнать. Она предназначена лишь Ему.
— Что случилось, Мариан? — Инквизитор подскочила к ней. — Ты словно поняла, о чем она говорила!
Та молчала долго, а они ждали неизвестно чего.
— Я его видела, — наконец, простонала она, усаживаясь возле дерева. — Фен’Харела. Во сне. Там была девочка, и он хотел забрать ее… А потом… мы сбежали. Она была во сне, в Тени, настоящая, он сказал, что она настоящая.
— Почему ты не сказала раньше? — гаркнула Адаар. — Солас — сомниари, он мог убить тебя через сон или подчинить себе. И что за девочка? Какой-то… — она поморщилась. — Дух? И как нам теперь спать, если он так запросто проникнул в твой сон?
— Она сумела сбежать от него, — заметил Корифей. — Смогла один раз, сможет и второй.
— Она была настоящей… — Хоук медленно поднялась, не отрывая взгляда от земли.
— Не важно, — Корифей оглядел спаленный лес и трупы. — Рано или поздно мы бы наткнулись на солдат Фен’Харела. Главное сейчас — быстрее уйти отсюда.
Адаар кивнула и смерила Хоук еще одним долгим взглядом.
— Потом решим, что со всем этим делать. Но в следующий раз не молчи.
Корифей быстрым шагом пошел впереди. До него донеслись обрывки короткого разговора:
— … Так что это был за ребенок?
— Хотела бы я знать…
Ребенок. Девочка-сомниари. Корифей откуда-то знал, кто она, но мысли гудели ульем, когда он пытался проникнуть в тайну появления этого знания.
Вейсхаупт.
Он обо всем подумает в Вейсхаупте. Бессмысленно тратить время, пока не добрались до цели.
Он проснулся и не смог вспомнить, что ему снилось. Быть может, снова что-то тысячелетней давности. Величие древнего Тевинтера, смешанное с холодной пустотой Черного Города. Темнота и скверна. Редко он видел другое. Стояла глубокая ночь. Угли костра разгорались, словно звезды вечером. Костер потушила Хоук, когда Инквизитор отправилась спать. Корифей спать не собирался. Но отчего-то заснул. Чувствовал он себя гораздо лучше, чем днем, после стычки с эльфами. Боль не так вгрызалась в грудь, усталость отступила. С нынешним бессилием Корифей почти свыкся.
На углях дернулось пламя. Он повернул голову и увидел, что Хоук, не отрывая взгляда от спящей кунари, сидит, сжимая в руках лук. Она дрожала.
— Корифей, — ее шепот звучал так, будто исходил из отказывающих голосовых связок. — Сделай что-нибудь.
Инквизитор, сжав до крови собственное плечо, бормотала что-то несвязное. Слова походили на человеческие, но стоило прислушаться, и слоги теряли смысл, разлетались в стороны, будто пух.
— Просто разбуди ее, — он не стал шептать.
— Нет, — просто ответила Хоук и осталась сидеть.
Корифей вздохнул и, шевельнув пальцами, послал в сторону кунари легкий укол электричества. Едва он достиг ее тела, как она вскочила, бешено вращая глазами. Костер взорвался огненным потоком высотой метра полтора. Корифей понятия не имел, что хотела сделать Хоук, которая немедленно схватилась за стрелы, быть может, собиралась перестрелять здесь всех. Ему оставалось порадоваться, что не пришлось применять магию, и оружие само вывалилось из чужих трясущихся рук.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Инквизитор отреагировала мгновенно. Махнула рукой, убирая пламя и гася костер. Она постояла еще немного, переводя взгляд то на Хоук, то на Корифея. Просипела:
— Скоро вернусь, — и исчезла в темноте.
